SuperVox - музыкальный проект в стиле 80-хSuperVox - музыкальный проект в стиле 80-х

Здравствуйте, Гость ( Вход | Регистрация )



 
> проза-2
Поиск в теме | Версия для печати
Антон Администратор
> 12 июня 2011 — 06:00
  [Id]



Администратор
SuperVox
Magic Studio


Покинул форум
Сообщений всего: 3129
Дата рег-ции: Авг. 2009  
Откуда: Нижний Новгород
Репутация: 8





Продолжение темы проза.

-----
Музыкальные композиции проекта SuperVox - OnLine
Номер счета для помощи проекту в системе Яндекс Деньги - 410012024389080.
4325185 ICQ, я всегда на связи, пишите.
top
франческа
> 12 июня 2011 — 06:00
  [Id]



Форумчанин


Покинул форум
Сообщений всего: 182
Дата рег-ции: Янв. 2010  
Откуда: Страна радужных надежд
Репутация: 0





хм.....если честно всё прочла...но ничего непоняла..это я про рассказы от 4 - го июня

(Отредактировано автором: 12 июня 2011 — 06:02)

-----
http://francheska.forum24.ru/

top
Антон Администратор
> 12 июня 2011 — 11:09
  [Id]



Администратор
SuperVox
Magic Studio


Покинул форум
Сообщений всего: 3129
Дата рег-ции: Авг. 2009  
Откуда: Нижний Новгород
Репутация: 8





Почему не поняла?

-----
Музыкальные композиции проекта SuperVox - OnLine
Номер счета для помощи проекту в системе Яндекс Деньги - 410012024389080.
4325185 ICQ, я всегда на связи, пишите.
top
gaze
> 12 июня 2011 — 16:17
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





 франческа пишет:
хм.....если честно всё прочла...но ничего непоняла..это я про рассказы от 4 - го июня


Франческа, спасибо Вам
за этот вывод:

Вы дали мне понять,
что все-таки мои писанинки
далеко не каждому понятны)) Разговорчивый

П.С. Хотя и закладываю смысл,
но, видно не все его видят))) Смущение

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
Антон Администратор
> 13 июня 2011 — 10:52
  [Id]



Администратор
SuperVox
Magic Studio


Покинул форум
Сообщений всего: 3129
Дата рег-ции: Авг. 2009  
Откуда: Нижний Новгород
Репутация: 8





 gaze пишет:
но, видно не все его видят)))

или не хотят видеть? Хм

-----
Музыкальные композиции проекта SuperVox - OnLine
Номер счета для помощи проекту в системе Яндекс Деньги - 410012024389080.
4325185 ICQ, я всегда на связи, пишите.
top
gaze
> 13 июня 2011 — 14:55
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Быть может)
Но ничего страшного)) Закатив глазки

(Отредактировано автором: 13 июня 2011 — 15:02)

-----
присматриваюсь к этому миру...))

top
франческа
> 15 июня 2011 — 16:59
  [Id]



Форумчанин


Покинул форум
Сообщений всего: 182
Дата рег-ции: Янв. 2010  
Откуда: Страна радужных надежд
Репутация: 0





ну так разъясните)))

-----
http://francheska.forum24.ru/
top
gaze
> 15 июня 2011 — 17:46
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





 франческа пишет:
ну так разъясните)))

Буду рада!
Назовите писанину,
которая Вам не понятна,
я кратко изложу ее смысл)) Закатив глазки

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
франческа
> 16 июня 2011 — 05:37
  [Id]



Форумчанин


Покинул форум
Сообщений всего: 182
Дата рег-ции: Янв. 2010  
Откуда: Страна радужных надежд
Репутация: 0





рассказы от 4 - го июня

-----
http://francheska.forum24.ru/
top
Project A Супермодератор
> 16 июня 2011 — 10:07
  [Id]



Музыкант
автор инстр. проекта
Project A


Покинул форум
Сообщений всего: 760
Дата рег-ции: Апр. 2009  
Откуда: Россия
Репутация: 5





Про́за (лат. prosa, от prōsa — прямая, простая, из proversa — обращённая вперёд) — устная или письменная речь без деления на соизмеримые отрезки — стихи; в противоположность поэзии её ритм опирается на приблизительную соотнесенность синтаксических конструкций (периодов, предложений, колонов). Иногда термин употребляется в качестве противопоставления художественной литературы вообще (поэзия) литературе научной или публицистической, то есть не относящейся к искусству.

Первоначально в древнегреческой литературе любая художественная словесность называлась поэзией. Однако само понятие художественности в греческой культуре было неразрывно связано с ритмичностью, и, следовательно, бо́льшая часть литературных произведений имела стихотворную форму. Позже ритмически организованную речь стали называть стихом, в противопоставление речи, не связанной с ритмом. Древние римляне, продолжатели греческой культуры, стали называть её прозой. У Квинтилиана встречается выражение «oratio prosa», у Сенеки — просто «prosa» для обозначения речи свободной, не связанной ритмическими повторениями.

Это так, для справки Подмигивание

(Отредактировано автором: 16 июня 2011 — 10:08)

-----
Mobilis in mobili
http://project-a.ucoz.ru

top
gaze
> 16 июня 2011 — 15:35
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Спасибо, Project A, за интересную инфо!)) Закатив глазки

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 16 июня 2011 — 16:02
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





 франческа пишет:
рассказы от 4 - го июня


Уважаемая Франческа! Закатив глазки
Привожу Вам
краткую характеристику смысла
рассказов от 4 - го июня:


1.мир перед глазами динозавра А чё я? Я ничё! -
смысл скрыт в названии, то есть - видение современного мира через глаза прошлого (динозавр);
- рассмотрение путем его оценки современных проблем общества;
- поднятие проблемы жажды прежней жизни.

2. Ночь во сне Хи -
- пафос непримиримости с требованиями современного мира (расскрыт через Элли);
- воспитания милосерпдия и понимания к больным (расскрыто через Джона);
- осуждение "однобокости" "свласть имущих" (полицейскй Алекс)

3. Тайна Темного Маркиза Донатьена Крутой -
- рассуждение над противоречивой сущностью преступника (Темный Маркиз)/ - расскрытие конфликта между "то, что я делаю - все же имеет благородство" и "то, что я делаю, подведет меня"в его душе;
- Противостояние чесности и простоты миру притворства (Матильда)
- Осуждение подлости (Герцогиня Жофре)

4. Создание: мои вспоминания Смущение -
- Расскрытие проблем человеческих отношений (через рассуждения и вспоминания Создания (главный герой) про всех остальных героев и общество в целом);
- Проблема неблагодарности (образ Франкенштейна);
- Воспитание бескорыстной любви (Генри Кровель);
- Пафос личности с нечеткой жизненной позицией, то есть человека, который стремиться то к кроткости, то к роскоши (расскрыто через образ Девочки);
- Проблема семьи (Создание+Девочка);
- Рассмотрение восприятия "посторонними" процесса развития внутреннего мира человека, пафос отражения этого процесса на самой личности и тех, кто его наблюдает (Элизабет, мисс Гарнетт);
- Осуждение пассивного образа мышления, уныния и необдуманного отречения от общества (Создание);

П.С. Надеюсь, это Вам пригодится!
Всегда рада общению с Вами!))



(Добавление)
П.С. Просто миниатюры для настроения
Приятного чтения!)) Закатив глазки

Миг магии: приключения четырех

Столп искр сотряс темные залы заброшенного замка: проходили обучения волшебников под руководством Мерлина Усердного и Аги Радостной.
Их верный помощник – говорящий пони Валтасар – то и дело отпускал педантичные интонации замечаний ученикам.
Постигающих великое искусство помогать миру при помощи магии было четверо: отпетого, пацанячего вида фея Трансильванская - Якана - упражнялась с волшебной палочкой.
Напротив нее старательно подбирал ингредиенты для архисложного зелья египетский жрец – Азаис.
Рядом с ним друид Скандинавии - Орлай - ругался направо и налево, пытаясь поднять взмахами рук в воздух перо.
Смиренной и даже стеснительной оставалась только корейская колдунья Инь, старательно вчитываясь в буквально непонятные заклинания.
Учения были в самом разгаре, ведь с первыми солнечными лучами юные новоиспеченные волшебники должны были отправиться в разные страны: преодолевая опасности и трудности, делать мир светлее и добрее.
С последним магическим сиянием наступила торжественная тишина: предстояло напутствие мудрых наставников. И неожиданно со свистом, криво и небрежно, перелетело залу чучело совы – Мерлин Усердный решил на прощание убрать для учеников кабинет.
- Великий Мерлин! – недовольным голосом позвал Валтасар – Пора!. Седобородый старик, однако был поглощен полетом, предусматривающим чистку древних шкафов.
- Ну что ж… - кисло перехватила инициативу Ага Радостная, сияя физиономией дождевой тучи, - Сейчас мы вас, ученики, оправим в разные, далекие страны наводить порядок….
- …. Отрабатывать навыки! – встрял пони, - Что мы, зря время и харчи на них тратили?... Пусть отрабатывают приемы!
Вместо того, чтобы встрять в завязавшийся спор, Мерлин захихикал привкусом тронутости и принялся еще бестактнее нарушать тишину грохотом.
- Мы поняли! – раздраженно гаркнул Орлай, - давайте уже распределяйтесь между собой, сопровождать нас нужно, как Вы считаете?!
- Сопровождать? – наконец подключился к происходящему беспечно витающий под потолком развеселый старец, - Ну конечно, нужно помочь миру проконтролировать навыки!....
Все находившиеся в зале дружно подумали: «годы берут свое – маразм!...». Вскипел Валтасар:
- Не воруй мои слова!... Тем более, ты не умеешь правильно использовать стыренное!...
- Я полагаю, - для мрачной Аги, казалось, ничего и не происходило, - Для Мудрейшего Мерлина подстать будет опека Яканы Трансильванской!
- Я!? – немедленно бурно отреагировала та, - Я, и с этим клоуном!?....
Увы, Якана вынуждена была встать рядом с повисшей над люстрой тенью Мерлина: слова великой колдуньи Аги записались в волшебную летопись, необходимо было этому подчиниться.
- С почтенным Валтасаром отправится Орлай! – бесстрастно продолжала распоряжаться Ага.
Пони самодовольно осклабился: друид из Скандинавии был его самым неспособным и неряшливым учеником. Орлай же, с лицом наглотавшегося лимона перед виселицей, поплелся к Валтасару.
- Оставшиеся ученики будут проходить практику под моим руководством – заключительные слова волшебницы сквозили противным консерватизмом.
Инь тихо поклонилась и, встав рядом с наставницей, преданно стала искать глазами очередного распоряжения. Она старалась не замечать взгляда Азаиса, необычайно оживившегося и расцветшего после оглашения такой участи.
- Итак, - Ага неспешно вывела учеников из залы на поляну, - Сейчас проверим, как вы усвоили езду на скоролетах…
С этими словами она встала у длинной, ничем не непримечательной деревянной доски, покоившейся на траве, уселась на нее поудобнее и выкрикнула заклинание: доска немедленно поднялась над землей. Инь и Азаису не оставалось ничего, кроме как проделать те же операции.
Валтасар безразлично пригласил сесть Орлая верхом, предварительно настойчиво потребовав от него нарвать для дороги травы: нужно же пожилому учителю немного пожевать в утомительных странствиях.
Но никто не летел, не делал и шага, хотя доски покачивались от нетерпения, а пони обозленно фыркал. Все ждали Якану, а она ждала Мерлина.
Казалось, прошла вечность… В конце концов, верхом на огромной летучей мыши появился и сам старик, сияющий, как вычищенные пять копеек. Он поспешил усадить рядом с собой фею Трансильвании, расхваливая оседланную мышь.
Вновь у всех пронеслась мысль: «Вечно этот Мерлин чем-то выделяется!... Вечно дурачится, беспечный до мерзости!... За что только его Старательным прозвали!?....».
Однако, предъявлять претензии не было времени: предстоял долгий путь.
- Почтенный Валтасар, отправляйтесь в Скандинавские леса!... – принялась напутствовать хмурая Ага, - Великий Мерлин, Вам дорога лежит прямиком в земли Графа Дракулы!.... Инь и Азаис – за мной!
Волшебники разошлись в разные стороны, окунаясь в мир увлекательных приключений и миссий!....
Только кому-кому, а Орлаю было не до приключений: не успели они с Валтасаром тронуться в путь, как пони тут же стал напоминать о своем преклонном возрасте.
- Тебя что, ездить не научили!? – возмущался он, нарочито медленно и аккуратно смакуя шаги, - Сколько раз тебя можно учить: зажал мое туловище коленями, крепко взял в руки повод и дал команду скакать?!
- Валтасар, не доставай!.... Я и так все знаю! – простонал друид, которому жутко захотелось раствориться (жаль, он так и не выучил необходимое для этого заклинание!).
От обиды пони забрыкался, неистово крича:
- Ты как с наставником разговариваешь!?.... Да если бы не я, ты бы и друидом не смог быть!....
- Да ладно! – возразил тот, - Меня вон разбуди – так заклинания могу среди ночи рассказать.
- Пешком пойдешь! – не на шутку озлобился Валтасар, скидывая Орлая с седла, - Ты хоть помнишь дорогу на свою Родину?.... Что молчишь, двоечник?
Нерадивому ученику было стыдно за собственное молчание: друид Скандинавии никогда не разбирался в маршрутах. Но присутствие нелюбимого учителя вызвало у него лишь одну идею: пойти куда-нибудь, лишь бы Валтасар перестал разглагольствовать нотации.
- Путь в скандинавские земли лежит через эту пещеру! – наивным голосом заверил Орлай, указывая на весьма незаманчивого вида дыру в близлежащей горе.
- Ты уверен? – с сомнением взирал на указанный объект пони, - Открой карту!
- Потомственному друиду карта ни к чему! – напыщенно отрезал самоуверенный юноша.
- Ох, хомут мне на старость лет! – тяжело вздохнул Валтасар, - Путнику – и не иметь карты!.... Ну пойдем, коль ты так уверен!
Слушая его усталый цокот копыт, Орлай чувствовал радость от того, что ему удалось уломать самого несговорчивого волшебника в мире. За этой радостью проснулось любопытство: верен ли был выбор, и что таит в себе пещера….
…. Пещера, однако, вела к землям Трансильвании, где царили сумерки и ужас. В том же направлении – к замку Графа Дракулы – сами того не зная двигались Якана с Мерлином. Они совершенно потеряли контроль над летучей мышью, которая с энтузиазмом несла их к владениям Графа.
- Я извиняюсь, но вы хоть думали, когда оседлывали эту крысу!? – кричала Якана в самое ухо витавшему в облаках магу.
- Не крысу, а мышь! – степенно ответил Мерлин, явно любуясь зловещим туманом и бледной луной.
- Надо срочно применить формулу успокоения! – взволнованно решила фея Трансильванская, - Она несет нас не в ту сторону!.... Мы должны быть в Фармианской часовне!
- Да? – беспечно отозвался наставник, - Это еще почему?
- Веками миссией всех валькирий (да, да – я к ним отношусь) было разгадать тайну обитающего там Ужаса…. А я смогу ее разгадать, уверена!.... Только остановить мышь надо!
- Зачем? – глупо улыбнулся Мерлин, - Если мышку тянет в замок, значит там - ее земля, семья…. Надо снисходительно быть к тихим просьбам живого….
- Да что Вы несете, в самом деле!? – раздраженно возмутилась Якана, наводя волшебную палочку на голову летучей мыши. Миг - и она начала стремительно терять скорость, падать.
- Я же все сделала правильно! – ужаснулась фея Трансильванская, безуспешно пытаясь растормошить мышь - Я что, применила аксиому усыпления!?.... Держитесь, профессор!!!....
К счастью, они летели довольно низко, и их падение было смягчено мягкой листвой стены деревьев. Мышь удивительным образом свалилась прямо на спину не спеша скачущего, хрупкого Вальтасара и сидящего на нем сиднем Орлая. Безусловно, момент приземления вышел впечатляющим: Якана вскричала и закрыла глаза, Мерлин, весело махая рукой, бросил: «Дорогу валькирии!». Орлай успел задрать голову вверх и проронить: «Циклоп Одина!!!.... Мама!!!». Несчастный Валтасар ничего не успел крикнуть: от навалившегося груза он распластался на камнях, жалобно охнув.
- Немедленно к Фармианской часовне! – поднимаясь, решительно воскликнула Якана.
- А мне кажется, что задание и тут кроется: такой страх кругом…. – как ни в чем не бывало, бодро возразил уже выкарабкавшийся из-под мыши Орлай.
- Как, ты?! Ты что тут делаешь, Дон Кихот безухий!?
- Мы искали дорогу в Скандинавию! – терпеливо объяснял друид.
Его живо перебил шатающийся Валтасар.
- Ты не Дон Кихот! – взбудоражено причитал пони, - Ты – Всадник без головы безрукий!!! Только с тобою я мог протянуть копыта!.... А скоро и вовсе их откину!
- Раз уж нас мышка свела, надо отдать ей должное и посетить то место, к которому она нас вела! – располагающе предложил Мерлин.
- Не думала, что вы можете сочинять стихи! – язвительно заметила Якана, ведя за повод почти обессилевшего Валтасара, - Ну что же: терять нам нечего… Мы вместе… Решено – идем!
С этой установкой волшебники ступили на мостовую, ведущую к жуткому замку Графа Дракулы!
Их встретили тусклые коридоры, украшенные факелами и однообразными портретами бледного юноши с массивным железным обручем на шее.
- Не хватает подписи: «В розыске! За поимку столько-то»! – сострил Орлай, потоптавшись у оного из портретов.
- Поговори мне еще! – рявкнул Валтасар: он все еще не мог простить друиду его ошибку.
- Тихо! – Якана вслушалась в приближающиеся шаги, нарушающие тишину и монотонный стук капель.
Из темноты показалась фигура юноши, изображенного на портретах. Это был тип с приветливой улыбкой, с ножом в одной руке и бокалом - в другой. Вид у типа был заспанный и в то же время – возбужденный.
- Синьки не плеснете в бокальчик? – немного пьяным голосом спросил юноша.
- Чего? – отпрянув от страха к стене, не поняла фея Трансильванская.
- Чего-чего, - повысил мягкие нотки тип, - Кровь из вены пускайте!!!... Хотя бы из вены!....
- А мы же умрем! – проблеял Орлай.
- Не волнуйтесь, - заверил странный юноша гостей, входя в тон рекламирования и пиара, - Граф Дракула обеспечит вам профессиональный, безболезненный надрез с последующим отцеживанием крови и прикладыванием бесплатного тампона йода для обеззараживания!.....
- Граф Дракула! – немного испуганно, благовейно выступила Якана, - Правитель Трансильвании! Ваша покорная слуга – валькирия Якана – готова к выполнению священной операции…
- Какая операция?! – от чего-то кисло и безнадежно возразил Граф, - Шею перерезали, видите?.... Еле живу!!!!.... Без отдачи крови не пущу никуда!!!
Он ласково приблизился к валькирии и, мягко приближая нож, спросил:
- Ты ведь не хочешь, чтобы твой могущественный правитель умер от бескровия?.... Протяни ручку, будет совсем не больно!....
- И давно вы так? – Мерлину, наконец, пришло в голову заинтересоваться чужими проблемами.
- Не успели на меня надеть венец, - печально рассказывает Дракула, - Как нагрянула война с басурманами…. На радостях победы я сделал всех пленных врага придворными…. А тут и час пробил моей первой любви…. Да, как на грех, в мою невесту влюбился и Корвель - пленный, ставший у меня часовщиком в Фармианской колокольне…. Долго упрашивал меня Корвель уступить ему девушку, но я гневался на него из-за своей гордости…. Как сказывают, часовщик заманил мою невесту к себе в башню и, не добившись ее руки, убил…. Я противник казни, но такого предательства и преступления я простить не мог. Решив устроить суд над Кровелем, я вызвал его к себе для допроса. А он набросился на меня, полоснул глубоко ножом по горлу и убежал, оставив меня погибать…. Но я выжил и держусь сейчас благодаря тому, что пью кровь….
- Так вот какой Ужас заключен в Фармианской часовне! – бессознательно воскликнула Якана, - Он, наверное, уже много девушек погубил из-за своего разбитого сердца!....
- Я бы не стал таких жалеть! – холодно заметил Валтасар.
- Правитель Трансильвании, - торжественно провозгласила Якана, - Я отомщу за Вас! Утолю пыл Вашего безумного Корвеля, клянусь!.... За мной, маги!
- Я хочу дожить до завершения этого грандиозного плана! – жалобно выкрикнул вслед утонувшим во тьме путникам Граф Дракула, - Спасите меня, спасите мощь Трансильвании!
Опустив голову, Граф со вздохом направился в покои, приготовившись умереть. Вдруг железный обруч упал с его шеи: Якана взмахнула палочкой, и шея Дракулы зажила и налилась соками, энергией. «Если у этой валькирии все получиться, я сделаю ее своей женой!» - благовейно подумал правитель Трансильвании, ощущая блаженство от ощущения тепла жизни в горле.
- Немедленно применяй голосовую телепортацию! – чуть ли не за горло взяла Якана оторопелого Орлая.
- Я что, умею?.... Да и зачем тебе? – искренне удивлялся тот.
- Затем, что мы должны познакомить с Корвелем Инь. – нервно разъясняла валькирия, - Если повезет, он полюбит ее и перестанет тиранить Трансильванию!.... И Граф будет спокоен!...
- Он что тебе, этот Граф? Секту валькирий обеспечил, что ты так о нем печешься?
Якана, движимая оскорблением патриотических чувств, надулась и отвернулась.
- Дети малые!... - снисходительно вмешался Валтасар, - Действительно, эту идею надо попробовать!.... Применяй, лодырь!
Окруженный со всех сторон, друид, подстегиваемый нарочито строгим взглядом Мерлина, зашептал заклинания телепортации, стремясь перетащить сюда Инь и Азаиса.
Увы, не знал Орлай, что эти заклинания почти не действуют на глубине. А ведь корейская колдунья, сопровождаемая мрачной Агой и сияющим египетским жрецом, оживляла в пирамиде замученных рабов.
Рабы с радостью встретили солнечный свет. Инь тут же расспросила их:
- Вот вы и живы!.... Живите с радостью, только скажите, что вас погубило?
- Роза – ответили рабы, - Нам велели хозяева посадить розу в этих жарких краях… Мы посадили, а капризные цветы все не появлялись!.... Нам пришлось отдать все свою воду, только чтобы куст расцвел!.... Увы, мы погибли, а роза завяла!....
- И только? – жалостно воскликнула корейская колдунья, - Да я с радостью подарю вам тысячу роз!... Лишь бы вы больше не мучались долгом и ужасными воспоминаниями.
Ее взгляд упал на Азаиса, задумчиво создающим из волшебных лепестков восхитительную белую розу.
- Подари ее им! – робко попросила Инь.
Египетский жрец смущенно отвел глаза в сторону и признался:
- Ну, вообще-то эту розу я хотел подарить тебе!....
Робкая корейская девушка не знала что ответить, мысленно страстно желая помочь несчастным рабам, погибшим из-за злосчастного растения. К счастью, Ага, превосходно читающая чужие мысли, вяло приказала:
- Да, брось ты свои игры, Азаис! Рабам этот цветок нужнее!
Египетский жрец был сам по себе очень тонким человеком, ему ничего не стоило разжалобиться. Вот и сейчас, глядя на умоляющие глаза рабов и Инь, он нехотя протянул розу со словами:
- Да, Вы права, мудрейшая Ага!.... В конце концов, Инь достойна целого мира!....
Удивленная его словами, та было открыла рот, чтобы отнекиваться, как вдруг… Исчезла магическая жара Египта, тихий гул ветра дюн. Ударил запах густых зарослей елей и сырого тумана. Тишина сменилась ворчанием Валтасара:
- Да что за ученик мне достался!?.... Ты кого привел, пустоголовый?!!!....
Инь на секунду зажмурилась, чтобы проверить: не обман ли это зрения. Нет, все было реальностью: и пристально глядевший на нее Азаис, и непонятно от чего хлопающий в ладоши Мерлин. И нависшие над Орлаем пони, Якана и Ага.
«Ну и за что они так на него?» - подумала Инь. Ответ стоял рядом в лице группки рабов, ликующих вокруг также перенесшегося розового куста. Поскольку вид у друида был крайне испуганный и очумелый, то сердобольная девушка поспешила отправить рабов обратно, снабдив их огромной пляшкой воды. Азаис вновь приуныл: группка рабов хоть как-то напомнала ему о родной земле.
Но грустить было некогда: впереди волшебников ждали новые приключения и мир, не потерявший надежду на силу магии!

Золото портит людей?


Не раз наблюдала, как простые слова творят необычные вещи, настоящие «чудеса»! Что можно назвать примером таких «чудес»? Хотя бы распространенные выражения вроде: «батарейки сели». «Выражение, как выражение; что в нем особенного, волшебного?» - начнут недоумевать многие.
А зря! Чтобы понять, в чем магия подобных фраз, я расскажу вам одну байку.
В Россию приехал важный английский профессор. Имени не помню, но допустим, что его звали мистер Икс (уже забавно, не правда ли?). Этот мистер Икс по роду своей деятельности (он был известным математиком) был невероятно чопорный, педантичный, во всем видел лишь логику.
И вот, с грехом пополам выучив русский язык, данный индивид гордо закрылся для усердной работы у себя в комнате, которую снимал в коммунальной квартире.
Да вот беда – соседи больно болтливы: день-деньской они сотрясали воздух пустяковыми и бесполезными (с точки зрения мистера Икс) фразами.
Буквально с пеленок не знавший ничего, кроме формул и терминов, угрюмый английский ученый на все лады ворчал и злился, ведь он не понимал, что есть кроме науки и хобби, общение.
В один прекрасный день мистер Икс решил пройтись по всем соседям и выслушать все, что так их беспокоит сутками. «Пусть уже наговорятся! – злорадно тешил себя мыслью он, - Зато им уже сказать будет нечего и воцарится тишина, вместе с ней – мои гениальные идеи».
Однако вместе с первой соседкой напыщенного англичанина постигло огромное разочарование: мало того, что рассказ соседки длился не менее получаса, так сей час же подключились в разговор все другие жильцы.
Их чудные фразочки совсем сбили ученого с толку, и он, со слабым писком надежды, решил узнать смысл странных выражений, которые сыпались горохом со всех сторон.
- У моего племянника работа не находиться никак, а он еще и рад, в ус не дует! – жаловался один сосед.
- У вашего племянника есть усы? – вяло полюбопытствовал математик.
- Нет. – оторопел собеседник.
- Тогда в чей ус он дует? Часом не в ваш? – ехидно осведомился мистер Икс.
Сосед, посмеиваясь в душе над прямолинейностью иностранцев, поспешил удалиться.
- А перед моим братом смазливенькая секретарша хвостом вертит – сплетничала пожилая женщина, - Как бы у него рога не выросли, он ведь десять лет как женат!
Математик побледнел, представив себе мужчину с рогами и женщину с хвостом. Затем он дрожащим голосом спросил:
- О ужас! Как же вы допустили такую степень мутации у вашего брата?! – решив помилосердствовать, он посоветовал, - Ни в коем случае не подпускайте своего брата к секретарше, а то я слышал, что от двух одновременных мутаций летальный исход получить можно!
Сплетница сначала тоже испугалась, но угадав причину околесицы мистера Икс, завизжала от смеха и, утирая слезы, ушла, еще долго потом хихикая.
- Уже не знаю, что мне делать с моей машиной. Это не тачка, а барахло! – возмущался автолюбитель, - Три недели уже ремонтирую, а это корыто еле тащится…
У ученого аж голова разболелась от нахлынувшей поистине фантастической информации.
Однако, будучи верным привычке решать задачу до момента ее разъяснения, англичанин задумался:
- Что-то не пойму – вы на чем ездите? На тачке, на корыте, или на машине? Но если на тачке, то не советую – опасно, и скорость неуправляема. А если на корыте, то вы хоть соображайте, что вы делаете?! Как вы его в движение приводите-то?
Автолюбитель, едва сдерживая улыбку, ушел.
И так продолжалось еще долго: русские соседи рассказывали ученому небылицы, а потом смеялись с его замечаний и советов.
Мистер Икс не выдержал и решил: «Эти русские – чудаки!».
Это потом ему придется узнать, что «в ус не дуть» - баклуши бить, бездельничать. Что «вертеть хвостом» - кокетничать, а «носить рога» - засматриваться еще на кого-то, кроме своей суженной. Что «тачка», «корыто», «машина» - слова-синонимы, похожие по смыслу. И что, наконец, «батарейки сели» - это разрядились батарейки, а не уподобились человеку в умении сидеть, лежать и подавать голос. И золото не может портить каким – то образом людей, это ведь металл (скорее люди могут его охотно испортить: запачкать например.).
Это всего лишь доказательства того, что русский язык, как справедливо отмечалось классиками, - велик, богат и могуч!
Вот и выходит, что «чудеса», которые совершают слова – они будят нашу фантазию, ум пытливость и находчивость.
Эти качества могут быть как полезны, так и негативны. Так что не золото портит людей, а чопорность. Слишком буйная (или скупая) фантазия. Серая логика, не оставляющая место жизнерадостности и уме6нию заводить друзей, интересы.
Лучшим доказательством вышесказанного является то. что нелюдимый мистер Икс зарекся вообще с кем-либо общаться, дабы поберечь свою психику для научных подвигов.
И все же в душе он благодарен русским. Они дали ему понять, что, выражаясь по-ихнему, не «все то золото, что блестит».




Ветер странствий
(или Роковая Суета Таи)


«Лето, эх, лето! – нетерпеливо думала Тая, переминаясь с ноги на ногу, - Канешь ты в лету!... что ж он не несет его!».
Она стояла перед домом родственников уже битый час и бесстрашно принялась вопить:
- Дядь Вить!... Дай билет-то, и я смоюсь!... Дядь Вить!
В доме было глухо, как в танке. Сыпля ворчанием, Тая пошла к гаражу, комментируя:
- Ну, что ж, похоже, он на работе!.. Придется само на вокзал ехать, покупать новый билет!
Ключ от машины были в дверце. Что-то еще попалось на любопытные глаза Таи. Она всмотрелась – это был билет в Прагу, безмятежно покоящийся на сиденье водителя.
- Ну зашибись! – непроизвольно воскликнула девочка, открывая машину, - ну, дядя Витя, припомню я Вам, как вы меня в 15 лет билет по всему двору искать вынудили и машину заставили водить!!...
Монстр-машина с, мягко говоря, неспешной скоростью покинула свое насиженное место и была робко направлена в направлении вокзала. Всю поездку Тая то и дело тормозила ее, спрашивая дорогу (на вокзале она была лишь раз в жизни). Девочка двигалась медленно, рывками, боясь задеть встречную полосу. По этой же причине она ругала взахлеб автомобиль, вихляющий во все направления. Часы показывали ровно два.
- Еще и не успею купить обратный, касса закроется! – бормотала Тая в впопыхах, мчась сломя голову к первой, попавшейся на глаза кассе. Приветливо открылось окошко, и медовый голос спросил:
- Ваш билет?
- Сейчас! – торопливо отозвалась Тая, шаря по всем карманам: билета не было.
- От!!... – только и проронила она, - Теперь поди его найди!
Девушка в окошке ждала. Наконец, девочка сообразила:
- Билет в Прагу, пожалуйста! – попросила Тая, протягивая деньги, предусмотрительно изъятые ею из дядиного капитала.
Девушка ждала: просьба была не точной. Или она не расслышала Таю сквозь шум отходящих паровозов.
- Туда и обратно, пожалуйста! – поспешно прибавила девочка, убедившись, что денег хватит на ее заказ.
Чудо: девушка покопалась и сунула вожделенные билеты.
- Ваш поезд – «Союз народов 37»! Первый путь!..... Следующий! – поторопила девушка.
Тая не спешила отходить в сторону: надо было прочитать билет и, в случае чего, вернуть и поменять на месте. Девочка с напряжением всмотрелась в мелкий шрифт. На английском и русском языка было масса ненужного (на ее взгляд) текста. Слово «Прага» нигде не встречалось! Тая метнулась глазами в конец текста билета. Черным по белому гордо зияла надпись: «Одесса – Рим».
В голове Таи мелькнула мысль, что это не тот билет. Она усиленно принялась вспоминать столицы государств.
«Киев – Украина. Прага – Чехия. Берлин – Германия, Париж – Франция. Рим – Италия!... Я еду в Италию?!!.. Это что за фокусы!?.. Вот я им врежу!»
- Вы что мне сунули? – пищала Тая на весь вокзал, - Вы что, недочуваете!?... Что это Вы мне Италию сунули!
- Как вы заказали! – невозмутимо ответила девушка в окошке и, видимо, желая избавиться от шумного клиента, повторила, - И билет нельзя вернуть, проходите!.. Не задерживайте!
- Как это нельзя!? – от рвения девочка чуть не лезла в злополучное окошко, - Я в Чехию еду, слышите, Вы?... Я не поеду в Рим!
Тут Тая смущенно замолчала: в шаге от нее стоял высокий, молодой мужчина и улыбался, хотя в глазах у него была тревога.
Девочка, возбужденная неприятностью, не мягко бросила ему:
- А Вы что уставились, идите!
Тут из уст улыбающегося мужчины, с энтузиазмом подавшимся вперед, полился незнакомый Тае язык, молвивший:
- У тебя денег не хватило, да?.. Давай я за тебя заплачу, вместе поедем!
Тая долго перебирала в голове все худо-бедно знакомые ей языковые звучания. Она еще раз посмотрела на незнакомца, вступившего с ней в беседу. Он был смуглый и кучерявый. От чего-то нехотя вспомнились курсы итальянского, которые она ненавидела.
«Вот блин!! – догадалась девочка, - Еду в Италию, да еще выходец из нее привязался!!.. Что же делать?»
Мужчина еще подумал и, ласково пообещав: «Ну, не переживай, я тебя не брошу!», направился к кассе.
Тае вдруг захотелось сбить этого загадочного незнакомца с ног и тем самым предотвратить знакомство с нелюбимой страной. Но обреченность и отчаяние будто продиктовали Тае стоять на месте в солдатской, очумелой позе. И наблюдать, как мужчина вежливо переговаривает с кассиршей и, помахав ей рукой, направляется к ней.
Он повел ее к прибывшему составу «Союз народов 37», радостно гудящему на всю станцию. Сразу два проводника вышли встречать и обслуживать пассажиров. Один из них – высокий, симпатичный блондин - был явно полиглотом: поездом ехало много иностранцев, и для каждой страны он находил свои дежурные фразы приветствия и предложения услуг. Внешность блондина не понравилась Тае, особенно ее разозлило, когда тот с самым солнечным лицом на свете поприветствовал ее оптимистичного спутника, подающего билеты и аккуратно заносящим чемоданы в поезд. Девочка, наблюдая всю эту процессию, позволила себе роскошь вдоволь накорчить проводнику рожи.
Но тут она заметила, что сопровождающий ее сеньор снисходительно улыбался и ждал, когда она всласть накривляется. Мысленно бросив вслед противному блондину нелепое: «Хайль, Муссолини!», и горько вздохнув, Тая поплелась за, будто привязанным к ней, мужчиной в их купе. По дороге она еле-еле успевала за ходом его жизнерадостно звучащих мыслей, абсолютно не имя понятия, о чем он ей так вдохновлено рассказывает.
«Ой, и повезло!... – кисло рассуждала Тая в мыслях, силилась показать интерес и понятие в беседе иностранца, - Хотела в Прагу съездить, на часовни поглядеть… А тут тебе поезд с сахарным до тошноты толмачом и интересный собеседник из Италии!!!... Ну, ничего же не понять,… надо было этот фашистский учить! … А он-то надрывается!... Что ж ему ответить?»
Девочка усиленно стала вспоминать все выученные фразы. Тем временем ее спутник уже разложил вещи и, осведомившись: «У тебя очень грустный вид!... Может, ты голодна?» (на что Тая, разумеется, наотмашь кивнула, не понимая слов), принялся расставлять на столике нехитрый скарб продовольствия.
Тая долго сидела, принимая пунцовый стыдливый окрас, наблюдая, как он гостеприимно суетился, расставляя блюда, и подумала: «Ну вспомни хоть что-нибудь по-ихнему!... Он же из кожи вон лезет!!!... Неудобно перед человеком!».
Храбро собравши весь свой весьма скудный словарный запас, она, наконец, выпалила первое, что смогли отрыть ее мысли в тунеллях дремучего сознания:
- Где моя шапка?
Сеньор вопросительно выпрямился и, несколько секунд поглядев на Таю, удивленно вскинув брови, попытался быть отзывчивым даже на самые непонятные ее реплики:
- О, ты любишь носить шапки?... Ну, к сожалению, где воя шапка, желательно знать только тебе… Или ты ее потеряла?
Интонации были вопросительные, и девочка, с большим опозданием поняв это, кивнула (а что ей оставалось делать?).
- Я куплю тебе новую, хочешь? – с энтузиазмом предложил ее собеседник.
В голосе ее было столько участия и готовности заботиться, что Тая тяжело вздохнула и мысленно покорила себя: «Вижу и без слов, что человек он щедрый!... Жалко его: он интересуется, просит что-то!... А я – ну ничего связать не могу!!!... Учиться надо было!... А то позорюсь теперь!!.. Эх!..»
Перекусив, сеньор, которого звали Паулем Соренни (что с трудом смогла прочесть Тая в его паспорте, пока тот вышел за сладкой водой в буфет), принялся усердно обустраивать полку девочки и место для сна, хотя лучи солнца только чуть касались горизонта.
«Традиция у них, что ли, такая? – спрашивала себя Тая, почти не надеясь получить ответ на доступном ей языке, - Ой, неудобно даже, что он мне стелит!... Ну вот – вновь затрещал, как пулемет!... Ну что ты надрываешься, я же все равно ничего не понимаю!.... Я знаю, что делать!»
С этой мыслью девочка вновь напрягла все свое серое вещество для хоть одного нормально звучащего предложения. Раздобыв бумажку, Тая отчаянно ввела каракули: «Где есть руский человек?». Медленно заливаясь краской за свою грамматику, она передала записку Паулю. Тот с натянутой улыбкой сделал вид, что забыл выложить любимую книгу (как он и сказал, безрезультатно, Тае). На самом деле Соринни пытался уловить, что у него спрашивают. Наконец, он понял и оживился:
- Это знает проводник!... Придется подождать проводника!...
«Тяжелый случай! – вынесла себе очередной приговор девочка, - Поговорили!... Ну и что он опять понес?..»
Соренни, мячко поглядев на ее нескладный взгляд образа понимающего барана, удалился и через минуту вернулся с противным блондином, который, очевидно узнав обидчицу, поприветствовал ее кислой улыбкой.
«Ну совсем шикарно!» - надулась Тая и, из уважения к суетящемуся Паулю, решила вступить в возмущенное фиаско – диспуты с проводником, мелькнув едкой фразой:
- Что это я тут делаю!?... где у Вас тут русские купе?
Очевидно, ее слова веяли неприязнью и говорили сами за себя. Потому только что радужный сеньор Соренни явно омрачился и с тихой грустью спросил:
- Зачем тебе? Тебе тут плохо?
Зная, что сладкий блондин был гордостью персонала и напыщенным полиглотом, девочка тут же упрямо потребовала перевода.
- Они интересуется, зачем тебе русские купе и плохо ли тебе с ним?
«А какого он догадывается о чем я говорю!?» – возмутилась Тая и молниеносно возбужденно ответила:
- А не плохо ли мне с ним, если я ни звука не понимаю, из того, что он говорит?
- А чего Вы тогда выбрали инностранный вагон? – лицо приторного проводника удлинилось от удивления, - Как заказали, так и езжайте!... Скатерьтью дорога! – не забыл он бросить в след.
- Вы сговорились все, что ли!? – завизжала Тая на весь поезд, - Ну-ка пригласите главного и переводчика, я вам всем вдолблю, «зачем»!
Уловив в ее голосе угрозу, несчастный проводник вынужден был отстаться на месте (переводил он) и кликнуть другого напыщенного типа – епструю шатенку с противно курносыой физиономией.
- Не делайте из мухи слона! - тактично пропросила шатенка с ходу, - Разъясните спокойно, какие у Вас возникли проблемы?
- Уж если впихнули мне Рим, так хоть посадите рядом с русскими! – жалобно завела девочка привычную песню.
- Ничего не понимаю, ей какая разница, с кем ехать: все равно уть для всех один! – шепнул блондин курносой даме и решил, - Чтоб этот гордиев узел развязать, надо выслушать обе стороны!... Спрошу-ка у ее спутника, в чем дело.
Вновь купе огласилось ненавистным Тае быстрым языком, молвившим из уст блондина следующее:
- Сеньор, Вы как полагаете, какая была беда?
Польщенный уважительным тоном (или смутившись нелепоым вопросом), Пауль спокойно ответил:
- У девоки не ватило денег на билет!... Она согласилась ехать со мною, и правильно – так лучше! – задумчиво прибавил он.
- Таак.. – недовольно распямился блонин и дрожащим от злости голосом принялся пилоить кислую мину Таи, - Сказали мне, что все по согласию, как овориться!... Что ж Вы голову морочите!?... Ну-ка сели, замолчали в тряпочку и насладлись поездкой!.... Счастливо обращаться только по конкретным просьбам!
После этого, проводник ересилил раздраженное лицо, пожелав приятной поездки Соренни, откланялся и вышел. Чтобы замять вспыхнувший скандал, шатенка опустила глаза, улыбнувшись, изящно вышла.
«Ээх, и приятная поездочка! – расстроенно подумала девочка, - Как же!...» С этой мыслью Тая храбро устремилась к той стране, к которой мчался неунывающий поезд!...

(Отредактировано автором: 16 июня 2011 — 16:13)

-----
присматриваюсь к этому миру...))

top
gaze
> 21 июня 2011 — 00:51
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Луны

Все это произошло, наверное, когда я был маленьким, любил наблюдать утренние облака, а ночью ждал привидений (ох, и глупость). Когда жил в большом (шутка ли – семь этажей, не считая чердака подвала и многочисленных пристроек с балконами?) замке; и не знал тревог. Когда всякая мелочь, вроде еды, прогулки и забав казалась (а это далеко не лесть!) необыкновенным и нужным.
Самые яркие впечатления у меня связаны с матерью – самым интересным и необычным существом во всем замке. Она была маленькой нежной девочкой – ее живой и лишенный кокетства характер безошибочно утверждал, что я, наверное, подчиняясь каким-то законам, был рожден ею в очень раннем возрасте.
Да и у кого язык повернется назвать мою маму женщиной (или даже хотя бы девушкой!): она светилась детским оптимизмом и надеждами, любила играть в мягкие игрушки, статуэтки и куклы, рисовать, расскрашивать разные жрналы печатанных черно-белых картинок, читать сказки со мною, и с такой ведь простотой, будто была мне ровесницей.
Однако было бы неправильно считать ее лишь красивой глупышкой – «главным украшением гостиной» (и всего замка): она тщательно следила за порядком в доме, за здоровьем и настроением его жителей, неплохо располагала домашними делами (за исключением расчетов семейных расходов – мама их терпеть не могла). Чем законно заслужила уважение всех домочадцев.
Особенно мужской половины дома – этот маленький ребенок, странным образом называющийся моей матерью, вызывал одним только своим присутствием благовейный трепет и таинственное, страшное нетерпение у нашей ловкой «огнистой дюжины» (мужиков-слуг у нас было в замке, считая и моего отца, аж 13, и все слуги с каким-то воздыханием и тоской поглядывали на свою хозяйку).
Чем вызывали у нее забавнейшую манеру: как только мать замечала, что воздыхатели ее окружили и не охлаждают своих намерений, она отчаянно выливала на них поток… болезней, которыми она якобы болеет. На них она с готовностью демонстрировала весь свой (даалеко неиссякаемый!) словарный запас; с удовольствием выпаливала своим «все же терпимым и уважаемым супостатам» любые хвори – от действительно страшных до поистине фантастических, порождаемых ее бурной фантазией.
Но этим она только вызывала умиление и более игривый настрой у окруживших ее, ходившим за нею по пятам, слуг. Тогда она трогательно голосила тем, что можно назвать «ультразвуком» (вычитает такое же!) призывая спуститься моего отца – внушительного и серьезного хозяина замка.
Однако первыми всегда прибегали единственные (не считая моей матери) представительницы женского пола в замке – рябая рубаха-девка Палажка и сомнительного происхождения баба Параска. Те незамедлительно принимались пилить явно расстроенных их появлением мужиков, причитая об «испорченности и вынужденном воздержании, одновременно потаканиям их несносных причуд».
И тут-то уже появлялся мой отец: он чинно подходил к маме и твердо осведомлялся о том, что тут делает «все скопление мужланов замка». Немного злые на него и трусоватые, те принимались моментально делать вид, что оказались тут случайно: смотритель библиотеки поспешно напускал на себя озабоченный вид, делал вид, что забыл взять или положить на место какую-то книгу и мелкими жажками шел к одной из многочисленных библиотек - на самом деле с целью лишний раз полюбоваться на мамину комнату - (расположенных на каждому углу заботами моей любознательной мамой);
повар тут же припадал к полу, чтобы якобы подобрать что-нибудь съестное для очередного блюда – а больше с любопытством, чтобы лучше рассмотреть легкие туфельки матери; и все остальные поступали в том же духе…
А мама растерянно хлопала миловидными ресницами на расспросы отца, сама не понимая, от чего все это; тем временем Палажка с Параской упорно доказывали, что давно пора повыселять этих похотливых «извергов».
И так развивался неприятный для отца скандал, который всегда исчерпывался с моим появлением, порожденным самым простым любопытством. А рябая девка и бабка сомнительного происхождения тут же приказывали отцу прекращать эту «нелепую» (и в тоже время серьезную бурю), дабы «не взволновать дитятю».
И простодушная мама тут же робко охала и подбегала ко мне, чуть не давя от избытка чувств в объятиях. А отец горько и сочно плевал в одно и тоже место, давая тем самым понять, что конфликт исчерпан (и эти плевки он строго-настрого запрещал вытирать кому-либо, полагая их место святыней, а сами плевки – семейной памятью о мире в семье).
И вообще он был огорчен таким ходом событий. А ведь огорчаться он действительно имел право: он, не знающий сомнений ограничений, взял в жены «миниатюрную принцессу» (как он сам любил называть мою мать) а на нее – вот ведь беда! Или все-таки закономерность? – не устают засматриваться все мужики замка.
Иногда отец спрашивал сам себя: может, чего-то не додал своей «принцессе», и она втайне тоже мечтает о свидании НЕ с ним (эх, отец, отец!... И откуда к тебе-то могла прицепиться эта известная женская зараза – понапридумывать да понакручивать чего?!...)?
Хотя нет – исключено (по мнению отца): мама была в вечном приятном положении любимой и дорогой античной вазы, на которую запрещалось даже дыхнуть; исполнялись все ее капризы и заказывались для нее заграничные индивидуально – диетические, дорогущие вкусности и лакомства; а туалету матери должна завидовать сама королева или царица какая, только…
Весь кисель в том, что все эти теплые знаки внимания зачастую совершались не моим отцом, а всеми слугами – от повара о столяра. Они часто яростно спорили и устраивали мордобой за честь исполнить мамины просьбы!
Я помню, что после причуд матери мне всегда было бальзамом на душу незаметно пробраться в место скопления наших мужчин, чтобы отдохнуть от пребывания в роли куколки в мальчишьих штанишках.
Пока бравы молодцы на всяк лад напрягали все свои орудия красноречия (проще говоря – кулаки), я наслаждался чувством зрителя гладиаторских боев Древнего Рима, имеющего загадочное право сердечно болеть за понравившегося воина и самодовольно выкрикивать «помиловать» либо «казнить».
Вот только последний приговор мне хотелось скандировать все меньше, поскольку становилось действительно жаль всех их – так злобно отгоняемых моим отцом. Стало понятно, почему моя мать так невозможно привлекала их: она была единственной и поистине прекрасной хозяйкой замка.
По этой же причине отец постоянно грозился отослать наших мужиков оттуда куда подальше. Так ли подальше, как это вообще есть? Ведь сразу (или далекооо не сразу, верст через десять) после замка простирался безмятежный лес, ряд мистических маленьких гор с пещерами и – что самое фантастическое – шикарное, теплое и смиренное море.
А еще в, глухой и ведь довольно броской, стороне от замка находится село с красноречивым названием – Бабьино, ибо живут там лишь одни бабы и они токмо себе подобными разрождаются! Давненько эта прадедовского уклада деревня наводила душевную смуту на наших мужиков, являлась для них преисподней, хоть и знакома была, словно собственные пятерни (ну, ввиду, наверное, досадной частой посещаемости).
И совсем не диво, что такая не завидная слава у этого села: моя мама была очень тихой и аккуратной – жительницы Бабьина являлись бесскромными наляпистыми и шумными кокетками;
самая тонкая на свете «принцесса» отличалась неприхотливостью, учтивостью и сентиментальностью – селянки же, чуть завидев издали мужика, тут же подобно цыганью, вихрем устремлялись к нему со сногсбивающими плясками и громогласными песнями; иные, как наседки базарные, бежали к нему с хлебами-солями, всеми видами молочно-кефирных богатств и самогона;
и все это - ради каких угодно услуг мужику, за которые с него брали обязательный уговор по выходным, праздникам, ярмаркам заходить к ним в гости…
Все это заканчивалось тем, что еще более убитые разочарованием наши мужчины с еще большим упованием взирали на мою мать, а счастливых и нахальных несушек Бабьина становилось на одну или Н-раз больше (тем самым славное село процветало… Мдяя-сь)!
После примирения и всех этих глубокомысленных сравнений, выводов и философствований (с исчерпывающими истинами, подсмотренных в маминой лексике), мужики с радостью расплывались в искренних восхищениях всем, что их хозяйка думает, говорит, делает, считает своим увлечением; ее изящной походкой и наивно-по-своему правильных поступкам.
Далее они (ну, непременно!) рассыпались в лунатических и одновременно скулящих интонациях, гласящих о неземной красоте моей матери, которая (ах, увы!...) принадлежит только моему отцу – самодуру. Деспоту абсолютно равнодушному к этому «небесному созданию».
Порою их откровения и мечты вызывали у меня желание врезать им и поскорее уйти к матери, которая нелегко отходила от их бурных чувствопадов.
Как правило, я так и делаю. И тут же становлюсь свидетелем, как она на все лады ласкала, кормила, умащала ласковыми словами наш обширный животный мир замка (а зверюшек, надо сказать, у нас жило больше чем людей!) – лошадей, собак, почти всех модных (да и немодных) пород, несколько кошек, голубей, кроликов, ручных мышек, белочек, хомячков и рыбок, а также – свинок, овец, коров, ослов, уток, пару лебедей и несколько лисичек с ласками.
Меня всегда удивляло, откуда в моей маме столько всепревозмогающей и всежертвенной любви к (как она сама их называла) «пушистым милым пузикам», «светлым искристым глазкам», «маленьким теплым сердечкам»: она тщательно следила за их покоем, здоровьем, настроением и чувствами; неусыпно контролировала их безопасность, сладкий сон, изысканное и сытное питание, интересные и полезные игры?
Эта любовь неоднократно (то ли из-за самолюбия и ревности, то ли от черствости?) буквально бесила отца, и он неоднократно возмущался что столько «лоснящихся от здоровья и жира рабочих скотин пролеживаются без работы!»;
грозился всех, кого надо, наконец, продать, выкинуть в подарок первому встречному, израсходовать на мясо, отстрелять старых и опостылевших животных, прогнать их на все четыре стороны…
Однако мать тут же поднимала неимоверный ор, писк, вопль, подключала к этому (ну, порою и надо для приличия) слезы, слюни, сопли, холодный пот и дрожь; горячо использовала самые искренние мольбы, угрозы и шантажи, ползала на коленях и едва ли не билась хрупким лобиком о твердоватый мраморный пол, металась по всему замку в поисках защитников своих убеждений, поднимая клубы пыли!
То-то же было блаженство для наших мужиков (что самое смешное, связанных с животными – конюхам, псарям..), когда им предоставлялось перегнать назойливых Палажку с Параской и убедить отца в том, что животные – тоже радость, «хозяйка не переживет разлуки с ними!» (что было абсолютной правдой); а за это быть вознагражденными робким поцелуем в щечку…
Да, что за чудо была моя мама! Она могла с первыми лучами солнца выскочить, впервую очередь, к зверюшкам – сказать «доброе утро и… поговорить, расспросить о том, как им спалось, что они хотят кушать и тому подобное – преподобное…. (и выдумает же такие псевдонаучные проекты! А может, оно – и правильно? Кто его знает… Ритуал, и все тут!).
А потом она расчесывает их, брызгает духами и наряжает в сахарные бантики, платьица и бусинки (словно девчушек каких!), прогуливается с ними. Играет и кормит, и обучает, и… Да кажется, дай моей матери всю жизнь прожить в тесной конуре с верным бобиком – не колеблясь бы согласилась!
И отец все же не прав был – все до единого, животные, под руководством мамы, были заняты: лошади рассгрупированы на таскание людей, почтовой, прогулочной коляски, плуга, охоту, «спортивный интерес» (так у нас нарекались скачки, конкур и тому подобная лошадиная суета);
кролики и овцы удивительным образом помогали садовнику и дворнику сохранять чистоту парка замка, гладкость и ровность газонов, садовых кустиков, последние щедро два раза в год делились шерстью (впрочем, мама следила, чтобы их - не дай Господь! - не обстригли сильно, чтоб шерсть в определенном количестве осталась, «чтоб было тепло малюсеньким!»);
собаки тоже были не без занятий: добрая половина из них (ну прямо, как спартанцы!) была приучена выстраиваться шеренгой вдоль ограды замка и дежурить сутками, сменяя друг друга, методично полаивая и вставая на задние лапы (чтобы проверить, все ли спокойно) время от времени;
других терроризировал на охоте отец, причем мать предусматривала это и подготавливала песиков к охоте, используя в качестве дичи понимающих лисичек, драчливых куниц и насмешливых голубей, игривых белочек; ситуация всегда проходила под ее зорким контролем и к концу тренировок волшебным образом собаки были великолепно подготовлены, и никто из «добычи» не был даже поцарапан!
Декоративные собачки, вроде болонок и пекинесов, служили моделями для маминых портретов и рукодельного творчества, с ними она нередко посещала выставки, где демонстрировала их умение «петь», «пританцовывать», играть и даже «считать».
Рыбки, понятное дело – были тренировочным пособием для слуг, любивших рыбалку (последние могли лишиться еды, если вдруг забудут, что рыбки должны быть невредимы и «по-минимальному напуганы»!)
Коровки должны быть всегда в «бодром настроении», поскольку дают все, и даже большее…
Дааа, наши зверюшки – был целый мир для мамы; и ей было страшно больно расставаться с ними: бывало, кого-то отец все же потребует прогнать или животное было старым,
она со слезами давала напутствие жить счастливо и в «тепле» (понимал всегда, что это слово для матери никогда не было однозначным!), давая ему еду, воду и любимую игрушку на память, отпускала его на волю, в путь, уходить…
А оно, видно, понимая, что светлее, чем с мамой, ему нигде не будет, если и уходило на кратчайший срок, то всегда возвращалось к замку, радостно бежало к своей хозяйке, оставался с нею навсегда!....
Навсегда запомнил мамин страх перед… насекомыми: вот странно, но, при всей своей любви к животным, их она терпеть не могла, хотя и с почтительным трепетом относилась к их праву жить…
А что я, впрочем, болтаю? Чуть завидев в гостиной какого-нибудь несчастного паучка, мать тут же поднимала вой на весь замок: «Уберите, прибейте его!!!... Скореее!!.. Ооой!..», и это продолжалось до тех пор, пока не прибегал дворник (снискавший у нас звание самого чистосердечного и смелого человека) и смахивал паучка куда подальше от икающей и брыкающейся от страха мамы, а затем следил, чтобы тот на пушечный выстрел не приближался к ней.
Только редкий, скромно выглядящий, жучок (как правило, мятный жук или божья коровка) мог завоевать милость быть живым и нетронутым, спокойно ползать по ладошке этого, казалось, сотканного из шелка и ванильного крема, маленького наивного существа (забавно, но она так пыталась побороть в себе букашкобоязнь; всегда под присмотром самоотверженного дворника, немного напряженно следила за каждым безразличным поворотом жучка, осторожно давая ему исследовать каждый ее пальчик, все время тихонько вздрагивая от любопытства и страха перед тем, что «ну вдруг он меня укусит!»).
И, конечно же, ее платонически завораживали бабочки (а вблизи, особенно под лупой, они, по ее исследованиям, были «настоящими чудищами!... Уфф, хоть бы не приснились!.. Пусть летают себе, а меня не трогают…»).
А вот «музыкальные» букашки, вроде кузнечиков и сверчков, почитались матерью только в нематериальном виде (ну, то есть только тогда, когда она слышала их пение).
О их родичах (тараканах и богомолах) вообще речь всегда заходила как о самых «страшных и опасных созданиях всего мира», и удалому дворнику приходилось все вечера и ночи караулить кусты, цветы, траву и деревья, что росли прямо под окном маминой комнаты (куда постоянно норовили запрыгнуть дерзкие «страшные создания»);
ужаснее было, когда им это удавалось и они, немного предпочитая отдохнуть на мягоньком плечике мамы и заметив, что она – оооо, ужас-то какой! – их обнаружила и (по своему детскому обыкновению) подняла писк, от которого враз просыпалось ползамка, отваливались обратно в окно от шока, что их простой доброжелательный визит встречен диким визжанием и бешенными маханиями во все стороны руками;
они исчезали и старались больше не показываться мой матери на глаза (дабы не помереть от страха), а она все голосила и металась, взывая переполох у верного дворника, будя и вводя в шок всех ночных птиц, домочадцев и животных (особенно собак, спартанцев, которые почуяв тревогу хозяйки, поднимали немилосердный для сна лай)…
Ох, что и говорить! Даже таких общепризнанных букашек, как муравьев, пчел и стрекоз, мать избегала (в самом прямом смысле слова, на всех парах), как чумы и даже изредка прибегала к празднику для кур, голубей, уток и полюбивших ее садовый изящный прудик жаб: она просто не преграждала им путь и с облегчением наблюдала, как они выискивали замешкавшихся гусениц, пауков, жучков и буквально отщипывали их от высокой и густой травы.
Отец всегда отчитывал ее за насекомобоязнь, скупо изрекая, что раз она от простой осы «убегает за горизонт и прячется, даже если та летела совершенно по другим делам и в другом направлении!», то нечего говорить и о людях (а именно – о наших чистосердечных и простых мужланах, коих он тихо и бессильно ненавидел). Он всегда указывал на необходимость умения поднимать «изнеженные ноготки» в бой за свои убеждения, а не надеяться на «неряшливого алкаша-дворника!».
Мать тихо кивала, смотрела на него самыми честными глазами невинного личика, не понимая, могло ли вообще когда-нибудь событие ужасное, требующее от нее «низкого оскорбления личности человека грубыми разъяснениями его физической природы!»?
(Добавление)


Черный листок

Ветер все шумит и шумит. Ставни хлопают. А тепла все нет. Как нет и возврата к прежним хозяевам. Но, наконец, является какой-то мерзкий мальчуган и впускает тебя в холодное и совершенно безобразное здание. Порою удивляешься: что тебе делать в этом мерзком здании?
Сказано, что именно тут ты можешь заработать на хлеб свой скудный и скучный, прислуживая каким-то бледным Бейнам. Что ты о них знаешь? Да, впрочем. То, что совсем тебя не касалось. То, что совсем не возбуждало в тебе никакого интереса потому, что это чужая реальность – она. Конечно, есть. Но что толку тебе от нее. Если она тебе не дает ничего…
А вот тут ты неправа: даже оборванец подчеркнул, что за хорошую службу Бейны будут сытно кормить, тепло одевать и вообще относиться терпимо к тому, что ты – такой же человек, как и они, со своими бессильными обязанностями. А ты ухмыляешься, что им, откормленным судьбою существам, глубоко безразлично твое положение… Должно быть безразлично.
В лучшем случае ты, разумеется, встретишь среди них, суетную даму, ярую поклонницу шумных обителей сплетен, масок и сластей, от безделья готовую в тебе видеть подругу себе. Она будет плевать на тебя, вечно суетясь о молодых повесах, потерявших остатки ответственности – своих поклонниках.
В худшем – это будет старуха, сварливая и чопорная. Она будет день-деньской расхаживать по роскошным покоям и что-то себе мудрствовать под нос, шамкать неведомые истины. А если ты их не расслышишь – будешь получать по щекам….
По-любому, это должна быть госпожа. Та, суровая и эгоистичная, прячущяяся от проблем города за каменными, безвкусно отделанными воротами, неуклюжим камином, с нелепо торчащими колоннами по стенам холла. Какая-нибудь тенистая, мрачная госпожа… Какая-никакая…
А каково же было твое удивление злость, когда оборванец, грубо приведший тебя за руку в этот мрачноватый замок, хиленьким голосом представил тебя… высокому, худенькому старику (даже чем-то изнеможенному). От старика веяло каким-то убожеством и даже вялостью.
Но это, наверное, совсем не так! Разве хилость души может вещать тебе таким тихим, но густым голосом: «Мое почтение, мисс! Являюсь хозяином замка, ношу звание сэра Абеля Бейна»..
Ты убеждаешься, что придется Боко-бок жить и вероятно ведь мучится с этим призракоподобным в движениях стариком… Впрочем, что ты заладила в своих суетных мыслях: «Старый, старый..». Ведь даже не разговаривала с ним, не знаешь его, странно, но и смотреть ему в глаза не хочешь – противно.
«Вас что-то смущает?» - поспешил преодолеть твою отчужденность новый хозяин.
«Да скучно без работы» - в свою очередь, спешишь брякнуть ты, упорно не сводя глаз с ветхого ковра на разбитом полу.
«Не спешите!» - должно было быть, строго распорядился Бейн, хотя в его голосе не было того самодурства, которое так тобою ожидалось (и почему?) – Вы, вероятно, очень устали, немного напуганы новой обстановкой, не правда ли?».
«Да, скорее, меня все это бесит!» - уныло признаешься себе, не решаясь вот так сразу в лоб показать Абелю, который весьма благо настроено суетился, предлагая присесть, попить кофе, свое отношение.
И что за разочарованность от того, что не наткнулась на бешенность (ровно как обида на рассказчика, у которого даже страшная история теряет свою остроту и начинает журчать монотонным ручьем, вроде голоса нового хозяина)? «Хозяин»…
С сомнением и брезгливостью взирая на спокойны и даже ласковый взгляд, небрежно склоченные волосы, истощенный овал лица и словно скульптором вырезанные в морщинах и жилках длинные руки, даже не хочешь верить, что все дни станут пыткой рядом с эдаким монстром….Ты отказываешься называть это нескладное длинное создание хозяином.
Потому со всей силы удерживается ненависть к нему, пока он любезно разговаривает с тобой обо всем на свете и показывает свое угрюмое жилище. Итогом вашей совместной прогулки стало то, что, словно слепо оглянувшись на лабиринты комнат, тайники, библиотеку и заброшенные кладовые, с облегчением неразговорчивой мумии окунаешься в льстящую тебе деревянную дверь, открывавшую взору богато убранное трюмо, кричащие безделушки и скучные картины..
«Надеюсь, Вам тут будет удобно! – скромно осведомился хозяин и, словно забыв что-то спросить, не спешил позволить тебе закрыть наглухо дверь. А у тебя родилась справедливая мысль, что старец издевается, и, явно выживший из ума, просто падок на чужую девичью мордашку.
Дверь все сопротивлялась: Абель не то обиженно, не то кокетничая, тихонько улыбался и, удерживая ее, чуть ли не шепнул: «Ну, вот Вы все торопитесь, а я даже имени вашего не узнал!».
Раздраженная неуспешной схваткой и глухими стуками жалобно скрипящей в сторону Бейна двери, не мягко бросаешь ему отказ, аргументированный тем,, что «для деспота имя – пустой звук! … А так, между прочим, и спокойнее!».
Видно, оскорбленный до глубины души, тот включил наглость, хотя и не хотел этого (можно было заметить по его виноватому лицу) и настойчиво заявил: «А я желаю знать Ваше имя! И не отпирайтесь – останетесь без завтрака!».
Это стало раздражать еще больше: моно было ему сказать все, но только не угрожать тебе прямой целью черной карусели дней – еду. Потому, что это выставляет тебя ну уж полной рабыней своего существования. «Я ему еще покажу, как меня булкой приманивать!» – мысленно взбухаешь ты сознанием и. насколько это возможно, скорчив любезную улыбку, сказав ему: « Жанна, сер!... Всего Вам доброго, обращайтесь!». Затем ты с явным наслаждением обрекаешь несчастную дверь на максимальный грохот, на который она способна.
И внезапно возникает вопрос: можно ли столько раз ошибаться и еще маскировать свои переживания под злость от простого хозяина… а что он, спрашивается, успел тебе такого сделать? Спросил имя? Ну и что? Ведь он назвал свое, это простая формальность или даже немой крик одиночки, не имевшего собеседника.
Однако твердая уверенность, что это простое действие было издевательством над тобою, не покидало твою раздраженную душу. И это раздражение выливалось на все: тебя не радовала возможность иметь жилую комнату и иметь личное пространство, все казалось «безвкусным, дряблым».
Ну даже необычная картина с темно-синими листками казалась тебе ничего не содержащим в себе художественным бредом, окруженный букетом из черных листьев… А таких, наверное, и в природе нет… «Как нет и таких мерзких типов, как он!» - все утоляется твой невесть откуда взявшийся гнев.
Внезапно, как громом раздается будто из стены: «Дорогая Жанна, подойдите!». То, конечно, был тихий голос Бейна – никого в замке не было, а жаль. «Страшно подумать! – медленно идешь ты на голос в… соседнюю комнату, - Я не прожила в его обществе и недели, а он уже стал мне так мерзок!...».
Не стучась, заходишь в помещение, которое было гораздо беднее обстановкой: блеклый шкаф, письменный стол и кровать, более похожая на лавку или гроб, чем на то, чем она должна являться. Абель прилежно сидел в сомнительного вида кресле и читал книгу, но завидев тебя, вскочил с резвостью, казалось. Не свойственной ему годам.
«Проходи, проходи, дорогая! – очень гостеприимно и мягко сказал он и, вновь садясь в кресло, немного напряженно подумав (тщательно скрывая это приветливой улыбкой), глубокомысленно заявил: - Как-то мы нехорошо поговорили при первой встрече… Я бы хотел рассказать Вам о своих привычках, дабы не разочаровать..»
Слушая его, у тебя невольно жалобно заламывается бровь. В голове вертится только одна мысль: «Куда уж более ты меня сможешь разочаровать?!... Это все бессмысленно!».
Ну и зря: Бейн, на твое удивление, оказался крайне экономным, интеллигентным человеком.; привычки у него были с причудами, но, скорее, достойные уважения, чем вновь нахлынувшей злости: он любил рано вставать, готовить, убираться в замке, прогуливаться в городе и самостоятельно покупать и продавать все необходимое.... «А я ему тогда на что?! – яростно возмущаешься ты, ужасаясь всему услышанному, - Чем я буду заниматься?! За что буду крохи получать?!».
Тут тебя сильно сконфузило: новоиспеченный хозяин крайне заинтересованно попросил: «Позвольте же и мне узнать о Ваших вкусах и привычках, дорогая Жанна!».
Тебе вдруг начало казаться, что ты превращаешься в какую-то игрушку, к которой можно примериваться, как угодно. Больше всего было желание уйти от этого любопытного и льстивого старца, но удерживала трезвая мысль: идти от Бейна можно только в нищету, из которой не вырваться!. Наверное, точно так же уж не снести то бешенство, которое сейчас выросло, как никогда. «Кто ему позволял называть меня «дорогой?! Какое право он имеет лезь в мою личную жизнь?!».
Впрочем, как будто ты ее имеешь и знаешь, как трудно быть в замке, где нет больше никого, кроме синих листиков, улетевших почему-то в черное… Ты не имеешь и не знаешь, почему же вновь кто-то дернул тебя выпалить любезно расположенному Абелю (чем вызвать довольно смешное для тебя шокированное увеличение его глаз), что ты «страшная любительница почесать язык; работу выполняешь с большой переборчивостью, так что попробуй тебе еще угодить; ты жить не можешь без безделушек и модных платьиц, без этого ты прилежно служить не будешь или сбежишь!».
А еще было сказано много громкой лжи и провокации, которую внимательно слушающий и вглядывающийся в твою наглоскорченную (но чем-то милую для него) рожу, очевидно, раскусил: в конце твоего груза размером в три смешных короба, он спокойно поднялся и вывел с робкой усмешкой: «Ну что ж, дорогая Жанна! Я очень рад, что мы наконец-то познакомились… Буду стараться учитывать Ваши привычки…». С этим, как тебе показалось, смешком прямо в душу, он бесшумно удалился положить книгу на место - в библиотеку.
Тут начинаешь понимать, что войну все же придется объявить: уж очень непросто было втереть очки Абелю, который умильно наблюдал за твоим гневным хлопаньем ресниц и враждебно настроенным бантиком губ.
Слишком он быстро стал глухим к твоему писку, так и напрашивающимся на скандал. А его не будет! Бейн скромно перетерпит твою непонятную неприязнь к нему и продолжит свою запутанную игру…
Вновь ты ошибаешься: нет тут никаких хитросплетений и игры, просто человек одинаков в любой возраст, а ты это вряд ли поймешь… Что будь то довольный всем на свете ребенок или уединенный в замке старик, он все равно не проживет счастливо без общения, чувств кого-то, кто рядом….
А ты не рядом, берешь реванш у этого человека-привидения: будешь появляться, делать не оглядываясь на него свою обязанность и исчезать в свой замок, представленный уединенной комнатушкой. Почти отрезанной от всего замка, значит – являющейся раем, местом для тишины, где дается отдых ненависти к Абелю.
Он же, встав, первым делом приготовил завтрак и направился в твою комнату – будить. Увы, ты больше не спишь. А как хочется, чтобы не слышать его тихих шагов. Когда Бейн осторожно приоткрывает твою дверь, ты рассыпаешься в потоке возмущений, дескать, что ты, «школьница», «ее хозяин – господин, а не нянька!».
Он же мягко возражал и сказал, что время завтракать. Унижения большего для особы, которая нанималась готовить, кажется, нет! Словно побитый ни за что пес, ты нехотя одеваешься и идешь за ним. Он, может быть, доволен тем, что имеет власть водить тебя на веревке безвыходности, как глупенького щенка.
Пронзительно поразительным было то, что в беседе за завтраком, Абель с намеком и тихой грустью сказал: «Жаль, конечно, что Вы пока не привыкли ни ко мне, ни к замку… Быть может, Вам слишком уныло?... Хотите, я подарю вам то, что безусловно поднимет Ваше настроение, дорогая?».
От этого обращения у тебя даже ком застревает в горле и вызывает неприятную вещь: поперхнувшись, ты вынужденно унижено просишь: «Пожалуйста, не называйте меня «дорогая»! Я не очень люблю это..».
«Что Вас в это смущает?» - ком, наверняка, подходил и к горлу Бейна: он так и не был понят тобою правильно и в очередной раз наткнулся на отвращение, что было хуже укуса или удара….
«Что же делать? – неожиданно ловишь себя на мысли, что ведешь себя подобно навравшему сорванцу, - Сказать ему все, что думаю о нем или подождать?... Но все равно ведь придется, а со временем это станет, несомненно, еще тяжелее… Так будет лучше».
С этой мыслью ты решительно отодвигаешь тарелку и серьезным тоном говоришь:
«Сэр, Ваше поведение вызывает у меня некоторое недоверие и немного отталкивает (тут ты, конечно, смягчила краски, для успокоения совести); не могли бы Вы сменить манеру общения со мною?...
Абель, как с тайным наслаждением ожидалось тобою, медленно опустил ложку и жалобно спросил взглядом: «За что ты так со мною?.... Я же не желаю тебе плохого?..». Он, конечно, был догадливым человеком и просто пытался назвать вещи другими именами, потому как настоящие имена резали по сердцу слишком больно.
С мнительным настроением он распрощался, да и не был из числа тех людей, которые кормятся этим низким чувством. А вот что он е мог подавить в себе – это обида и незаметно подкрадывающееся ощущение необходимости тоже обозлиться. Как же, необходимо! За свое растоптанное хамством гостеприимство, за искалеченное терпение, за испорченные нервы… Да мало ли еще было причин?…
Абель же почему-то видел их насквозь и безжалостно нарекал рвением пожалеть самого себя. И не видел необходимости срывать зло, вести себя, подобно чопорному старику, который слишком устал от всего, чтобы обращать внимание на проблемы других.
Если бы это было необходимостью, которую, наверное, знает кто-то более разумный, чем Бейн (которому, впрочем, от потрясения было тяжело соображать), то Абель так бы и остался один, придумывать себе сто причин, чтобы видеть в своем лице сто собеседников (они-то всегда будут держать себя так, как ему хочется, точно прилизанные мелкие толпы, вроде волосы).
Но он знал, что рядом есть Жанна, ее нужно успокоить и убедить, что она оступилась, как и все, на короткий миг ослепленные необходимостью прикладываться к чужим ногам, чтобы не упасть на своих.
Потому тихонько встал, незаметно сказав: «Конечно, правда отучаться от этого мне будет тяжело, но я сделаю так, как Вы скажете!». И от того, что его слова ели долетали до тебя, было еще противнее на твоей душе: просьба встречается молчанием, что за невежество?!
Но тебе не следовало путать его со страхом. Вот завтрак убирается не тобою, не тобою в сервант была убрана скромная, но чистая скатерть и посуда. Что это? Даже дух утренней привычной работы пролетел мимо тебя! Внезапно ты начинаешь себя чувствовать лошадью, которой показали неимоверный груз, а затем, в насмешку, отправили в стойло. И она даже не почувствовала, зачем была куплена. Неужто так будет всегда? Надо бы остановить эти странные действия Абеля.
«Быть может, что-то еще, сэр?» - с надеждой спрашиваешь. Готовясь внутренне хоть трубы чистить, только бы не чувствовать, что хлеб съедается даром.
Пронзительный взгляд Бейна сквозил грустной догадкой: он понял, что не сможет интуитивно донести до тебя свои потаенные надежды. Потому не находит ничего лучшего, как поддаться вперед и вкрадчиво заметить:
«Откровенно говоря, Жанна, я не настаиваю на том, чтобы Вы чувствовали себя обязанной мне выполнять то, что и мне самому доставляет удовольствие..»
Кажется, разбитый пол радостно открывает тебе свои таинственные недра, и лучше окунуться в них, чем слышать то, что сейчас несказанно висит в воздухе: работа безнадежно далека от тебя. А внутри сидит радость потому, что незаметно ты перекормилась домашним трудом, причем не дающим тебе ничего, кроме бедного чувства выполненного скучного долга. И что может вообще дать жизнь, кроме долгов, составляющих одну, железную решетку, стряхнуть опьянение которой с души не так и легко? Появляются догадки, что годы тишины и, может, мук подсказали Бейну правильный ответ.
В том-то и беда: он, несмотря на кажущуюся немощность и тишину всего себя, представлялся тебе противником, разрушающим твои иллюзии в свою пользу. И вновь ты затыкаешь себе уши, шепчущие: «Вновь промах! Он – совсем не то, что ты думаешь!..». Никто не должен постичь твою заслугу от работы. Вот почему твой голос чуть ли не визжит:
«Так для чего Вы тогда меня нанимали?! Что меня ждет, меня покинувшую господ, которые, между прочим, куда богаче Вас!».
Да, тебе пришлось давить на его самолюбие, его достоинство и задеть его представление о самом себе – таком хорошем, непогрешимом… Стоп, а вот это уже стала падать твоя низость, ехидное наслаждение топтать врага до тех пор, пока он не выдаст нужного и исчезнет за ненадобностью.

Абель видел ее в другом: в твоем разметавшемся испуге. Не то он даже дразнил его, не то служил твердым оружием для самозащиты и здравого рассуждения. Последнее было сейчас аллегорией тихих страданий: при твоем крике ему показалось, что сейчас его нещадно бьет разъяренная толпа обманутых, жадных, эгоистичных… мыслей и желаний! Такова ли ты? Таков ли он, чтобы быстро принимать все блестящее зловещим блеском за мутное золото?
Нет, конечно, Бейн понял, что это не может быть так… И именно потому он принялся прислушиваться к твоим надеждам, удивительным образом надеясь найти отражение в них своих…
«Богатство держит все на свете?» - с тихой грустью осведомился он, внезапно отказавшись от своих замыслов.
Ты же подсознательно это чувствуешь и радуешься почти такими же черными красками, какими изображены листья на картинах, спешишь поставить точку, огрызнувшись: «Каждый должен о своем думать! Не тревожьте себя еще иными заботами».
Как сложно, почти невозможно поставить точку в этом замкнутом круге. Стоило ли его тебе создавать, чтобы видеть полностью раздавленные надежды единственного человека, находящегося рядом – Абеля. Но для цели все средства хороши – вот твое непрекословное убеждение, не блещущее, впрочем, ничем новым. А вот и тихо, призрачно показалась из тени черных листьев твоя проблема – ты привыкла ко старому, видишь в этом зщиту… Но, вероятно еще не понимаешь. Что все это – дым, неживой, никакой.
Тоже самое почувствовалось и относительно настроения: о, думала ли ты, что оно всегда будет таким злым и униженным присутствием чудаковатого хозяина? Это как рассмотреть: например, давно пора было бы сменить его (или хотя бы заглушить), ведь в целом ничего удручающего не происходило;
Бейн вначале полечил свое вновь испепеленное остоинство в библиотеке, а потом радостно примчался к тебе и стал стройно излагать мысли об истинах, почерпнутых из книг. Далее он с потаенной горечью осведомляется про причины так и не исчезнувшей хмурости на твоем лице и спешит исправить впечатление о себе совместной верховой прогулкой (а ты тем временем отмечаешь, что навалилось и еще мерзкой работы). Затем он сам отводит лошадей в стойла, чистит и кормить, поит их, ограничившись только просьбой немного подержать седла (а ты замечаешь. Насколько утомительно смотреть, как перед тобою ходят на цыпочках). После этого хозяин любезно проводил тебя в жилую комнату, опасаясь видимо новой перебранки, уже грозившей разразится едва сдерживаемым отвращением на твоем лице (а потом с удивлением и оскорбленными чувствами обнаруживаешь, что вновь обед был приготовлен, а затем посуда была вымыта стараниями Абеля). Далее следует короткий отдых от его длинных распроссов и мнений, выводящих тебя из себя, длящийся до позднего ужина (а фокус с его приготовлением и посудой к твоей ярости повторялся). И, наконец, он заходит, желает тебе «спокойного сна» и уходит к себе (причем долго еще слышится, как он шуршит бумагой и пером). Круг… А ведь он все еще тихо течет.
Казалось, ну что в этом плохого? Да другая бы горничная, явно измученная, была бы счастлива от такого навалившегося дара судьбы (и иначе не сказать!).
Дескать, попался милостливый государь, требующий только (если это можно так назвать, по ласковым оборотам Бейна) стрижки и поливки кустов, кормления лошадей и странную обязанность гладить каждое утро и вечер трву и маленький ручей, что были возле особняка. Иная работа по дому разрешалась отдельными мягкими просьбами что-нибудь подать или подержать, иногда наведаться в кладовую (проверить, в сохранности ли запасы продовольствия)…. Это же рай на земле!
Скорее, «каторжная доля служанки» у странноватого Абеля рассматривалась не иначе, как умение всегда быть рядом, слушать хозяевские речи, радовать их взор своим присутствием, не волновать их поздним отстутствием или попаданием в опасные ситуации, не дерзить…
Вот последнего ты совсем не умела (или, вернее сказать, не желала прекращать из-за упорства). Незаметно черные листья подобрались и к тебе: битва за привычную тяговую работу для процветания хозяйства сменилась яростным боем за личностное пространство (даже за полное одиночество).
Именно так потому, что: вначале тебе стало нелепо признавать, что Бейн, как и всякий человек преклонного возраста (и с чего ты только это взяла?), заслуживает пусть и не ласкового слова (а ведь как оно было ожидаемым!), но хотя бы послушания. В пику всему этому бессмысленному (как бесжалостно было тобою воспринято) этикету ты стала забывать выполнять поручения, делать работу невпопад, кричать, что «подобную чушь выдумали – делайте ее сами!».

(Отредактировано автором: 21 июня 2011 — 00:53)

-----
присматриваюсь к этому миру...))

top
gaze
> 21 июня 2011 — 01:00
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Way to the light

- Вон, смотри - это то, что мы искали! – заметил длинноногий Товарищ, самодовольно потирая ладони, - Выходи из машины, быстрее! – сердито бросил он в сторону робкого, немного пухлого телом, Варвара.
Тот мятущимся взором оглянулся вокруг: чувство чего-то непонятного и таинственного – какого-то горького прошлого, - не предоставляло ему прежнего экстаза ограбления.
Приятели тихо подкрались под именно крильцо опрятного дома, на который положил глаз Товарищ.
- Поторопись! – раздраженно прошептал он, толкая перед себя немного расстерявшегося Варвара, - Такой дворец, скорее всего, имеет хозяев!... Так вот тебе лом – поторопись!
Тот же, пухлый телом юноша, почувствовал себя испуганным: с недавних пор от всего мира он чувствовал холод и тоску.
- У меня плохое предчувствие, друг! – тихо сказал Варвар напряженно и одновременно мягким голосом, - Я чувствую, что мы не должны этого делать, там кто-то есть, ему будет больно от нас....
- Конечно там кто-то есть! – и без того кривое, серьозное, с оттенком злобы, лицо Товарища осенило бешенностью, - Ты, вообще, слушал меня хоть раз!?.. Конечно там кто-то есть, дурак!.... – с этими словами он отпихнул маленького Варвара в сторону и нервно начал возиться с замком.
- - И что ты несешь!? – рассуждал он под грохот взлома, - Больно будет.... А тебе какая разница, а!?.... Твое дело – быстро забрать то, что было скрыто в этом красавце-домике для тебя.... А затем – убежать и не рассуждать ни на какие идиотские вопросы, которые выдумываешь ты!
- А откуда ты знаешь, что вещи во дворце принадлежат тебе? – опять начал чужые Товарищу рассуждения Варвар.
Замок упал и, уже одурманенный духом сокровищ, длинноногий грабитель самоудовлетворенно приосанився и деловито бросил в сторону своего тихого товарища:
- Заткнись!.... Сокровища ожидают, не пугай их!
Пара начала исследовать темный просторний дом, освещая . Пышный Варвар чувствовал себя старым, ненужным и чужом в этом царстве теней и тишины. Он из трепетом пристально слушал собственные шаги во тьме дворца, считая для себя непозволительным поступком касаться чего-то в маленьком мире красоты и невиданных эпох.
Товарища же, ничего, кроме своих „благородных обязанностей” вора, не интересовало. Возможно потому, что его внутренний мир давно уже находил счастье лишь в ограблениях, грубости и безразличию ко всему тонкому. И даже тени и глубокие высоты ступеней дома были для него лишь чем-то консервативным, совсем не касающихся его, ничего от него не требующим.
Скитающаяся душа Варвара мгновенно затосковала еще сильнее: услышала что-то навсегда ушедшее, а также – что-то тонкое, требующее присутствия его заблудившегося и измученного сердца, что-то теплое и светлое, очень светлое, высокое.... Это „что-то” мерцало какими-то невидимыми лучами покоя и радости, лилось тихим голосом счастья и смысла жизни из лабиринтов верхнего правого крыла дворца.
Юноша неконтролируемо повел за собой упрямую руку Товарища навстречу этому невозможно светлому „что-то”.
- Вот ты и в самом деле - „Варвар”! – сердито прибавил на ходу тот, неудовлетворенный и озлобленный всем на свете, - Зачем такую шумиху совершать?!... Что ты там такое почувствовал, увидел, что не дал мне сейф с деньгами раскрыть!?
- Чувствую я, что это полезнее всех денег! – чистосердечно сознался юноша.
Грабители миновали три этажа. Беспокойно осматривающий корридор Варвар остановился, ожидая появления этого „что-то”, того, что так его манило за собой.
„Оно” явилось. Тихонько подошло легенькими шагами маленькой девушки, что немного вздрогнула от крика Товарища.
- Ты что, придурок, натворил!?.... И этого ты ожидал, за этим ты меня приволочил сюда!?... Я так и знал, что здесь кто-то есть, вот оно – свидетель!!!... – отчаянно вскрикнул он в конце и приблизился к сосредоточенно смотрящей на него девушки.
- Ану, исчезни! – заорал он на нее, - Исчезни, дрянь, не то убью, и все!!!
Девушка немного раскрыла рот, словно что-то хотела сказать. Но ничего не было слышно из ее уст. Товарищ немного успокоился и хотел уже возвращаться к сейфу, когда Варвар, расчувствовавшийся от поведения этой странною девушкой, остановил его.
- Как, как ты можешь оставлять это странное существо?.... Мне страшно, что я даже не знаю что это, но... Странно, но я не могу оставить его, оно тянет меня к себе!... Как же ты можешь его спокойно так вот отсавлять в одиночестве?...
А что-то произошло, навсегда забравшее память грабителей. Наконец, и Товарищ испугался этого. Но, за особенностью его психики, он быстро отогнал от своей души случившееся (бесполезно, по его мнению, над этим задумываться). И Товарищ вспомнил:
- И ничего удивительного, это – девченка!.... Как я понял, она немая! – на ужас Варвара он улыбнулся, - Ну и пусть молчит себе!... Молчи, молчи, мегера!... Потому что, если надоешь мне или будешь мешать, убью и все!.... Ладно, вернемся к работе, не за этой мегерой пришли!...
Товарищ браво повернулся к сейфу, уже преспокойно ковыряясь над замком внизу дворца. А пухлый Варвар мгновенно, не ожиданно для себя, почувствовал вину, низость перед той странной девушкой. Поэтому он предложил:
- Нет, не за дармовым сокровищем я пришел.... Мы нужны ей.... Я хочу быть около нее, слышишь?... Пусти меня к ее светлому миру, прошу!... Мне и правда тошно топиться в тьме!...
Товарищ распрямился во весь гигантский рост, поглядел сердито глазами, измерив взглядом, говорящим: „Что за чушь, глупенький?... Деньги милее и нужнее твоих романтических филосовствований!”. Раздраженно и одновременно уставши вздохнув, он отвернулся и резко проронил:
- Да отцепись ты!...
Юноша по-детски, с облегчением вздохнул, потому что истолковал этот, милый его сердцу, приказ Товарища. Приказ велел: „Ищи, дурень рябой, ветра в поле сам, если тебе больше делать нечего!... Меня это не касается!”. Почувствовав свободу, Варвар мигом взлетел к третьему этажу, в надежде встретить ту тихую, тонкую девушку. Он не ошибался: она верно стояла на том же месте, словно ожидала его. Девушка опять сказала некие слова без слов.
- Не бойся меня! – юноша не ожидал от себя такого теплого голоса у такого пустого сердца, - Если ты меня слышишь.... Напиши мне на бумаге, что ты желаешь?
Что-то подтолкнуло Варвара подойти то девушки ближе и тогда он услышал:
- Приветствую Вас, господин!.... Я ваша горничная!... Что-то Вам приготовить поесть, потому что у Вашего товарища был такой голодный вид!...
- Ты разговариваешь.... Как тихо! – невольно выпалил Варвар и мгновенно остановил ее странный, рабско-обреченный тон, - Что ты, опомнись!... Какой же я господин... я дурень рябой! – Варвар опустил голову: он только в настоящий момент осознал, что любимое ругательство Товарища – правда.
- А Ваш товарищ... Он господин какого рода? – тихо спросила девушка, словно не слышав юноши.
- Я – грязный грабитель!... И Товарищ – тоже грабитель! – повысил тон отчаянно Варвар и снова закрыл лицо ладонями, - Прошу, не смотри на меня!... Я чувствую, что мы не достойны быть возле тебя!... Не волнуйся, мы сейчас возмем пару безделушек и быстро исчезнем, и ты больше никогда не увидишь такую злую пустышку, как я!...
Девушка сделала очень страно: она не пугалась, не смеялась, не унижала. Она тихо поклонилась Варвару и начала приближаться к его лицу. И тогда почувствовал он, что не может убежать от черной ловушки, что ознаменовывалась потерянным контролем. А контроль терялся. Все при какой-то причине проходило, проходило.... А как же его пустая, но душа? Ее страшно потерять. Потерять страшно и чужой мир.
Эта мысль резанула мозг Варвара и он быстро начал отходить к стене, пронзительно зовя:
- Товарищ, бегом сюда, бегом!!...
Топот по ступенькам, грохот – и длинноногий грабитель уже стоял, потирая едва лишь упавшие колени, трясясь от ярости.
- Чего ты верещишь, как девченка, на весь замок, идиот бешеный?! – обессиленным шепотом едва не рычал он, - Какого тебе надо и почему ты опять около этой цацки!?... Немедленно оставь ее и скорее - убегать, потому что я вижу: что-то ты очень оживленный здесь, около нее!... Цыц, потому что и тебя я придушу!!!
- Больна ли она бедной теплой душой, я ли с ума сошел? – простонал Варвар в углу, наблюдая приближение девушки, - Почему она принимает нас за господ!?.... Скажи ей, что это не так.
- Я скажу, - вскипел Товарищ, - Я все скажу!... И что ты дурак, и что ее нужно было смести!...
- Нет! – неожиданно вскрикнул юноша, вскакивая и заслонивши собой девушку, - Не смей ее трогать!!... Слышишь, только через мой бессмысленный труп!.... Мы не имеем право никого убивать!... Я не дам ее!!
- Ну у тебя точно крыша поехала!!!.. – из досады Товарищ плюнул и, уходя, проконстатировал, - Поздравляю: ты втюрился!... Вот и нянчисть с этой мегерой сам!... Меня это не касается! – за этим снова послышался жуликоватий грохот и торопливая суета грабежа.
Однако Варвар уже не пытался его слушать. Он только рассуждал над тем, как это деушка осталась одинокой в таком огромном, давнем доме. Он не мог спросить ее, потому что чувствовал нестерпимую боль от собственной жизни, а она, кажется, было уже далеко..
А наоборот, Товарищу было все равно и для него счастье было близко, приятно близко и даже слишком быстро. Ограбив все этажи он наконец вспомнил, что имеет друга – нужно разделить с ним радости удачного грабежа.
- Эй, Варвар! – радостно воскликнул длинноногий грабитель, устраиваясь на старом диване, - иди-ка сюда, потому что мне грустно.
- Я не верю в это! – тихо ответил тот и, словно кто его потянул за язык дополнить: - Вот тебе все безразлично, потому что беды давно не имеешь, а она имеет!
- И оставь свои глупые мнения о той мегере! – посоветовал весело настроенный Товарищ и потянулся за бутылкой пива.

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
Project A Супермодератор
> 21 июня 2011 — 09:29
  [Id]



Музыкант
автор инстр. проекта
Project A


Покинул форум
Сообщений всего: 760
Дата рег-ции: Апр. 2009  
Откуда: Россия
Репутация: 5





Что то зачитался я даже Улыбка

Талант. Отлично написано!!! Подмигивание

-----
Mobilis in mobili
http://project-a.ucoz.ru
top
gaze
> 21 июня 2011 — 11:27
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





 Project A пишет:
Отлично написано!!! Подмигивание


СПАСИБО, Project A, Язычок
за поддержку!!!!!!!
П.С. Буду стараться...))) Смущение

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 27 июня 2011 — 14:12
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Вот.... Закатив глазки



Тихиеобитатели травы
(Творческая обработка энциклоедии )


Эти удивительные существа пережили динозавров. Этиудивительные творения природы и сейчас приобретают фантастические формы, окраси условия жизни, чтобы выжить. Эти создания окружают нас везде и каким-тообразом тоже имеют «друзей», «врагов», «царей» и даже «портных». При этом онислишком малы, чтобы противостоять огромному миру, в котором трава величиной сдерево, лужица – самое настоящее море, мышь – великан…
Все это о насекомых. Наука различает более миллионавидов насекомых. Удивительно, но эти существа по численности превосходят рыб,птиц, рептилий, зверей, вместе взятых!
А что помогло насекомым так успешно расплодиться повсему миру? Конечно же, забота о потомстве. К сожалению, данные существа, вбольшинстве своем – далеко не прилежные «мамы» и «папы»! Но, как хорошоизвестно, есть и исключения.
К примеру, клопы: настоящими «наседками» являютсяклоп-солдатик и водяной клоп, имеющий «говорящее» название – нянька.«Папочки»-клопы носят на спине целое гнездо яиц до тех пор, пока не появятсяличинки.
Но, пожалуй, образцовой «матерью» среди насекомых поправу считается красная тля. Причем самка красной тли опекает не только«детей», но и «внуков»!
Однако, личинки, став взрослыми насекомыми,представляют собой изысканный деликатес для хищников. Поэтому большую роль вжизни этих крошечных созданий играет искусство прятаться и защищаться отнедруга. Особенно тяжко приходится гусеницам и бабочкам. Тут на помощь приходятразные уловки.
У некоторых бабочек на крылышках есть «ложные глазки иусики». Эти бабочки готовы вспорхнуть задом наперед, чтобы, лишившись «ложной»головы, сохранить настоящую!
Другие бабочки повторяют окраску ядовитых видов.Например, птицам хорошо известны такие «невкусные и опасные» бабочки, какбабочка-монарх. Не менее хорошо это знают самки парусника-притворяшки, которые,«прикинувшись» ядовитыми монархом, спасаются от гибели.
Нечто подобное делают мотыльки и жуки. Правда, онимаскируются исключительно под трех полосатых жалящих «бандитов» - осу, шершня ипчелу. Еще бы! Ни одному зверю не хочется повторно ощутить укус осы! Поэтому,даже если какой-нибудь безвредный жучок будет носить на своих надкрыльях такненавистные всем узоры черного и желтого цвета, то, будьте уверены – ни однаптица этого жучка не тронет! И никому в голову не придет, что никого не ужалитжучок, ему просто жить хочется!
А некоторые кузнечики «фотографируют» своихнеприятелей. Происходит это так: видит голодный хищник – сидит на травкесеренький кузнечик. Только хищник собирается напасть – вспышка цвета, ведькузнечик не такой уж и невзрачный, у него яркое брюшко. Только хищник приходитв себя от «ослепления», кузнечик исчезает!
Гусеницы, как это ни грустно, не имеют яркой окраски.Зато они имеют гибкое тело и терпение. Тем и спасаются: кто сучком выпрямится,кто змеей прошипит, а кто кислотой неожиданно брызнет.
Но, естественно, голод – не тетка и пирожка не подаст,пока сидишь и ждешь, когда враг уйдет. Поэтому некоторые насекомые ухитряютсянаходить пропитания удивительным образом.
Муравьям и термитам о еде, конечно, беспокоиться ненадо: термиты выращивают грибы и посылают солдат – поймать замешкавшихсякозявок; а муравьи поселяются в акациях, дающей им питательные частицы иоткармливают тлей, гусениц.
А другие? Безусловно, тараканам, снующим где попало,«на халяву и корешки книг, фотопленка, дерево и кожа – сладкие!».
Да вот жуку-чернотелке с местом жительства не повезло!Эти жуки обитают в Намибийской пустыне. Они выживают потому, что пьют…туман.Взбираются на дюну, опускают голову, поднимают брюшко и поворачиваютсянавстречу ветру. Влага из тумана и стекает им по спинке в рот!
Еще один необычный едок – пурпурный император. Этабабочка умеет лизать…камень. Пурпурный император выделяет капельки жидкости накамень и ждет, когда выделится натриева соль, очень важная в рационе этихбабочек, поскольку она восстанавливает им силы. Обнаружив соль, пурпурныйимператор слизывает раствор.
Однако, самым необычным гурманом ученые величаютнавозного жука. Жуки этого вида укатывают навоз сильными задними лапками. Но недля себя. Это весьма специфическое угощение останется полностью в распоряжениеличинок навозного жука.
Чего не сделаешь ради детей! Поразительно, но этаистина бытует и среди насекомых! Дабы потомство развивалось в тепле, жилосытно, многие букашки делают просто сумасшедшие вещи.
Едва ли не самое красочное тому объяснение – поведениебогомолов. Самка богомола поедает часть самца, чтобы «отец» превратился в запаспищи для личинок.
Жуткие вещи делают и земляные осы. Они специальносражаются с пауками-птицеедами, убивают их и закапывают в нору. Судьба такихпауков не завидна: их съедают изнутри маленькие осы.
Хотя гусеницы желтохвостого мотылька знают и другиеспособы подарить «деткам» тепло и уют. На теле этих гусениц существуют особыеволоски, которыми взрослые самки укрывают потомство.
Что и говорить! Кого только не встретишь срединасекомых: пушистых гусениц, светящихся сверчков, бархатных муравьев… Как нистранно, но некоторые чудеса в мире насекомых будто перешли из нашего мира идаже из нашего воображения!
Например, многим из нас хорошо известна профессия«водолаз». А про насекомых-«водолазов» вам приходилось слышать? Это такиеводяные насекомые, которые бороздят подводные пространства в поисках пищи. Иони прекрасно к этому приспособлены! У крысинохвостой гусеницы и водяногоскорпиона есть дыхательная трубка, а у жуков-ныряльщиков имеется пузыреквоздуха.
«Невероятно!» - скажете вы. Тогда как вам тот факт,что в окрестностях Аляски, где температура – «-60», есть форма жизни –многохвостки? Многохвостки напоминают внешне мохнатых мишек. Но, в отличие отмедведей, эти насекомые не впадают в спячку, а просто теряют способностьдвигаться.
Или, к примеру, вы думали, что вампиры существуют лишьв народных поверьях, книгах и фильмах ужасов, в облике летучих мышей?Оказывается, и у насекомых есть вампиры! Причем, нередко миловидные ибеззащитные на первый взгляд. Один из таких вампиров - …бабочка-малазийскиймотылек! Он способен пить кровь целый час, при этом не доставляя жертвеболезненных ощущений!
Разумеется, среди насекомых много вредителей,«досадливых и омерзительных» представителей, которых просто «руки чешутся»прибить. Но не стоит забывать, что у насекомых такие же отношения, как и улюдей, может даже еще забавнее.
Например, у ос тоже есть полиция. Дисциплина в осиномгнезде поддерживается следующим, не весьма приятным образом: если рабочая осаленится выполнять работу, то оса-надсмотрщик избивает виноватого «подчиненного»до тех пор, пока тот не отрыгнет пищу!
А у пчел, муравьев и термитов также есть своеобразныйрежим правления одних особей над другими. Это царизм. Не очень честным исправедливым в этом режиме мне кажется то, что «их высочества», царь и царица,могут соизволить почивать в одной камере и не собирать ни капли нектара! Адругие должны и соты строить, чистить; и улей убирать, охранять; и меддобывать, личинок кормить! Единственное, за что можно уважать царей пчел,термитов и муравьев – они выращивают молодое поколение.
Насекомые, также как и люди, талантливые! Взять тех жемуравьев: из них получаются и расчетливые «экономисты» (муравьи всегдаоткладывают часть добычи про запас), и ловкие строители (склеивая листья, онистроят себе гнезда), и доблестные воины (муравьи самоотверженно кусают обидчикадо смерти), и просто щедрые, верные товарищи (эти насекомые не бросают другдруга в беде, в голодные времена кормят и ухаживают за больными).
Не будет лишним сказать, что насекомые «дружат» и снекоторыми животными (термиты = с попугаями, мотыльки – с ленивцами), и слюдьми (тутового шелкопряда выращивают в Китае для получения шелка;жуков-златок используют в качестве украшения и экзотического блюда; личинкизеленых мух очищали раны, спасая жизни на войне…).
И конечно же, как это не изумительно, маленькимсуществам, которых мы иногда пренебрежительно именуем «насекомые», подчинилисьрекорды! Думаю, насекомые-рекордсмены как бы говорят: «Люди, мы на вас похожи,мы вас не хуже!».
Я считаю, такие насекомые стараются показать нам, чтоони и все их собратья – чудо природы, которое нужно ценить. Действительно, эточудесные создания планеты Земля. Ну разве на каком-нибудь Марсе встретятсятакие козявки-герои, как тяжеловес-жук голиаф? А такие милые манюни, какбабочка «синий карлик»? А такие шустрые лихачи, как тараканы? А такиегромкоголосые ораторы, как цикады?
Нет, люди, надо любить эту мелюзгу под ногами! Надоценить и уважать насекомых! Какими бы они безобразными и пугающими не казались:ползущими, скользкими, жесткими, прыгающими, бегущими, мягкими, твердыми,летающими, гадкими… Они такие, какие они есть!
И насекомые вовсе не желают целенаправленно по вамползать, щипать и кусать вас! Они защищаются, они боятся, они прячутся в своймир… В мир, в котором «трава величиной с дерево, лужица – океан…».
Давайте ценить этот мир и его жителей – кротких,смешных, милых насекомых, которые неповторимы! Скажите насекомым за этоспасибо…и дайте тишину, пусть ползают себе в траве спокойно!



ПутямиУкраины и всего мира.
(Туристические заметки )


Слышу я иногда, как хвалят Ниагарский водопад или льдыАрктики и думаю: «А чем мы хуже?!». Разве Украина беднее и скучнее экзотическойАвстралии? Меньше ли у нас достоинств, чем у самой Америки? Чтобы ответить наэти вопросы, достаточно немного знать историю, географию, уметь искренневосхищаться своей Родиной! В этом я убедилась на собственном опыте и получилапутем оценок и сравнений такое рассуждение…
Украина, однозначно, заметна в мире! В прямом смысле этого слова: какого бымасштаба карту мира не взять, столица Украины – Киев всегда будет гордобросаться в глаза среди маленьких Монако, Ватикана, Сан – Марино, Андорры ипрочих «карликов», которых и на карте Европы плохо – то видно! А наша страна краснойкалины, золотых полей и Днепра – крупнейшее на этой карте государство!
К тому же, Украина, на мой взгляд, одна из самых«удобных» стран. Порою жалею этих бедных пингвинов Антарктиды, которымприходится ежечасно жаться друг к дружке в царстве вечного льда, снега, вьюги итемператур, падающих хуже некуда! Поплакиваю я и над африканцами, которые тозадыхаются от жары в Египте (и уж тем более – в Сахаре), то теряются и путаютсяв лианах экваториальных джунглей, боясь быть съеденными хитрым Нильскимкрокодилом, бешеным львом и ловким леопардом! Обнять и плакать всю ту же Азию,где местные жители то из последних сил карабкаются по Памиру, Тибету иГималаям, то живут в толчках землетрясений Японии; то бедствуют от сухих ветровМонголии, то от наводнений Китая! А в Украине все «как надо»! Есть в ней истепи, и горы, и равнины, и леса, и моря. Вулканы у нас не вспыхивают отземлетрясений, которых, впрочем, и быть не может – стоит наша Родина наустойчивой Западноевропейской платформе. И Карпаты, и Крымские горы нестремятся высотой догнать Эверест. Ну и не надо! Зато они у нас удобные иполезные: защищают от ветров, дают влагу, тень деревьев и красоту глазу. Климатпо всей Украине разный, но устойчивый: никакое торнадо Дикого Запада нам негрозит. Осень наша богата живительным дождем, ягодами и грибами, которых не вовсяких Андах встретишь! Зимы оберегают своим холодом наши плодовитые посевы и всеже от их снежка дерево, как на Аляске, не трещит! Весна у нас теплая дарит всемлуга, усыпанные цветами и изумрудной травой (вот вам и Альпы!). Лето своимигривым солнцем так и приглашает нас к нашим добрым Азовскому и Черному морям.Азовское – теплое, пусть и мелкое, зато богатое полезными грязями и солями.Черное дает нам питательную рыбу, бодрящую прохладу глубин и шедеврыхудожников, вдохновившихся его красотой. А водятся на нашей Родине ласковыйзубр, косуля, лось, куница и лиса, которые не обижают нас, кормят в голод иодевают в холод!
И главное: сколько у нашей страны «друзей»! Не то, чтоу Австралии. Мало того, что она окружена Индийским и Тихим океанами, так еще имеет в себеукромные уголки, куда не ступала нога человека! Нам же, к счастью, всегда в трудный час протянет руку Россия, Беларусь,Молдова, Венгрия, Болгария, Румыния, Словакия, Польша, Грузия, Турция. Можно ине удивляться, что в окраинах нашей просторной Украины живут столько народов: украинцы,русские, белорусы, молдаване, болгары, венгры, румыны, поляки, евреи, армяне,греки, татары, цыгане, азербайджанцы, грузины, немцы! Да еще к нам едут в гостии азиаты, и африканцы!
И не удивительно! Мы рады и щедры к гостям, нам всегдаесть что о себе рассказать: о наших трипольцах – мастерах и отцах нашегонарода. О Киевской Руси и ее многочисленных славных князьях – Даниле Галицком,Вещем Олеге, храброй княгине Ольге, святом Владимире, крестившем нашу Русь –матушку! О Запорожской Сечи, ее мужественных сынах – казаках, не раз спасавших Украинуот враждебных к нам турков и поляков. О наших первых политиках, отстаивающихсамостоятельность нашей Родины не хуже Железного Канцлера – Бисмарка…
Мы искренне гордимся тем, что Украину помнили всенароды во все века, с самого начала ее существования! О ней писал идревнегреческий ученый Гиппократ, и Нестор Летописец, и Павел Чубинский, иВернадский. И сейчас продолжается постижение, вернее, открытие всех тайн нашейбескрайней Родины! Думаю, это даже более кропотливоеизучение нашей страны, чем двух материков – Северной и Южной Америки! ПерепуталКолумб их с Индией, понял, что это – новые земли и все: Америка открыта! А ведьизучалась она испанскими колонизаторами путем кровопролитных войн и порабощенияиндейцев! В истории Украины же такого не было! Мы с радостью принимали ученыхдругих стран, чтобы те изучали наши многовековые традиции. И сами принималииностранные товары и привычки в свою жизнь. Даже открыли свой Чумацкий Путь,который теперь все знают также хорошо, как и, предположим, Большой ШелковыйПуть или Путь – «Из варяг в греки»! Жестокие сражения на Украине происходилитолько с захватчиками, к примеру – Золотой Орды, которые грабили и жгли наши села,убивали и забирали в плен наш народ!
Не буду спорить, что пьесы Шекспира в Великобритании,Голливуд в Америке, мастерство танцовщиц Таиланда и Индии – верх культуры мира. Что сказания монгольских кочевников о божественныхзверях, кличи австралийского шамана об изгнании злого духа, философскиерассуждения японцев о жизни, которая цветет, каксакура и, опавши розовыми лепестками, летит в мир Луны – мудрость всего света. Чтоутонченное кимоно азиатки, величественное одеяние фараона и сари Индии –одежда, которую носят и любят на всем белом свете. Но! Туристы всего мира недаром восхищаются нашей «Наталкой Полтавкой» и «Катериной», умиляются нашимгопаком и играми – «веснянками»! Не зря гости со всей планеты знают наши напевыкобзарей, «Завещание» Тараса Григорьевича Шевченко и веселую песню «Ты ж меняобманула, ты ж меня подвела!». И я полагаю, совершенно не случайно именно подевушке с красным ожерельем на шее, блестящей черной косой и венком на голове,украшенным ленточками, одетой в расшитую узорами блузку и юбку, в красныесапожки; и по молодцу с люлькой в зубах и пышными, длинными усами и чубом,одетым в широкую рубаху с поясом и шаровары с грозной саблей на боку, в красныесапоги догадываются: «Они с Украины!»…
Ну не знаю, чем там богаты Карибские острова илимодные для курорта Панамы, но мы дарами природы – матушки точно не обделены!Недра Украины богаты углем, газом, нефтью, торфом, рудами; моря – солью иминералами. А наш благородный, неприхотливый к воде и солнцу чернозем раститдля нас пшеницу, картофель, подсолнечник, свеклу, лук, огурцы и помидоры.Мощный Днепр угощает нас чистой, кристальной и прохладной водой. Вот почемунашими полезными ископаемыми с удовольствием пользуются все государства –соседи, а иностранные гости рады побродить на приятно влажных кручах, охотнопробуют наш вкусный борщ, галушки, сало и вареники, горилку, квас и каравай!
Туристов также радуют наши курганы, древние соборы ицеркви, памятники светилам нашей истории и культуры – монументы БогдануХмельницкому, Нестору Летописцу, князю Владимиру, Тарасу Шевченко, Лесе Украинке, Пантелеймону Кулишу, Юрию Федьковичу. А наша природа? Карпаты – центральпинизма и лыжного спорта. Южный Берег Крыма – центр летнего паломничества кморю, где завораживающий воздух и где в Никитском Ботаническом саду гости любой точки планетынайдут растение своей страны, а в Ялтинском зоопарке – животное своего народа.Наше теплое солнце и спокойное море доставят уют и наслаждение любителямотдохнуть на пляже. А Полесье – тому, кому надоели дюны пустынь или вечныезаросли колючих кактусов, тому, кто соскучился по душистому лесу. И я уверена,что в фотоальбоме любого иностранца достойное место займет снимок нашей Говерлыи Демерджи, наших золотых полей и песка побережья, наших хат на хуторе, нашейкалины в саду!
Разумеется, Украина еще и достойно ведет экономику!История помнит: мы продавали телевизоры всему Советскому Союзу, а наша рыбакормила всех наших стран – «братьев»: Беларусь, Молдову, Болгарию, Россию! И сейчасу нашей Родины прекрасно развиты: черная и цветная металлургия, машиностроение,деревообрабатывающая, сахарная, винодельческая и другие отрасли хозяйства. Ещебы! Народ Украины – трудолюбив, щедр и неустанен, он ничего не пожалеет наблаго своей стране! А ведь мы и сельское хозяйство неплохо ведем: разводимовец, шерсть которых согреет в сибирские морозы, в холодной тайге. Пчел, чтодают мед, воск и прополис, которые ценятся в любой стране! Кроликов и норку,пушистые шубки которых будут украшением наряда даже парижской модницы! И всеэто кормит нашу Родину не хуже, чем продажа жемчуга на Филлипинских островах,знаменитые швейцарские часы и сыр, мощные немецкие и японские автомобили!
Мы же стараемся «дружить» и с Европой, и с Азией, и сАмерикой, и с Африкой, и со всеми, всеми странами и континентами Земли! Ценитьих богатства и достоинства. Дорожить их «подарками» и советами. Предлагать своюпомощь, силу и защиту. И с радостью показывать свои диковинки, что прославилинашу матушку – Украину! А их много!
Так много, что перечень достоинств нашей Родины можетзанять и не одну увесистую книгу, вроде «Книги рекордов Гинесса» или нашей«Повести временных лет»! Я заметила: даже когда иссякают факты, не устаешьнаходить все новые и новые чудеса своей Украины. А почему? Потому, что это нашаРодина, которая, как волшебная книга, постоянно открывает нам новыевозможности. Возможности, которые видно во всем и, в особенности, - в ее тихой,ласковой природе. Которая делает все! Чтобы ты жил и радовался каждому дню!Чтобы уважал и любил века, прожитые нашей матушкой – Украиной, ее достойныхдетей! Ее народ! Ее всю! Чтобы ты мог, как и я, на вопрос: «Чем хуже нашаРодина других стран и материков?!» Ответить: «Ничем! Она совершенна в своейнеповторимости! Она такая одна на всем свете – наша единственная, роднаяУкраина!».



И все-таки природа разговаривает
(ИМХО: моя гипотеза!... )


Мы общаемся… Общение всегда было важным в жизни людей.И сейчас одним словом может решаться судьба человека. Одно слово может выразитьвсю радугу нашей души…
Я задумалась, а может ли природа каким-то образомвыражать свои эмоции, мысли. Ведь считают, что, если «весь мир общается», то иприрода общается. Мало того, она слышит и все понимает. А как природа говорит?Не обязательно звуками, она может выразить свою мысль состоянием, движением,вкусом, цветом, светом, запахами. Надо только уметь к ней прислушаться.
Возьмем, например, животных. О, как некоторым из нихповезло! Ведь животным, скажем – собаке, дана способность не только «лаять»,чтобы выразить свои чувства, но и…корчить рожи! Сама наблюдала, как собакаделает недовольную морду. Очевидно, она этим говорит: «Мне не нравится!». Крометого, многие животные (та же собака) умеют «разговаривать» позами. К примеру,если собака припадает на передние лапы и виляет хвостом, она вас хвалит ипросит. Таким движением собака говорит: «Ты хороший! Ты мне нравишься!Поиграешь со мной, а? Я ласковая!...».
Но представьте, что животное немое. Как оно выразитсвои чувства, свои просьбы? Рассмотримрыб. Рыбы немые? А вот и нет! Если бы рыбы не общались, они бы все дружновымерли. И мимикой их, в отличие от собак, природа не наградила. И двигатьсярыбы практически не могут. Но они же разговаривают! Как? Ученые до сих пор немогут разгадать эту тайну. Скорее всего, рыбы общаются телепатией иликоличеством выдыхаемых пузырьков воздуха (так считаю я и совершенно ненастаиваю на своей теории).
А теперь возьмем слепых насекомых, которые абсолютноничего не видят. Как они разговаривают? Ладно кузнечики, сверчки услышатвибрации. Допустим, пчелы, танцуя, ощутят колебания, сообщат и поймут, гденаходятся цветы. А если насекомое еще и глухое, и с осязанием у него проблемы?Нюх помогает всем животных понять «слова» друг друга. Но для муравьев итермитов нюх имеет особое значение. Мне приходилось видеть фильм про муравьев итермитов, в котором целая армия насекомых погибла. Потому как дождь смыл всезапахи и вся информация с ароматами была утрачена!
В животном мире, конечно, прислушавшись, можноуслышать просто удивительные речи. Многие из нас видели из кинофильмовпечальную, жутковатую и мрачную картину того, как одинокий волк воет при луне.Признаюсь, я тоже, глядя на этого волка думала: «Ему холодно. Он голодный».Оказывается, волки воем как бы предупреждают: «Тут волк. Ему вполне хорошоодному. Он хозяин этой территории, и пусть проваливают все чужие, пока волк ихне порвал…».
Идя по лесу, вы заслушиваетесь пением птиц. А незадумывались, что оно означает? Птицы беспрестанно делятся новостями: «Это моедерево. Ягодок с него я не дам потому, что я сильный и крупный…».
Единственный, кто мне непонятен своими «разговорами»среди животных – это кит. Впрочем, и его песни могут найти объяснение. Ученыесчитают, что «поющий» кит дает о себе информацию, чтобы его узнали родичи.Другие полагают, что кит поет для привлечения пары. Мне почему-то кажется, чтоон просто-напросто «заговаривает» воду: «Становись, водичка, чистой! Чтобырыбки в тебе водились, чтобы я мог этих рыбок съесть..». А то уж больно глубокоживут киты, и в той мутной глубине рыба почти не плавает! При таких делахволей-неволей начнешь «колдовать» себе обед!
Некоторые животные «болтают» не звуками, а цветом.Загляденье! Взять, например, знаменитого хамелеона: он не просто маскируется,он душу изливает: «Когда я спокойный – я зеленый, когда злой – черный!».
Похоже ведут себя осьминог и камбала. Камбала цветомхвастается: «Что, удачно я окрасилась под шахматную доску? Попробуй еще меняразглядеть!...». Осьминог от страха белеет. Видимо, мстит: «Ах ты меняиспугал?!... Вот и получи от меня ответ! Что, похож я на привидение?... Воттеперь и погляжу, как ты испугаешься!...».
Некоторые чудеса природы скажут о себе всем своимсостоянием. Рассмотрим такой феномен среди растений: если вы надумаете сжечьлисточек какого-нибудь цветка, цветок завянет. Так он вас предупреждает: «Яобиделся. Если не будешь меня любить, меня не будет…». Да!
А если вы будете прослушивать индийскую иликлассическую музыку в комнате, где много растений, то они вытянутся в росте,станут крепче и красивее. Так растения вас благодарят: «Спасибо, что побереглинаши нервы. Любуйтесь теперь нами – это вам наш подарок!...».
Вы любите растения, восхищаетесь ими и хвалите их? Неудивляйтесь, что ваши пальцы окрасятся в зеленый цвет! Просто ваши растенияжелают стать ближе к вам: «Ты нам как брат! Пусть у тебя тоже будет что-тозеленое!...».
Будете удивляться, но по ночам некоторые грибы, мхисветятся достаточно ярко. Думаю, они беспокоятся о своем росте: «Темно,холодно, мне это не нравится! Посветить мне, что ли? Вдруг появится солнышко идаст мне свет, тепло. Я тогда лучше расти буду!...».
Мне кажется, что дождь из семян пшеницы, ржи, орехов,риса имеют свое объяснение: буйные ветры подняли семена высоко в атмосферу итеперь они падают на людей, на землю, говоря: «Как не удобно в воздухе! Мыхотим в теплую землю, чтобы быть кому-то полезным, а не летать без дела!...».
Невероятно, но растения могут и кричать, вернее –пищать! Ученые доказали, что так они говорят: «Немедленно полей меня! Питьхочу!!!».
Если так посудить, все общается! И животные, ирастения, и техника! Поглядите сами: предположим, вы имеете машину и у неекончается бензин. Машина грохочет, воет шинами, тащится из последних сил… Вам,наверняка, приходит на ум: «Выдохлась!». А машина прибавляет: «Ну все, нуприехали! Хватит меня мучить! Я не могу больше!!!». Когда вы зальете бензин, ототрете грязь сколес машины, смажете все детали ее сложного механизма и сядите за руль, то вамбудет ехать легко, быстро, весело и уютно! Это все потому, что машина понимаетвашу заботу и теперь хлопочет о вашем удовольствии: «Ой, спасибо тебе! Умыл,накормил, вылечил!... Ты опаздываешь? А ну-ка я скорости прибавлю, ну-касоседей обгоню!...».
Да что техника?! День будет бодрыми лучами солнца,вселяет оптимизм: «Улыбайтесь, раз я улыбаюсь! Боритесь с проблемами, как я стучами.»
Ночь же просит скинуть с себя хлопоты, грусть ипомечтать: «Расслабьтесь и полюбуйтесь, какие у меня звездочки! А моя луна, чтоона вам напоминает? Волшебную жемчужину? А что вы хотите, чтоб эта жемчужинадля вас сделала? Поделитесь со мной!...».
Зима ворчит: «Все ушло, все погибло! Зачем тогда мойснег? Пусть лучше все спит!...».
А лето радуется за нас и приглашает веселиться: «Ура,отдых! Ура, веселье! Айда за мной! На пляж! Я вас пощекочу песком, я покатаювас на волнах!...».
Все еще не верите, что все в мире – говорящее?Задумайтесь, ведь и вы общаетесь «молча» - жестами, мимикой. Иногда одноговзгляда достаточно, чтобы мы смогли понять, что происходит в душе человека.Считается, что глаза – зеркало души. Психологи уверяют, что глаза показываютистинное настроение и эмоции. Поэтому, пряча глаза, не забывайте – вы пытаетесьспрятать что-то в душе.
Замечено, что мимика и жесты очень часто появляются«сами собой», особенно при лжи. Поэтому, помните: когда вы стараетесь что-тосоврать или изобразить неискренние чувства, об этом у вас «на лице написано». Недаром же говорят, что обманничем не скроешь. Против обмана протестует весь организм. Он говорит: «Ну чтоты стараешься? Все равно тайное становится явным. Не хочешь признаваться? А вотя выведу тебя на чистую воду!...».
Не возникал ли у вас вопрос: откуда берется тяга кприроде? Мне кажется, тут действует все тот же принцип. Предположим, выявляетесь поклонником альпинизма, при любом удобном случае отправляетесь вгоры. А почему? Горы сами зовут вас: «Ощути себя вольной, бесстрашной птицей! Снашей высоты открывается такая красота…Хочешь прибавить себе острых ощущений?Тогда иди к нам, мы ждем!...».
Или, к примеру, вам жутко нравится быть в лесу,собирать ягоды, грибы. Почему вам нравится находиться в лесу? Ответ простой –вы чувствуете, как щедрый, гостеприимный лес вас угощает: «Возьми еще грибов!Они такие вкусные! Бери ягод, сколько хочешь! Мне не жалко!...».
Рассуждая таким образом, я пришла к выводу: как намповезло, что наша планета говорит! Она помогает понять тайны живой природы. Онаоберегает, развлекает, заботится о нас. И разве мы смогли бы это почувствовать,если бы вся наша Земля не разговаривала?
Почему-то мне кажется, что общается наша планета не только со своимижителями: растениями, животными, людьми… Она разговаривает и с другимипланетами. Только тихо, незаметно…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 30 июня 2011 — 23:38
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Путь рояля

Перебирая клавиши в сотый раз, он незаметно поймалсебя на мысли, что нечто омрачило рояль. Это нечто промелькнуло в его жизнинебесным явлением. Только не таким, которое приносит природные дары, а котороеприносит мир. «Глупо называть это явлением! – глотая слезы, рассуждает он. –Как я мог называть это явлением?!».

Конечно, всякое явление не приходило без пнричниы. Итут нашлась он был в поиске. Быть может, творческом, быть может, в душевном…Только никогда еще поиск не отозвался такой печальной и роковой мелодией!Мелодии… Сколько чувств он хотел вложить в них, чтобы выразить свое восхищениеи тепло, которое возникло при этом явлении.

Впрочем, это было совсем не явление! Как ни горько емупризнавать, но это было отнюдь не механическая вспышка для вдохновения и славыс деньгами! Это был тихий звук ее робких шагов. Удивительно, но и шаги могликазаться чем-то светлым и совершенно необычным. Она мирно шла к своему всету,вслушиваясь в мир рояля.

С некоотрых пор рояль перестал имет смысл. Быть мжет,потому, что являлся черной дырой, в которой бесследно исчезла она. «Ничто непроходит просто так» - он уже не верил, если бы не вспомнил те шаги. Те робкие шаги, которые привели к облаку. Теперьоно было лишь вспоминанием о ней, самым теплым и нежным. Сейчас прозвучит этотнежный сонет в память об этом облаке.

Быть может, ему его не хватало? Иначе не решился бы натакое низкое падение. А что тебе стоило просто признать, что она, когда-то ,уже не заметно и безнадежно далеко, тоже хотела верить в мечту, в мелкие, нотак необходимые всем суеты и удовольствия… Она еще не надышалась воздухомпропитанным тобою, не спрятала в сердце достаточно глубоко твою любовь!...

Ах, было ли это любовью? Вот вопрос, который звучалстоль же риторически и драмматично, сколько и знаменитое «Быть или не быть?». Инеловко осознаешь, что все сводится на свете к последнему, который воскликнулкогда-то гений давным-давно, а то, что он вопрошал, все живет.

Было ли это неясное опьянение от успеха и механическиепытки от ожидания предательски быстро улетевшего вдохновения? Была ли эталожь, эта ревность и холодное, все пожирающее самолюбие? А… боль – мерзкая штука,притворялась ли она или на самом деле вызвала ужасающее бешенство и… лишь ветерее души у верного друга и свидетеля всего – рояля?

Увы - было, и лишь памятьпомогает распутать этот сложнейший ком сомнений, оправданий, страха и обмана,чтобы метнуться туда – назад, к ее очаровательной улыбке, увиденной тобою впервые…

Реквием по светлому миру

Громкие вспышки предательской роскоши больше не моглиудерживать тебя и с облегчением тонут во тьме и дали. Впереди – незнакомый лес,и жажда уединение, желание прикоснуться к гармонии сами толкают тебя зайте внего.

Ты с удивлением не можешь оторвать своих глаз отнежно-коричневых хрупких, и одновременно – мощных крон, заманивших тебя в лес.Обычно, лес ассоциировался у тебя с темной чащобой, полной ужасов и отчаяния.Потому твой главный страх – потеряться в лесу. Но, нет….

…. Нет Этот лес – совершенно другая реальность: теплыйсолнечный свет искристо разливался по пышным кустам и листве, придавая прогулкеощущение феерического путешествия по неведомому миру тишины и гармонии, вкотором шелковая трава гладит с оборками твоего белоснежного платья, а ветерласково играет с легкими белоснежными волосами.

Ты твердо решаешь, что не вернешься в замок,отравивший тебе душу сплетнями, ядовитыми удовольствиями и издевательствами.Здесь ты больше не ощутишь боли: здесь будут вечно углублять тебя в невесомыевысоты облачное пение птиц и успокаивающий шелест травы.

…..Внезапно ты начинаешь оглядываться: твоего ухакоснулся отчетливое эхо цокота быстрых лошадиных ног. Отчего-то с замираниемсердца ждешь появления одного из самых прекрасных и благороднейших животных –лошади. Еще миг – и ты не веришь своим глазам: перед тобою стоял ослепительнобелый единорог, с почти жемчужными копытами и воздушной гривой.

Вид сказочного создания вызвал шок в твоем сознании:кругом все твердили, что единорогов больше нет, что это – монстры. Немногопятишься к кроне ближайшего дерева, собираясь убежать.

Но тут единорог делает к тебе шаг, подходит так близко,что чувствуешь его теплый взгляд и тревожно бьющееся сердце. Осознавая это,вдруг понимаешь, что не сможешь бросить единорога: он также терпел лишения истрадания, он также искал тепла и тишины в этом химерном мире!

Хочется прикоснуться к неведомому, но притягивающемутебя миру единорога. Но почти чужие глаза отводят руку: рог, пронзительный,жуткий рог…. Однако тут же догадываешься, что это – такая же попытка защититьсяот мира, как и твое бегство от балов.

Единорог осторожно стал к тебе боком и ободряющетихонько ржанул. Он требовал заботы, ласки. Странно. Но будто заново открываешьдля себя смысл этого мягкого слова. Ласка – приоткрыть для себя волшебный мирпреданной лошадиной души. Ее душа искрилась и переливалась от легкого бега стобою наперегонки, неторопливой прогулке и немой. Таинственной беседе с тобою.

А ты задумчиво смотришь на невыразимо светлый лес игрустишь. Быть может от того, что пусть в замке и было душно, но там имла местореализация тебя. И тут натыкаешься на тихонькое ржание елинорога – наверное,самого доброго и светлого в мире единорога.

Замок
Тишина, наконец, коснулась разочарованной души Кейт.Шаги каплями ронялись по каменным плитам. Но это были ее шаги. И Кейт снаслаждением вслушивалась в них. Она ощущала полное блаженство от того, что вэтом замке есть только она, ее уставшие почти прозрачные зеленые глаза, черныеволосы, тревожное сердце и блуждающие шаги. Шаги едва нащупывают каменные плиты особняка, ступеникрутых лестниц и ковры запыленных, темных коридоров. Шторы легким дуновениемщекотали подол длинного платья Кейт. Лунный свет лился странным, абсолютно неманящим ко сну, потоком.Поток тишины усиливал хандру девушки. Унылое состояние усиливалось чуть слышнымишагами и вздохами, доносящимися из верхних лабиринтов замка. Кейт, горя отнегодования, побежала на звуки. Увидев причину шума, она обомлела и совершеннорастерялась: Перед ее глазами резвилась группа маленьких прозрачных созданий.«Привидений мне еще не хватало!» - мысленновозмутилась Кейт и, фыркнув, уже затрусила обратно, как вновь резко обернулась,услышав: - Мы непривидения! – словно прочитала мысли девушки маленькая, светящаяся девчушка в просторной рубахе. С сомнением посмотрев на девчушку, Кейт невольноспросила:- А кто вы?- Души, которыебездомные и ищут себе человека….Девушка невольно прижалась к ближайшей стене. Ей сталострашно от мысли, что призраков уж никак не обманешь и не скроешься: они читаютмысли.От отчаяния Кейт предприняла попытку незаметноускользнуть от внимательных прозрачных глаз, подумав: «Они меня растерзают!...Нет, они заберутся ко мне в голову и будут мною управлять!... А еще не ведомо,что у них за желания!». - Нам не нужнотвое тело! – с энтузиазмом ввязалась в разговор девчушка в рубахе, - Мы простоищем человека, который бы принял нас и не боялся!...- А вы на меняне нападете днем?... Или вы ночные? – доброжелательный тон девчушки развязалКейт язык. - Много тызадаешь вопросов и глупых! – важно заметила та, - Наверное, у тебя естьпроблемы!... Но ты нам нравишься! Мы тебе поможем, только нужно спроситьразрешения у хозяина!Наступила тишина, которую прервал очень высокийпронзительный звук, издаваемый поднятием рук девчушки в рубахе, отдаленнонапоминающий свист. Все остальные призраки - девица с перекошенным от ужасалицом, усач в короне, девочка в фартуке, мальчик в кепке, с рогаткой, бабушкасо спицами, толстяк и костлявая девочка в пышном платье, и многие, многиедругие – с почтительным трепетом ждали.«Сейчас покажется хозяин этого замка – самыймогущественный и сильный призрак из всех, - догадалась Кейт, которой тоже овладевалотрепетное любопытство, - Он, скорее упитанный, большой и пожилой…».Каково же было ее удивление, когда на пронзительныйзвук вышел парень, ростом немного выше Кейт, облаченный в аккуратныйприталенный костюм. Он вплотную подошел к девушке, и только тогда в его глазахпоявилось живое любопытство.От его пронзительных глаз Кейт захотелось провалитьсясквозь плиты. Она предприняла попытку спрятать лицо. Бесполезно: будто пытаясьчто-то разглядеть, юноша пристально вглядывался в ее бегающие глаза. От бессилияКейт шепнула девчушке в рубахе:- Этоневозможно! – в полголоса воскликнула она, - Он на мне дыру протрет!.... Чегоон так всматривается?- Чего тыудивляешься? – пожала плечами девчушка так, будто девушка спросила известнуюбесспорную истину, - Мы твоего тела, чтоб ты знала, почти не видим. Мы смотримсквозь него, на то, что внутри!.... И не смущайся ты так: то, что тызаинтересовала нашего хозяина – редкое счастье!...Кейт была категорически не согласна с последнимутверждением. Она была жутко смущена поведением странного юноши: ей казалось,что он смотрит сейчас на все ее тяжелые мысли, все страхи и иллюзии. От этогодевушка и вовсе почувствовала себя несчастной и низкой.Юноша, наконец, отвел глубокий взгляд и, вздохнув,мягко сказал:- Она страдаетот людей и не хочет возвращаться в их мир… Она очень нуждается в познании своейдуши!... Братец Эхо, воздвинь свою стену, защити ее от дурного слова!Братец Эхо, самый бородатый и тучный призрак,приставил ладони ко рту и протянул настолько сильный вой. Что плиты зашатались,как от сильного грома. Только сейчас Кейт ощутила на себе противный эффект отобщения с привидениями – страх. Ей моментально захотелось покинуть замок и датьсебе слово о том, что все, ею увиденное в особняке – страшный сон, которыйисчезнет также быстро, как и гром Братца Эхо.Она уже метнулась к двери, но наткнулась на невидимую,но толстую стену. «Я у них в плену! – осенило дрожащую девушку, - Могла ли яподумать, что я окажусь в плену у призраков?... Что они хотят?..»- Мы не сможембез тебя! – неожиданно поспешно крикнул ей вслед юноша, - Мы только такую душуи ждали! - Зачем она вамнужна? – визгливо спросила Кейт, прижимаясь к стене.- Ну, как этозачем? – спокойно переспросила девчушка в рубахе, - Души бездомные тоже должныкому-то помогать!... Иначе мы, по сути, найдем свою смерть: станем скитающимисябезмолвными духами, способными лишь летать, скитаться и выть от скуки, гонимымивсеми, пусть и вечно!...- А меня выспросили? – яростно принялась защищать свой тонущий мир Кейт, - Может, то, чтовам грозит, и совсем не плохо?... А, может, это мой идеал?... Я найду его безвас!... Дайте мне уйти!Девушка с силой толкнула невидимую стену «от дурногослова», не зная, куда девать свою злость. Однако, оглянувшись на группу привидений,наблюдающих за ней с умоляющими глазами, ей шепнуло сознание: а кто примет этидуши, если не ты? Ты ведь рядом с ними, они же тебя просят остаться. Значит,они не причинят тебе зла! Значит, пора уж бросить свой душащий эгоизм.Кейт решила остаться. Она будет с ними, как живут снадоевшим питомцем, выкинуть которого не позволяет совесть. Она будет выполнятьих прозрачные чудные капризы, только потому, что они за это не будут убивать еесвоими волшебными способностями. Она разделит их участь – замкнутый мир выгнанногоиз радости и смысла, погруженного в бессмысленные идеи, но потому, что людиалчные и подлые, зацикленные на своих чувствах, а они ничего не испытывают.Испытание было для Кейт большое: наблюдать прозрачныефигуры, снующие по всему замку и убеждать себя в том, что они ей близки (разони ее принимают). А также есть все, что вздумается, пить до не хочу, читатьнескучные книги, найденные в замке, красоваться в диковинных платьях найденныхв недрах невзрачных шкафов. Странные эти создание – привидения: они выполняливсе ее прихоти, делали все, чтобы она их не покидала, при этом они с ней дажене общались. Они сутками патрулировали замок и действовали на природу,окружающую особняк.Особняк постепенно стал невыносимым миром немедленновыполняющихся желаний и одиночества, потому Кейт с радостью и эйфорическимлюбопытством выглядывала в окно. Из окна виднелась машина, из которой уныловыбрела группка, трясущихся от страха типов, всем видом сопротивляющихся визитузамка. Эту группку замыкал самодовольный, высокий и симпатичный жгучий брюнет,явно понукающий типов к действию.Сквозь феерические звуки способностей призраков и гулих шагов, заменяющие Кейт всю звуковую реальность, она расслышала: - Сэр Голей, мыдаже не знаем, как они выглядят! – трепетал тип пожиже. - Говорят, онидоводят до безумия любого, кто их видит! – вторил ему маленький, пухлыймужичок.- Ну-казаткнитесь! – резко оборвал их жгучий брюнет, - Ваша работа – не верить байкам,а привидений искать!.... Немедленно в замок! Я вслед за вами!«Ну, хоть кто-то навестит мое угрюмое убежище! – соблегчением подумала девушка, жадно приникнув к решетке окон, - А то ужиспугалась, что одичаю среди этих фантомов!»- Фантомы! Поместам! – быстро скомандовала, встревожено вбежав, девчушка в рубахе, - Хозяиночень волнуется за тебя, Кейт!... Он приказал нам до последних сил защищатьтебя от налетчиков!... Так что прошу… - Это нашигости, Фабби! – с негодованием перебила та, - Что вы как дикари?... Лучшепосмотрите им в душу и выполните их желания!...- Хозяин ужезаглянул! – заверила Фабби, - Ох, нехорошие это люди! Ох, опасные,сомнительные!.... Хозяин велел не пускать тебя к ним!.... Так что сиди тихо! - Послушай, этонеправильно! – встряла девушка, подбежав к двери.Но поздно: дверь уже была задвинута и закрыта наневидимый замок, а за нею уже разражался пронзительный свист Фаббиультразвуковой частоты. От него Кейт была вынуждена заткнуть уши. Но даже такона слышала грохот, гулкое эхо, молнии и частый топот, скачущие нотки страха вкриках.Кричали на бегу типы, нанятые сэром Голеем. Они ужевстретили шалуна Братца Эха, зычно хохочущего им из портрета и приоткрытыхдверей. Они уже ее ускакали от Маленького Робина, мчащегося за ними на своемнеуставающем прозрачном Коро. Они уже сотрясли стены замка, увидев смирнуюбабушку, тихо вяжущую, как им показалось, человеческими костями, узор изчеловеческих глаз.И теперь типам оставалось одно: переодеться подобнотам и сям стоящим статуям и замереть: от них не желала отстать взъерошенная от,будто вечно капающей воды, Офелия. Горе-охотники за привидениями затаилидыхание, завидев ее перекошенную от ужаса светящуюся физиономию. Офелиявнимательно осмотрелась вокруг, даже в плотную подошла к типам, но помчаласьдальше. Типы облегченно вздохнули, а им было невдомек, что привидение проучилобы их за обман. Просто Офелия не увидела никаких человеческих душ: страх забралвсе из сердец типов.Они уже прикидывали, куда пройти, чтобы выбраться из особнякаи не наткнуться ни призрака, как их взгляд упал на дверь, за которой находиласьКейт.Видимо, интуиция им подсказала, что есть в особнякеживая душа.- Откроем этудверь! – предложил жиденький тип, - вдруг нас пустят.- Давай! –согласился его упитанный напарник, - А потом сможем убраться из этого…Он не досказал свою мысль: перед ним возниклонедовольное лицо сэра Голея.- Удратьхотели, мошенники? – рявкнул он, - Размечтались!... Что это тут у вас?- Да пытаемсяоткрыть! – отвечал жиденький тип, дергая засов двери на разные лады.Вся эта процессия еще больше разозлила брюнета, и такнаходившегося в дурном расположении духа. - С дороги! –грубо оттолкнул он типа и с силой дернул дверь.Кейт заинтересованно вскочила с пола: засовы упали.«не так и силен привиденческий замок! – с усмешкой сделала она вывод, - Может,они меня заберут!..»Сэр Голей открыл дверь, он с изумлением смотрел наКейт, не веря своим глазам.- Вот такпризрак! – от чего-то быстро повеселел его голос, - Молодцы, хоть раз высделали что-то полезное!Пока Кейт соображала, что у этого неясного типа науме, брюнет еще некоторое время внимательно разглядел ее и шикнул на своих подчиненных:- Да ужсюрприз!.. А теперь - брысь отсюда!...Мне нужно поговорить с этой милочкой наедине!Девушку сконфузило слово, каким ее назвал приторный голосбрюнета, но желание выбраться из жуткого замка преодолело ее отвращение, и онаприготовилась внимательно слушать. Хотя сильно удивлялась, откуда в ее душепоселилось сомнение и страх, появилась уверенность, что некое дурное, низкое событиепринесет этот самоуверенный гордец в ее жизнь.И не только Кет почувствовала это: Фабби остановиласьот наставлений своим собратьям, вскочила и завопила:- Мыпроморгали, все напрасно!!!!Фабби сердито посмотрела на также остановившихся призракови гаркнула: - Ну, чтовстали!?... немедленно летите к ней в комнату, хозяин нам голову оторвет, еслией причинят вред!!!... Быстрей, быстрее!!!... Еще можно исправить!Сама она, поднимая руки, поспешно проговорила неясныйнекий код:- Хозяин,спасайте свою жизнь!!!! Ее хотят затуманить и украсть!!!....За этим послышался характерный для Фабби пронзительныйсвист, еще более мощный и отчаянный Юноша соскочил с чердачной паутины лестницы и полетелв комнату Кейт. Он догадался, речь Фабби шла только о ней – единственной радугисвоего вечного призрачного существования!...СуществованиеКейт казалось ей невыносимым: она ощущала это всякий раз, когда на нее таксмотрели газами, как хозяин или этот подлизывающийся Голей. Растерявшись, онаотвернулась и стала думать, как же попросить его забрать ее отсюда. А он ужнагло протянул свою руку к ее щеке, видимо, соскучившись по авантюристическимприключениям, как тут же зажал руками уши: с резко распахнувшейся дверью вкомнату ворвался пронзительный свист Фабби. Вместе с ней ввалились и всепривидения, во главе с юношей в костюме.- Вот, ДэвидФамус, полюбуйтесь! – недовольно проворчала Фабби, все еше не довольная работойсвоих друзей, - Пока вся орава бегает за неказистыми шавками, главная тень ужпритаилась!... - Что Вамнужно? – строго спросил Дэвид, - отправляйтесь в свой мир рукотворного рая иудовольствий, краткого счастья, а нас оставьте!... Не время вам еще встречатьсяс нами!- Эх, какое мнесчастье, если.. – притворно вздохнув, нахально заметил Голей, - Если такаяжемчужина мучается среди бледных, скучных теней?!... А ведь и ей хочетсясчастья!...- Ты смотри,как заговорил! – вскипятилась Фабби, - Ну-ка, руки убрал от нее и катись ксвоим низменным спутницам!!! - А ты чеговстреваешь, малявка? – развязно парировал вспыльчивый брюнет.Фабби в долгу не осталась: один взмах рук – и Голейвновь был вынужден заткнуть уши от невыносимого свиста. - Молчать иубираться отсюда, понял?!! – молниеносно прикрикнула она.- Уймись,дорогая! – ласково встрял Фамус, - Так что же Вы хотите, в этом чужом мире? - Ее забрать! –не замедлил с ответом капризный брюнет и церемонно указал на Кейт.«Нет!!!! – подумал Дэвид, яростно ища мысли длязащиты, - Я только начал чувствовать себя таким же счастливым существом, какона!.. Я не представляю себе ту, старую жизнь!!!.. Я не хочу потерять тебя,Кейт!!...»Тут в атаку полезла и Офелия, готовя ледяной туман,чтобы заморозить дерзкого, сытного мерзавца.И Кейт впервые почувствовала, что и призраки что-тоценят, что они о ней заботятся, она им родная!...
--------------------

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
франческа
> 1 июля 2011 — 19:12
  [Id]



Форумчанин


Покинул форум
Сообщений всего: 182
Дата рег-ции: Янв. 2010  
Откуда: Страна радужных надежд
Репутация: 0





прочитала про жителей травы,насекомых...очень интересно
а на украине я жила,правда совсем недолго...там быстро темнеет вечерами
и ветра сильные...и лесов нет,одни посадки.....а купаться мы ходили
на ставки....)

-----
http://francheska.forum24.ru/
top
gaze
> 2 июля 2011 — 13:59
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





 франческа пишет:
прочитала про жителей травы,насекомых...очень интересно


франческа,
спасибо!!!! Подмигивание

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
« Стихи и проза »

 
 
Сейчас эту тему просматривают: 1 (гостей: 1, зарегистрированных: 0, скрытых: 0)
Все гости форума могут просматривать этот раздел.
Только зарегистрированные пользователи могут создавать новые темы в этом разделе.
Только зарегистрированные пользователи могут отвечать на сообщения в этом разделе.

 Похожие темы: проза-2
Темы Форум Информация о теме Обновление

RSS 23.02.2018 - 13:34
© MAGIC STUDIO 2008-2015
Все права на материалы принадлежат их авторам! При копировании ссылка на первоисточник обязательна!
18+ ВНИМАНИЕ!
Материалы сайта могут содержать информацию, относящуюся к категории "только для совершеннолетних".
[Script Execution time: 0.2022]     [ Gzipped ]