SuperVox - музыкальный проект в стиле 80-хSuperVox - музыкальный проект в стиле 80-х

Здравствуйте, Гость ( Вход | Регистрация )



 
> проза-7
Поиск в теме | Версия для печати
Антон Администратор
> 6 октября 2011 — 15:16
  [Id]



Администратор
SuperVox
Magic Studio


Покинул форум
Сообщений всего: 3129
Дата рег-ции: Авг. 2009  
Откуда: Нижний Новгород
Репутация: 8





Продолжение темы проза - 6.

-----
Музыкальные композиции проекта SuperVox - OnLine
Номер счета для помощи проекту в системе Яндекс Деньги - 410012024389080.
4325185 ICQ, я всегда на связи, пишите.
top
gaze
> 6 октября 2011 — 15:16
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Современная девушка Ниндзя

Каждая девушка по-своему оригинальна, ее красота менялась и совершенствовалась с каждой эпохой.
И сейчас в девушке можно найти много интересного. В мире борьбы и конкуренции она научилась брать власть в свои руки и принимать серьезные шаги. Сейчас, когда возникает желание прогресса, девушка способна создавать чудеса техники. Когда возникает жажда прекрасного, она превращается в очаровательную фею, которой подвластны понятия «вкус», «стиль».
Но, к сожалению, некоторые девушки в наше время употребляют наркотики, алкоголь, курят; нецензурно выражаются, стали грубыми, требовательными… Мне бы хотелось высказать свое отношение к этой проблеме и выяснить, может ли девушка в наши дни оставаться чутким, нежным созданием.
На данный момент хорошо известно о вреде, который несут вредные привычки, такие, как курение, употребление спиртных напитков и наркотиков. Мне кажется, эти привычки роднят девушку с эгоистичными подростками, которые печально быстро привыкают к искусственному развлечению.
Ничего хорошего, на мой взгляд нет и в нецензурном выражении. Это весьма неприятно звучит из уст девушки. По-моему, грубые слова являются уродливой маской мыслей и души. Думаю, особенно гадко слышать в лексике и так называемые «неприличные выражения»: на мой взгляд, они имеют исключительно животную окраску, ядовито заглушающую самое волшебное в человеке – чувства!
Почему некоторые современные девушки слишком горды, капризны, требовательны, придирчивы? Конечно, этому явлению может быть множество объяснений: воспитание, влияние, жажда «авторитета»… Но я считаю, все это происходит от неумения использовать в общении свои таланты, находить компромисс, преодолевать свое легкомыслие и упрямство!
Я уверена, современная девушка может достичь и золотого сердца, и тонкой души, и яркого характера. Если она избавится от недостатков и научится сохранять хорошие качества. Если будет помнить, что она – девушка, личность, имеющая достоинства. Помнить, что мудрой, разносторонней личностью ее хотят видеть и окружающие. Что подражание «модным привычкам» может погубить. Что надо ценить не только свою, но и чужую мысль, которая говорит: «Быть современной девушкой и не потерять свое лицо – искусство!»

(Отредактировано автором: 6 октября 2011 — 15:18)

-----
присматриваюсь к этому миру...))

top
gaze
> 6 октября 2011 — 15:29
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Коварная паутина Крутой

С некоторых пор можно заметить то, что слово «паутина» применимо не только к робкому паучку, но и к… нашей жизни. Вернее, к труду и досугу современного человека. Вы наверняка слышали о том, что в народе называют «всемирной паутиной» - Интернете.
У меня возник вопрос: «Почему столь мощное средство прозвали паутиной?». Казалось бы, ответ не заставит себя долго ждать для тех, кто лишь заглянет в словарь: в переводе с английского Интернет переводится как «международная сеть». Видимо, для легкости понимания и красоты звучания и прозвали сеть природной аналогией – паутиной.
Однако не все так просто. Думаю, чтобы осознать это, немаловажно вспомнить, для чего паук плетет узор из прозрачных, блестящих паутинок. Не спорю, что и тут имеется несколько гипотез: для красоты, для привлечения пары и... для привлечения жертвы.
Мне показалось удивительным, но все эти «роли» компьютерная «паутина» легко сыграла в обществе и не устает успешно играть сейчас. Я считаю, это нетрудно заметить. Для красоты Интернет блистает огромным количеством информации и картинок; для привлечения пользователей он усердно сосредотачивает в себе несметное количество услуг и социальных сетей.
Но, по моему мнению, наиболее весомое и не всегда безобидное амплуа у «паутины» - искусство приманивать, навязывать и даже наносить непоправимый вред здоровью и психике.
И вот что странно: несмотря на то, что большинство людей наслышано об этих минусах, знают о печально-увлеченных геймеров; про усердных операторов, страдающих тяжелыми заболеваниями; о «добрых» администраторах сайтов и создателях компьютерных игр, сервисов развлечений, наживающихся на людском любопытстве….
Все равно каждый день пользователей Интернета все больше и больше. Почему? На мой взгляд, это, прежде всего, проблема вседозволенности. Согласитесь, если обычный, скромный человек несколько дней попользуется волшебством «паутинки», то он быстро привыкнет к тому, что можно (к примеру) играть в режиме «онлайн» и смотреть ролики, сколько влезет; слушать музыку и общаться в чате, хоть с утра до ночи; а главное – читать и выбирать какую угодно информацию, критиковать ее и даже присваивать ее себе.
Мне кажется, такой человек, если он не понимает грань между «можно» и «нельзя», быстро подружится с «паутиной», не сможет вырваться из нее, пребывая в ней с гипнотическим удовольствием, жертвуя ей эмоции и время. То время, которое можно было использовать для образования, общения, самосовершенствования.
Оно может тратится не только на «побродить» по лабиринтам Интернета, но и на общение в социальных сетях, в чате. Я считаю, что, если не иметь цели в этом общении (к примеру – общих интересов, цели обменяться опытом), то оно также будет морально вредить. Самое страшное в подобном общении то, что к нему привязываешься. Воспитывается иллюзия, что твои мысли кому-то интересны, что ты имеешь авторитет, что ты – личность. И чтобы не потерять эту иллюзию, развивается внутренняя подлость (которая в последствии может перерасти в крепкое свойство, приносящее вред е только человеку, но его окружению).
Как она выражается? А так: человек начинает спокойно воспринимать «нецензурные выражения» в социальной сети, поддерживает мысли собеседника, который кажется ему наиболее важным лицом. Но при этом нередко переступает через себя, забывает собственное «я», трусливо держит своре мнение при себе (чтобы не потерять престиж, «завоеванный» в сети). А иногда доходит до того, что он теряет свое мнение вовсе, просто «поддакивает» всему, что обсуждают в чате.
Как известно, в чате можно обсуждать все, что вздумается. Нередко обсуждают и собственные «подвиги», полученные в результате изучения Интернета. Мне становится немного смешно, когда к этим подвигам причисляют и результаты, полученные в какой-нибудь игре. Игра становиться объектом споров, хвастовства.
Удивительно, но некоторые пользователи сети, забывают, что весь Интернет и виртуальная реальность – одна заманчивая игра. Причем такая, что в жизни она никогда не принесет тебе ощутимых успехов, если воспринимать ее только как куклу. Которая настолько капризна, что не желает терять твое внимание к себе, выматывая твои силы в свой хитрый клубок новых удовольствий.
В итоге, рано ли поздно, не «паутина» становиться забавой человека. А человек становится тихой, всегда послушной и любопытной забавой, подгоняемой жаждой развлечений, жадностью, тщеславием, иллюзией ожидания рая за монитором компьютера.
А собственная жизнь, близкие, радости собственного существования кажутся незаметными, мелкими, ненужными за блеском паутинок Интернета. Как ни печально, но, если не остановиться в погоне за виртуальным счастьем, то, словно золотая рыбка, Интернет тихо бросит тебя вдали от привычных игрушек в неподходящий момент и окунет в тяжелую, серую реальность, которую еще нужно учиться любить! А это - сложно….
Потому, на мой взгляд, очень важно помнить, что лучше использовать Интернет как волшебную энциклопедию, образовываться и трудиться с помощью него. Необходимо не забывать о том, что это - такой же труд, как и превратить серый камень в грациозную статую. А главное – любить жизнь, ценить все, что окружает тебя: небо, пусть иногда и затянутое серыми тучками; траву, пусть иногда и незаметную за городским туманом; воздух, пусть иногда и скупой из-за дыма фабрик и машин!....
Только тогда коварная паутина превратиться в радужную бабочку, которая будет бесконечно убеждать тебя в том, что жизнь прекрасна!

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 6 октября 2011 — 17:59
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Зов темноты.. Ниндзя

…Неожиданно, словно тихим цокотом копыт, бежит в туман… Сначала все кажется привычным, даже облагораживающим собственную участь в его мире, дышащим… тысячами глаз.
В жизни, кажется, больше никогда подобного, такого волшебного, странного, не увидишь – ночные облака, неторопливый шепот часов и, улетающие вдаль, темные листья… Что-то они прячут в лунном эхе колоколов, чьи-то разочарованные глаза, уставшие от слез, боящиеся… себя.
Это стало непонятным, жутким, как озера, отражающие пустоту. Пытаешься в нее взглянуть и… видишь мрак, скрывающий огни, звезды неона… Кажется, вовсе непривычно следить, как они проплывают, мимо твоего круга, цокота копыт, ленты пути и капель дождя, убаюкивающих порою, снежинками.
Неожиданно оглянешься и обнаружишь во тьме чьи-то, будто следящие за тобой, из ее дивного мира, глаза. И увидишь… усмешку их обладателя - какого-то загадочного мага, с огоньками глаз и в плаще, постоянно закрывающим лицо.
Один только вопрос проноситься роем в голове, и так напуганной стеклянными шарами новой реальности: что это за маг и почему он смотрит именно на тебя? Что скрывает его пронзительный взгляд, от которого не спасает даже твоя маска и холодеющий воротник?
Зеркальные сирены пола, на которые жадно глядят луны, только отпугивают и… снова притягивают в водовороты, таких удобных, послушных и… пустых глаз мага.
Вспоминаешь, что где-то, за туманом ночи, притаилась усталость и раздражение от постоянных, черных капель, диктующих тебе день и ночь… Она предлагала тебе, возможно слишком, сладкие грезы, так дивно и приятно выплывающими из темноты… темно-синими розами. Так силен их аромат, что невольно идешь навстречу черному, ледяному озеру, над которым приятно улыбается, эхом жуткой пустоты, луна, только…
Мысль мечется, как в захлопнувшейся клетке, цепляется за маску, немного тусклую и прозрачную, ищет, стуком сердца, старомодный воротник и… привычные поводья, чтобы уехать в родной, и тем теплый круг, но руки ночи предлагают здесь, в странном, блестящем свете, туманной тьмы, блестящую скорость и удобство волшебного замка; словно сотканного из, призрачной паутины, усыпляющих капель…
Ты ощущаешь их трагический, приторно-сладкой, темно-синей соли, вкус и заглядываешь за неестественные водопады радуги внутри них – там притаилось разочарование, от пыли и серого тумана; усталость, от вынужденности искать дорогу, в темном и страшном лесу холода. Все это… будто сон, но сознание ищет свет, среди дверей мрака, что звенит: «Все это было с тобой!... И это – реальность…». Но за ним…
Все еще стоит маг, словно улыбающийся, под стук часов, отраженных в перевернутой воде, и его глаза все сверкают, липко спящими, силами и… скукой, как-то неприятно, невидимо искрящейся повсюду; вдали от, дивной сказки облаков, света; в то же время… искаженно обещая это всякому, кто смирится с ее одинаково, развлекательно, но опасно, блестящими ножами. Они же, словно в мистическом театре, сверкают в глазах….
Мага, одиноко стоящего, среди шума и немого поиска, свежей капли новой жизни. Ее шаги печально уходят… мимо него, и это кажется самым странным. И взгляд пытается проследить за шагами, только маска с воротником мешают.
Снять их – звучит просто, но… так небезопасно, холодяще-интересно и маняще в этом, лунном потоке темноты часов, остановившихся, в закате и… тихим шепотом листьев, все идущих…
Но они летят… от мага, от этих загадочных глаз и озер городов. Он же ждет, ищет глазами пути, может даже, к тебе, в живой туман; и эхо взгляда, голоса, радужный дождь, стука сердца, кого-то рядом…
Зов темноты оглашает потрясающую тишину глубины – часы осветили темные зеркала, открывшие твоим глазам маску, воротник и… огонек взгляда мага, вынужденного прятаться за плащом; он следит за туманом и бегущими хаотично стрелками, чуть заметными смехом колоколов, ведь ждет, как и ты, отголоска дали…
Цокота копыт, простого, стука сердца, дождя, летающего сном, над миром, а он… такой странный, мистически большой и загадочно искрящийся ночной тьмой отраженной луны…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 9 октября 2011 — 00:22
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Листья рассвета… Смущение

…Неслышно идут, сквозь тьму и, как-то по-холодному, убаюкивающую грусть. Ты спокойно смотришь ей вслед, хотя…
Совсем недавно она была для тебя, точно как песня, чего-то ждущих, сумерек, светила… так необычно и красиво окрашивающая в лунную тишину, открывающую слишком много темных всадников, гонящих тебя от привычного солнца… глаз брата. Он никогда не знал, что такое встретить чужые снежинки, и теперь тоскливо оглядывается на озера глубины…
Но что она дает, лишь приманивая стуком часов и дивным голосом феи снов? Чье-то тревожное биение сердца подсказывает, что их мир – туман, в котором всякое живет – и монстры скорости и насмешливо улыбающиеся маски, только на первый взгляд протягивающие всем стекло, немного окрашенное недолговечной звездочкой; а потом…
Все это расстает и останется пустота, наверное, такая же черная, как и щиты всадников. Они безразлично уводят брата в темные леса, почему-то притягивающие и… отпугивающие скукой.
Странно, но ее цокот копыт тоже разносится ветром, огня перевернутых лестниц и пирамид, по которым легко катиться и тяжело подниматься, чтобы расстаться с…
Ночью и встретить день, веселым щебетом птиц прилетающим в листьях. Почему же ты боишься взглянуть в них, подобно брату? Видишь, как закрываются и одновременно открываются самые темные цветы, аромат которых так отпугивает облачка, теплой радости, еще не проснувшейся, но уже потягивающиейся крылышками бабочки света и алмазного ручейка… Но ты еще не привык к ним, боялся их, живительных стуков в отдаленные двери, как-то они искажались, через занавес покоя…
Но где он, когда брата нет? Нет и малого отголоска того, что… все было: и веселые прогулки, и обучение и мечты под звездами… Ты смотришь на них, вдаль и не знаешь, где позвать пыль; никогда не кажущуюся приятной и полезной, но сейчас…
В ее глубину стоило заглянуть, чтобы только оглянуться вокруг. Это несложно и дивно – впервые открываешь глаза и понимаешь, что не стоит завидовать птицам: их крылья слишком видны…
Ты же имеешь совсем другое умение - летать и не ошибиться в пути, в направлении. Странно звучит, но направление – маленький круг. Раньше он казался скучным и утомляющим, все мистически зазывающим в прозрачный рой роз… Но именно в нем, маленьком круге, они сияют голубыми искрами, успокаивающего душу, родного моря; на дне которого… черная жемчужина.
Теперь ты вовсе не боишься ее – ведь она укрепляет, бесконечно скрывает в себе новые, полезные тайны, а за терпение награждает теплыи бриллиантиками радуги, отклика… чего-то волшебного и маленького, такого трогательного, теплого; того, что оттеняется светлым-светлым океаном с маленькими закатами слез…
Что это было за диво, как-то упоительно, откливнувшееся на блуждающие эхо твоего сознания? И куда подевался тот мираж, плный темно-зеленых сов, с черными огнями глаз; летучими мышами, светящихся мутно-желтым, туманом колоколов; где оно теперь – все это пугающее и закрывающее, резко и иллюзорно, круг?
В… листиках рассвета, где ты, словно одергиваешься от дивного видения, и… все еще видишь его: мистический мирок черной жемчужины, сразу двух сказочных океанов – упоительно и щемяще-согревающе подумать, что все это не далекие, темно-синие, пески пустынь, это… в тебе и вне тебя!
Что же это?.... Оклик сладкого чувства разделения целого, огромного мира, с кем-то близким, рассеивает туман: все звезды загадочно отражают тайну, бездонной черной жемчужинки и двух океанов во… взгляде твоего брата. Он смеется и зовет тебя в далекий, а находящийся близко, дом; где нет места черным стражникам и ужасам, миража тьмы.
Все это, благовейно и живительно, рядом с тобой, в твоем сердце… брата, наблюдающего диво – маленькую луну и звездочки, цветы тумана и капли дождя, радуги, тайный блеск травы… солнца!
Ты видишь… чувствами и понимаешь, что это не странно, не предвещает стук черных капель… цокота копыт, зловещих всадников; не сон глубины, не загадки темноты; а лишь рождает такие… незабываемые, сказочные, шуршащие алмазными голосами, нимф, отражения голоса и взгляда… брата – тихо прилетающие листья рассвета…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 9 октября 2011 — 00:34
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





За...клипом Подмигивание

Слово „клип” у меня ассоциировалось исключительно с легким, ни к чему не обязывающим видеороликом. До тех пор, пока я не задала себе вопрос: „А что, собственно, такое – клип? И почему он пользуется такой популярностью на телевидении?”…
Полагаю, далее изложенная информация будет интересна поклонникам музыки и исполнителей, клипы которых я буду анализировать.
Но считаю, что мои мысли пригодятся и тем, кто хочет научиться понять символику вроде бы обычных вещей на экране.
…Итак, немного удивилась, когда я заглянула в словарь: «clip» - «съемка», «запись». После этого услышала более точную трактовку: «Клип – исполнение песни, сопровождаемое различными эффектами». Признаюсь, это меня немного омрачило, ведь согласно такому толкованию, чтобы снять музыкальное видео, надо лишь постоять у микрофона, быть может, немного радуя зрителей декорациями. И будет море внимательно смотрящих такой клип.
«Внимательно смотрящий», кажется, так переводиться псевдоним одного из исполнителей (Gazebo), который сохранил классику съемки видеоклипов. Я думаю, это объясняется тем, что Поль Мазоллини (настоящее имя этого исполнителя), крайне часто в качестве клипов предоставляет зрителям на суд свои концертные выступления. Если вас заинтересовали мои факты, посмотрите выступления Gazebo, не пожалеете.
Потому как, к примеру, на одном из своих выступлений, сеньор Мазоллини исполняет песню, переодевшись горбатым и жутковатым стариком – скрипачом, и лишь к концу песни скинул с себя плащ и маску, «помолодел».
Мною такое перевоплощение было воспринято, как философское утверждение, что есть место возрождению и облегчению мукам. Ну, еще это можно рассмотреть, как призыв внимательнее относиться к людям, ведь часто именно ненависть и глупая боязнь других людей заставляют личность закрывать свою душу от мира, прятаться, скитаться. А ведь за не весьма приятной внешностью может скрываться прекрасная душа.
Видео о душе – дело чести также и другого музыканта. Многие любители французской музыки называют эту певицу «парижской Мадонной». Речь идет о Милен Фармер. Ее клипы отличаются красочностью, интересностью сюжетов. Сюжеты – это как раз и «конек» Милен, в своем видео она может поместить целую сказку, не жалея на это ни времени, ни расходов. Ее сказки трагичны и романтичны, так как это – не просто байки или оформление музыки. Это – психология!
Мне особенно запомнился клип на песню «Sans contrefason». По сюжету этого видеоролика, кукольника вместе с его любимой куклой выгоняют из цирка. Он вынужден бродить, пока не находит приют в другом цирке, правда за это он продал куклу. Впоследствии кукла оживает, оказавшись в руках доброй хозяйки. Кукольник пытается приручить назад свою куклу, но она презирает его. Кульминация – цирк уехал, кукольник остался. С безжизненной куклой на руках.
Этот клип отлично показал, я думаю, сущность людей – они за тарелку еды продадут самые яркие чудеса, испачкают самые светлые чувства. Видео Фармер натолкнуло меня также на мысль о человеческой неблагодарности: ведь хозяйка цирка и кукольника приютила, и куклу его пригрела, а тот оставил ее совсем одну, играя с ожившей марионеткой. Еще показалось, что клип учит не создавать себе иллюзий - кукла жила, пока ее хозяин верил, что она - ожившая кукла, а не человек. А стоило этой иллюзии исчезнуть, как исчезли все надежды на возращение той игрушки, которая могла говорить.
Так что, посмотреть видео Милен – такой же труд, как и прочесть хороший учебник по психологии, отличный шанс познать мир людей и эмоций. Однако, хочу предупредить: в клипах Милен часто присутствует насилие, жестокие моменты.
К сожалению, жестокие моменты и насилие…. Ровно, как и алкоголь, никотин в музыкальных видео – сегодня не редкость. И ладно еще, когда это имеет какую-то моральную окраску, мол: «так делать нехорошо»! Однако, зачастую, подобные сцены подаются, как нормальное и должное, сумбурно и прямолинейно. Немного даже возмущаешься и жалеешь, что нет той феерии и детской легкости.
Хотя, дайте подумать.… Вспомнились два клипа буквально детского характера: видео на песни «Barbie-girl» группы «Aqua» и «Life forever» ансамбля «Spice girls». Ностальгирующим по детству и беззаботности, эти ролики будут кстати.
В первом описывается видение жизни знаменитой любимицы девочек всех возрастов и стран – куклы Барби (причем, пока она занималась домашними делами, ее друг постоянно торопил поехать в путешествие).
Второй немного грустный: девочка залюбовалась маленькими феями и позволила им заточить себя в другую известную игрушку – кубик Рубика (оставив своего друга в полном одиночестве).
Что могу сказать по поводу смысла: я увидела в этих клипах призыв детей к тому, чтобы те ценили живое, а не обожали больше всего на свете забавы и игры. И кроме того, эти незамысловатые сказки научат малышей элементарным правилам вежливости. Покажут, что замечательно иметь друга, который будет предан.
На взрослые темы же могу отметить еще и видео-работы (как я от чего-то называю клипы) немецкой певицы C.C.Catch (Кеч). Хотя как мне показалось, видео у нее скорее развлекательного характера, чем носящего какие-то глубокие мысли и высокие призывы.
Однако, видеоклип на песню «Heaven and h*ll» меня все-таки натолкнуло на некоторые мысли. В сюжете этого ролика фигурировали пантера, паук, манекены.
Так вот, Кеч, по моему мнению, учит не поддаваться обману, не сжигать душу страстями и утехами и не уподобляться в бездействии статуям.
Но, как я поняла, клипы этой певицы не несут особой смысловой нагрузки. Ну, разве что еще видео-работа на мотивчик «Cause you are yang»: в ней я увидела шутливый призыв к шопингу.
Подобный призыв менять одежки, как перчатки я распознала и в видео на песню «Платья» Названия группы не запомнила, так как коллективов, подобные той, сейчас на эстраде (соответственно – на музыкальных каналах) – «пруд пруди»!
И к позору нашей современной эстрады, мне хотелось бы отметить, что в отличие от зарубежных артистов, у некоторых из них, тех многочисленных «нафабрикованных» «звезд» нет не то, что клипов – песен нормальных замечаю все меньше и меньше!
Я уже не говорю о психоделии, о морали. Но пусть хотя бы песня не будет набором слов! Щедро начиненным ненормативной лексикой.
Вот, может, из-за этого абсолютно не понимаю жанра «реп» (еще меньше понимаю иллюстрирующие этот жанр клипы).
А вообще…Понимать - не понимать, смотреть – не смотреть, искать смысл или нет…Все это дело вкуса, выбора и мнения.
Я только хотела поделиться своей новой формулировкой слова «клип»! Это – самовыражение и мировоззрение исполнителя, способ развлечь публику, дать пищу для размышлений, способ запомниться!
И на последок хочу посоветовать: обратите свое внимание на видео музыкантов прошлых эпох (с которых я начинала свой анализ). Там клипы со смыслом, мелодии покрасивее, слова посодержательнее.
А пользуется популярностью музыкальное видео, потому, что каждый найдет там что-то свое.
Я (как вы уже, наверное, догадались) более всего ценю в роликах смысл. Который всегда полезно и интересно поискать за сюжетом и деталями клипа.
А вы?



В чем урок Юрия Гагарина?

Думаю, нет такого человека, который не знал бы Юрия Алексеевича Гагарина – человека, который отважился полететь в Космос и прославить этим не только СССР, но и достижения гениальных умов человечества.
Однако полет Гагарина в Космос для многих так и остается загадочным, романтическим явлением, происходящим по принципу: «Стоит только захотеть». Мне кажется, именно поэтому следует полюбопытствовать и заглянуть в историю его знаменитого полета, чтобы осознать труд и вклад этого удивительного человека в историю Отечественной космонавтики.
Хотя, на первый взгляд, ничего необычного судьба Гагарину не предвещала: он родился 9 марта 1934 года в Смоленской области, учился в средней школе, затем поступил в ремесленное училище, которое закончил по специальности формовщик-литейщик.
Но, наверное, судьба отметила в Юрии любовь к небу и все же привела его в 1954 году в Саратовский аэроклуб. Эту дату можно считать началом будущего успеха Гагарина: мастерски научившись летать на самолете (сначала - на «Як-18», а затем – на военном «МиГ-15бис»), он, вероятно, решил, что способен покорить и звезды. С этой мыслью Юрий Алексеевич уезжает в Москву, где успешно зачисляется в группу кандидатов в космонавты, проходит длительную и напряженную подготовку.
Не менее бурной велась подготовка к реализации проекта СССР - к запуску «своего человека в Космос». Выбором космонавтов для полета руководил лично Королёв. Чтобы оповестить мир о результатах этого грандиозного события, были даже разработаны сигналы: «Трагическое», если Гагарин не вернётся живым, «Обращение к правительствам других стран», с просьбой помощи в поиске» на случай, если корабль приземлится на территории отдаленной страны или упадет на дно океана. Последний сигнал оказался пророческим: ««Успешное».
Действительно, старт корабля «Восток-1» был произведён в 09:07 12 апреля 1961 года по московскому времени с космодрома Байконур. Корабль произвел один оборот вокруг Земли, причем на секунду раньше, чем планировался полет. Из-за неполадок в технике, «Восток-1» приземлился вне назначенной области, где местная оборона встретила героя несколько враждебно. К счастью, военная сноровка выручила Юрия Гагарина в этой критической ситуации: он приземлился на землю не в спускаемом аппарате, а парашютным способом.
На месте посадки Гагарину была вручена его первая награда за полёт в космос — медаль «За освоение целинных земель», что являлось колоссальным почетом во времена СССР.
Казалось бы, события такого грандиозного успеха должны были быть сняты с первых секунд запуска корабля. Но, к сожалению, кинохроника сжатая и снималась она после полета. Этому есть объяснение: действующий режим секретности запрещал лицам с фотоаппаратами и кинокамерами, биноклями, зрительными трубами находиться ближе 6 километров от стартового комплекса.
Но, думаю, в этом нет потери для культуры и истории! А Гагарин – действительно историческая личность: Никита Хрущев лично позаботился о том, чтобы ему присвоили звание майора. Также он лично наградил Юрия Алексеевича Золотой звездой «Героя Советского Союза» и присвоил новое звание «Лётчик-космонавт СССР».
Неудивительно, что Гагарин завоевал огромную любовь народа: газеты тех времен отмечали даже бум в роддомах («многих младенцев назвали Юрами»)!
При этом несколько удивительно то, что сам Гагарин сохранил простоту характера и не возомнил себя «звездой». Человеком он был довольно скромным и во всем любил точность.
Вот почему журналистам было так неожиданно услышать от всенародного любимца следующие слова: «Среди своих родственников никаких князей и людей знатного рода не знаю и никогда о них не слышал!».
Вспоминая эти слова славного космонавта, его судьбу, труды и успех, будто начинаешь осознавать: Юрий Гагарин послужил своему народу не только знаменитостью, но и превосходным учителем.
Он доказал, что трудом и упорством можно достигнуть космических высот. Можно войти в историю и добиться расположения у руководителя государства.
Только при этом следует иметь мечту, верить в свои силы и не забывать, что ты – прежде всего человек, сильнее Космоса разумом и духом!
[


«Кайдашовые привычки» в современной жизни

Выражение «кайдашовая семья» в наши дни звучит как крылатое выражение. Оно означает семью, которая жить не может без ссор. Но не следует забывать, что «Кайдашовая семья» - произведение, написанное Иваном Нечуем – Левицким. Я думаю, это произведение важно для нас тем, что в нем мы можем увидеть привычки и проблемы своего общества на примере этой семьи. Но чтобы узнать, какие именно пороки общества высмеивает Нечуй – Левицкий, надо внимательно рассмотреть образы его героев и выяснить, какие их привычки остаются проблемой и на сегодняшний день.
Семья Омелька Кайдаша состояла из четырех членов: самого Кайдаша, его жены – Маруси, их детей – Карпа и Лаврина. С первого взгляда – самая обыкновенная украинская семья. Да вот только Маруся Кайдашиха служила в панской семье, набралась от панов гордости, привычки командовать другими, лени. Ее супруг, хотя прославился мастером на все село, был груб и напивался до чертей. Но, к счастью, сыновья их слушались и уважали, только ленились иногда помочь и Карп посмеивался над отцом. А так – обеспеченная тихая семья.
Все изменилось, когда Карп женился на Мотре. Родители страшно обрадовались выбору сына, ведь Мотря была из багатой семьи и трудолюбивой. Заботливый Кайдаш начал думать о том, куда пристроить молодоженов, а Кайдашиха – о том, что пора ей отдыхать после многолетнего труда, пусть ей теперь невестка помогает. И взялась свекровь за воспитание Мотри: работа, работа и минимальная помощь со своей стороны. Самое обидное для молодой жены казалось то, что Кайдашиха ужасно придиралась к качеству работы. « Я то думала, что богачки все умеют. А тут я учу свою невестку потому, что она, мое серденько, ни сварить, ни спечь, ни вышить, ни прясть не может!...» - в первый же день жаловалась новоиспеченная свекровь, хотя невестка работала на всю семью! Не простила гордая Мотря Кайдашихе унижения и с тех пор мстила ей ссорами по любому поводу. Омелько тоже ругал своего сына за то, что его жена принесла беду в хату.
« Лаврин, утри нос своей жене!...» - с такими словами была усажена за тяжелую работу и тихая Мелашка. Не ладилось у бедняжки и с Мотрей: дошло до того, что она поклялась накормить Мелашку муссором. Та убежала, но от судьбы жить с Лаврином и терпеть его семью не убежишь…
…И вот ссоры родителей с детьми, невесток со свекровью, сыновей с женами. А из – за чего? Из –за общего огорода, петуха, яиц, коня, груши. И все потому, что слишком разные члены Кайдашовой семьи общий язык так и не находили долгое время…
…. Время шло, привычки остались! И сейчас часто ссорятся по вине жадности, ненависти к самым близким, сваливают всю работу на родных, а в неудачах винят всех, только не себя. И сейчас «бублики» кидают «собакам», панскую напыщенность ценят и боготворят. И, конечно, нередко за собственные интересы готовы убить мать, побить отца. Но нельзя ведь сказать, что в той же Кайдашовой семье все плохие, все только и знают, что обидеть тихих и послушных, а пытающихся защитить свои права – загнать в могилу! И Кайдашихе не принесли невестки слепую злобу на них. И не стремился Кайдаш напиваться, чтобы потом всех бить и ломать свою хату. И не разлюбили Лаврин и Карпо своих жен, не стали к ним жестоки! Просто невестки – новые испытания для семьи, повод показать свой характер, свои привычки. Да, к несчастью, и во времена Кайдашовой семьи, и в современной жизни душу человека часто не видели, видели в нем рабочую силу, новую обузу, а хата или «груша» могут стать яблоком раздора. Как ни печально, в условиях несправедливости сильный обижает слабого, и чтобы не потерять власть, свое положение приходится быть эгоистичным, грубым и закрытым сердцем для самых родных людей. Это страшно и потому я считаю, своим произведением Иван Нечуй – Левицкий осуждает духовный распад семьи в тех условиях, когда люди называют тебя «проклятым» и «бесовским». Поэтому я увидела главную привычку украинского народа, Кайдашовой семьи, которая господствуют и в современной жизни – закрыться от мира за своими конфликтами из-за пустяков и ждать, пока «горб», на котором ты едешь, роскопают другие. А «глаза раскрывать» после дурмана, выпивки.
По моему мнению, Нечуй – Левицкий призывает нас избавляться от таких привычек, чтобы мы не боялись открыть дверь отцу, чтобы не доводили до слез мать. Чтоб мы не выцарапывали друг другу глаза и чтоб никто нас не спросил, как в Кайдашовой семье: «Ты человек, или зверь?»

(Отредактировано автором: 9 октября 2011 — 00:41)

-----
присматриваюсь к этому миру...))

top
gaze
> 9 октября 2011 — 18:58
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Путь к Пушкину Закатив глазки

Наверное, нет такого человека, который не знал бы великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина и его замечательные стихотворения. Каждое произведение Пушкина глубоко врезается в души и в сердца всех, кто понимает и ценит мысли этого гениального поэта! Недаром он стал для многих одним из самых любимых!...
…Но я уверена, ни один поэт или писатель не становится сразу «любимым». Этому предшествует долгий путь увлечения творчеством этого писателя или поэта, осознание смысла его произведений, накопление эмоций от прочитанного…
Путь познания творчества таких выдающихся поэтов, как Пушкин, наиболее длинен и интересен! Он таит в себе много неожиданностей, приятных сюрпризов…
…Думаю, многие любили в далеком детстве слушать сказки, с которых незаметно начиналось познание этого мира и жизненной мудрости. Вот и путь к Пушкину начинается с замечательных сказок. Все знают его волшебные «Сказку о золотом петушке», «Сказку о рыбаке и рыбке», «Сказку о мертвой царевне и семи богатырях»… Каждая из них овеяна своим неповторимым ореолом чудес и радужной тематикой.
…Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит;
Там на неведомых дорожках
Следы невиданных зверей;
Избушка там на курьих ножках
Стоит без окон и дверей;
Там лес и дол видений полны…
Благодаря таким сказкам, где добро побеждает зло, малыши начинают понимать, что «хорошо», а что «плохо». И, конечно, наполняют свою жизнь незабываемой простотой детства и волшебства, временно отталкивая от себя пока ненужные проблемы…
…Но, к сожалению, дети вырастают и перед ними встает суровая несправедливость жизни. Рождается вопрос: «А почему все так несправедливо?…». Те, кто жаждет ответа на этот вопрос или нуждается в поддержке, открывают новую страницу пути познания творчества великого поэта. Ведь всю свою жизнь Пушкин осуждал жестокость помещиков, деспотизм царя, смело призывал бороться с несправедливостью. Многих поэт заставил задуматься, что если «посвятить Отчизне души прекрасные порывы», встать на борьбу, добиваться свободы и справедливости, то «на обломках самовластья напишут наши имена»…
…А некоторых всю жизнь мучают вопросы: «Откуда мы? Куда держим свой путь? Что ждет нас на Том Свете?...» Рассуждения самого поэта на подобные темы четко видно на другой ступени пути к его познанию. Строки из стихотворения: «Нет, весь я не умру, душа в заветной лире!...» говорят, на мой взгляд, что Пушкин разбирается в философии. Да и не только в философии! «Гаврилиада», «Пророк», «Как с древа сорвался предатель ученик» показывают нам, что поэт знает библейские притчи и историю. Поэтому может поучить и предупредить, чтобы мы не совершали таких ошибок, какие делали герои Библии.
…Но обычно над смыслом бытия и религиозными темами задумываются уже в более преклонном возрасте. А молодость, по замечанию многих классиков,- пора свежести, желаний и любви. Поэтому можно не удивляться тому, что и Пушкина в свое время увлекала «наука страсти нежной». Она представляет нам совершенно своеобразную сторону пути лирики поэта. В творчестве поэта, можно сказать, существует цикл «любовной лирики». Любовь в этой лирике показана как чувство, открывающее новые горизонты и делающее душе бесконечную яркую оправу, заставляющее сомневаться, страдать! Конечно, какая любовная лирика обойдется без романа? И у Пушкина есть роман - весьма удивительный (в стихах), с завораживающим сюжетом и глубокой моралью. Это хорошо известный всем «Евгений Онегин» - вершина творчества Пушкина.
…Но как известен «Евгений Онегин», так известны многим нравоучения, дающиеся в школе на уроках: берегите природу, не сорите, природа красива, не портьте эту красоту!... А чтобы понять это, не обязательно ходить на занятия! Просто откройте произведения Пушкина: во многих из них вы увидите сказочный мир пушкинской природы. Да, поэт научит лучше любого педагога: природа «зеленых морских краев», пор года – «унылой» осени,
…Унылая пора! Очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса –
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и золото одетые леса…
да и всего «подлунного мира» красива и неповторима! Умелые пейзажи Пушкина могут навеять ностальгию по родным землям, могут восхитить своей волшебной палитрой и свежестью, могут погрузить в раздумья: как сохранить это волшебство, разбудить желание жить в ладу с природой и воспитать в себе любовь к живому, чистому и прекрасному!...
…А самое удивительное в путешествии по книгам Пушкина то, что всегда с изумлением замечаешь, что их герой – сам поэт! Всегда встретишь в произведениях его точку зрения относительно любой проблемы, увидишь его вкусы, найдешь биографические моменты. Самое приятное – эти вещи подаются в непринужденно – живой, легкой форме (чаще всего – это монолог поэта в лирических отступлениях, диалог с читателем). Все – таки немного неожиданно, но увлекательно, когда читаешь произведение, вдумываешься в смысл и вдруг понимаешь, что автор осуждает взгляды общества да и само общество в целом. Cогласитесь, более интересно читать! И особенно интересно, когда автор щедро начиняет свою беседу с читателем шутками, знанием фольклора, быта и обычаев той или иной эпохи, не стесняется показать свои гастрономические пристрастия или вкусы туалета, спорит с другими мнениями насчет той же «бутылки Бордо»,
…И я Бордо благоразумный
Уж ныне предпочел ему.
К Аи я больше не способен;
Аи любовнице подобен
Блестящей, ветреной, живой,
И своенравной, и пустой.
Но ты, Бордо, подобен другу…
советует и делится секретами!
…Секрет успеха Пушкина как «солнца русской поэзии», по – моему, заключается в разностороннем кругозоре поэта. Впрочем, Пушкин ведь не только поэт! Он и замечательный прозаик и драматург. Пушкинская проза и драма нисколько не уступают его лирике. Многие рассказы, хоть и с позаимствованным сюжетом, не менее интересны, чем оригинальные истории…
И все же, говоря о творческом пути Пушкина, хочется пожелать, чтобы познание его творчества не ограничивалось школьной программой или прочтением лишь нескольких всем известных стихотворений! Думаю, истинные ценители пушкинской лирики поняли, что и в малознакомых стихотворениях этого великого поэта есть своя яркость и гениальность и что путь к познанию его творчества необычайно интересен и ценен каждому, кто на него ступил.
Впрочем, этот путь бесконечен!... Так что находите новые тайны и яркие моменты в творчестве Александра Сергеевича Пушкина!...

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 9 октября 2011 — 20:07
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Дуновения луны…. А чё я? Я ничё!



…Однажды какие-то маленькие, темные искорки обернулись и тихонько вздрогнули, словно не ожидая попасть в их поток.
Ты смотришь и узнаешь – все это словно твое зеркало, только светящееся туманным ветром и беспрестанно бродящее среди холодных листиков… замка.
Все, вроде бы, привычно для него и тебя – красивые ночные сады и башни, искрящееся озеро подо рвом, только что-то бесследно уходит и прячет напуганные глазки маленького создания… и не сна, и не суеты, и не тоски, и не безудержного, утомляющего веселья….
Нечто маленького, и трогательно-беззащитного. Посмотреть в его кругленькие, дрожащие глазки – разве это было страшным? Ты теперь понимаешь, что оно – и не летает в стране облаков, и не плывет по течению глубины, оно спешит за улетающими листьями…
Но цокот копыт, стук дверей и звон колоколов, гул шагов – все это далеко от… маленького дива, вовсе не пугающего тебя развевающимся платьицем с капюшоном. Когда-то его мирок заката, грез ценили и оно не чувствовало себя чужим всему, что вообще было, есть и будет…
Века казались ему только тихим шелестом капель в таинственном гроте эха и темного леса; в сказке которого нечего было бояться – летали светлячки – его друзья и напоминали о себе отголоски стеклянной гитары, сумерек… А миг летел; и что-то безнадежно ушло от его проницательно-доверчивого взгляда. Оно, нечто маленькое и такое щемяще старательное, неумевшее противостоять ярко-алой паутине безразличного шума, все надеялось на то, что его друзья вернутся…
Да только след их и ныне мистически отражен и… высыхает в зеркале дождя, темных звезд. Они беспечно улыбаются сотням, готовых закрыть глаза, ради увлекательной карусели, зловеще меняющей краски, радуги; не замечая, что… кто-то маленький и бледно-прозрачный – крохотный комочек, пусть и непривычного, но тоже стремящегося быть и радовать, мира, встревожено бродит, ищет, шелестит под звон тумана и шаги дождя…
Оно осторожно смотрит и на тебя, приподнимая забавные глазки из-за паутины и высокой лестницы; его взгляд словно спрашивает: «А что там, в ступеньках между луной и озером?». Что ты можешь ему сказать, чем утешить его маленький и робкий взгляд, блуждающий между стенами, в поиске ночных светлячков? Неожиданно осознаешь, что тебе грустно – дождь – упавшие звездочки в его глазах, а они… преданно остаются с тобой, и ведь какой-то отблеск лунной бабочки словно украл все его мысли, что оно хотело рассказать тебе.
Это чудо – туман, тишина тьмы и… тихо думающее создание, не глубин, ни севера, ни дуновений сакуры, ни золотых алмазов пирамиды. Тебе жаль его; странно, но хочется быть с ним всегда, оно же… тихонько прячется в легкий ночной ветерок, незаметно и аккуратно… улыбнувшись тебе, среди глубоких искр, лже-тревоги и опасности, поиска; словно сказало: «Не гляди, что тут холод и тьма, это моя жизнь. Пусть она тебе кажется невзрачной, но… Лучше мне уже нигде не будет, как на этой, родной, лестнице, в этих стенах и глубинах замка, озера… Не удивляйся и не бойся этого! Просто поверь, ведь я гляжу сквозь века и прислушиваюсь к тишине… Мне пора искать своих друзей, но я… вернусь, не брошу тебя… ведь знаешь, мне не давно страшен, а приятен и живителен мой круг!...».
И дождь, кажется, неожиданно разлил тихиое море мистерии туманного сна лесного замка, рассеял твои сомнения и ложные разочарования, о мирке дива; оно тихонько унеслось листьями, звезд в странный шепот луны….


…Их свет пронизывает тебя мыслями о красоте и, так дивно танцующей цветами, тишине. Только обман ли это глаз, которые приятно ласкал… будто солнечный свет? Это было почти фантастически – среди незлобиво щекочущих, морозом туманов ночи увидеть…
Самый светлый в мире мирок, все еще наплоенный эхом, то ли щебетания птиц, то ли мелодии арфы, то ли глаз… маленького, животрепещущего солнышка, с заботой сохранившего столько блистающих качелей и беседок!
Что за дивный мир, располагающий к мыслям об… хоть это и странно, своем одиночестве и недолговечности минут! В то же время ты не слышишь, как-то недобро поднимающих глаза, змей разочарования – маленькое, хрупкое и… выжившее навсегда диво, таинственного мирка темного дождя, не могло врать – и его глаза переливаются чистыми ручейками… солнышка!
Под ним и сидел страж этого местечка, волшебного и неповторимого, тепла, который бывает, может, раз в жизни. Его почти бесшумные вздохи и шаги слышаться сквозь водопад, наверное, самых светлых в мире листьев и трав, кокетливо не пускающих тебя на звуки, сквозь причудливые картины деревьев и ковра цветов.
Их трель оттенялась в ласковом взгляде… простого и тихого дедушки, видимо, садовника, казалось, не желающим оглянуться на свою щемящую участь, тихонько подкрадывающуюся из уголков теней сада. Но ты не видишь на его лице капающих звездочек, что насмешливо заглушали колокола, в мире маленького дива. Это не странно, не дает подняться волку тоски, на охоту, ведь, скорее… Все это было просто волшебно!
Можно ли просить большего упоения, когда перед твоими глазами то, что сказочно просто и… является целой Вселенной; где ничто не лишне – ни количество тонких, легких облачков на, почти белом, небе, ни радостная игра солнца, ни, молчащий и, благодарно слушающий, смотрящий на сад, дедушка?
Как-то на твоем сердце тихонько стучится в двери неловкость перед ним – ты живешь, окруженный друзьями, увлечениями и удобством, а он – простой и тихий дедушка, скромно и… одиноко сидит в саду, за благоухающим океаном которого не видно даже ничьего дома! Он, немного смешной и милый, хозяин этого мирка, неожиданно вызывает в тебе чувство, похожее на то, что радостно пролилось в душе, при первом взгляде на маленькое диво, немного другого, ночного мира – дедушка, самый удивительный и единственный, обязан получить тепло от твоего голоса, помощи, присутствия…
И от этой мысли круг солнышка радостно усиливается, невесть откуда появившимися, голосками птиц, поразительным образом круживших возле тебя. И чудной хозяин мирка сада протянул тебе на память слова, незамысловатой записки: «Спасибо, что пришел и увидел все, что сейчас вокруг тебя!... Значит, оно жило не зря… И не жалей, что сад, такой светлый и красивый, один, иногда уходит под тень, его солнце еще откроется, пусть и отражением луны!...».
Внезапно, как во сне, над тобою пронеслись дивные искры, убаюкивающие, тихой и солнечно-светлой, мелодией, исчезающего в загадочных тенях, простого и ободряюще помахавшего тебе рукой дедушки; говорящего взглядом: «Мы еще встретимся!»; дивного, прекрасного сада, сверкающего… эхом луны…


…Так что внезапно остановило твои мысли и пробудило желание шагнуть в… полоску радуги, между разлившимися, темно-синими, листьями; и белыми бабочками - отголоском светлого-светлого сада?
И почему странным кажется, что маленькое диво и дедушка, паутины неонового блеска и темный лес – все это будто внутри тебя, все это освещается и дышит одним явлением?
Но его невидно за мутными, обезображивающими кривизною, стеклами догадок. Ты не знаешь, что делать с их наплывом, подобным снежинкам, взгляда летучей мыши…
Но и она не представляется кровожадной хозяйкой страхов. Их рой рассеивается и освещается! Только сейчас ты осознаешь, как замечательно – пройди сквозь мир ночи, вдохнуть свежестью света и, уже попав в мистерию странного круга, блеска и теней; снова встретить его!
Знания будущего, прошлого и настоящего переплетаются в букеты эха, и каждое из них куда-то зовет. Шаги теряются среди красных лестниц и блестящих асфальтом дорог, но… ты выбираешь узкую, скромную тропинку, ведущую в лес, в, нетронутый и прячущийся, мир деревьев. Странно, но полагаешь это лучшим действием – хочется найти, спросить маленькое ночное диво и тихого дедушку из светлого сада, узнать от них…
Тайну происходящего – тебя ничто, даже металлически-отсвечивающая радуга, с туманом из цветов и темными облачками листьев; не держит на пути к дому, привычным увлечениям и делам, даже пугает ее тихий гул часов и колоколов, подгоняющих успеть догнать…
Что-то, что не оставит твое сознание без живительных обдумываний всего прошедшего, что связывает мир ночи и сада солнца. Ты смотришь на зеркало, отражающее тебя через стихи и рисунки. Дивно, но узнаешь и качели местечка света, и замки возле искрящегося глубиной озера! Что же снова эхом звучит вдали и…внутри тебя?
Неужто это иллюзия, иногда сладкая и успокаивающая, одиночества? Или это груз обреченности перед огромной паутиной неона и… все не желающего оставлять твое тепло, леса? Где же иногда сохраняющая твои истинные чувства маска? Найдешь ли ты ее, ведь она… превратилась в мирки сада и замка маленького дива!
Нечто напоминает их внимательные глаза, веющие родной, вечной дружбой и мудрыми, открывшими столько нового и полезного; поддерживающими тебя, словами. Они ярко и приятно легли на… твое сердце!
Это ведь ты, иногда устающий, от серой сущности неона, и скучающий по феям леса, смотрел на луну и верил, что ее внимательные глаза хранят в себе твои надежды!
Они летят вдаль знакомыми серебряными листиками и жемчужинками дождя… Ты не веришь своему внутреннему голосу, в котором улавливаешь и себя и кругленькие глазки дива, и светлое эхо дедушки; мистерия этих сочетаний стучит в твоем сознании, задумчиво и приятно, словно говоря: «Все это будет с тобою, лишь живи и смотри!...».
И ты поднимаешь глаза, изумленно увидев того, кто привел тебя в незабываемый мир волшебной глубины и света, гармонии мыслей и отголосков ветра тумана, шелеста листьев сада – все это отражалось в твоих глазах, изредка убаюкивая дуновениями луны....

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 13 октября 2011 — 20:13
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Дождь эха… Смущение

…Проходит теперь во мне. Я даже не мог поверить всем вещам, что прошли мимо моих, теперь таких странных, глаз! Сколько удивительного они открыли в нем, простом дожде…
Началось, наверное, с того, что один раз меня посетил странный сон: будто моя мама, с какими-то чужими и недобрыми глазами, оторвала меня из мирка теплой постели, теплого солнышка и простых тихих дней, погрузила (невероятно странно это осознавать) туда, где я буду всегда находиться.
Я не могу сказать, что мне плохо и…темно, холодно – мне уже привычно все, все неожиданно представляет для меня интереснейшие пути, тайны. Лишь одна ускользает от моего сознания и, скорее, нужно сейчас вновь просто примоститься на мостике, посмотреть на, сияющую кругами тишины, подружку и… подумать, почему мама меня отправила сюда, даже не сказав ничего на дорогу, столь тернистую и жутковатую; почему папа, из простого и радостного кузнеца, вдруг ушел после этого в темный замок.
Я много раз наблюдал за ним (ведь очень скучал и жалел, что меня не так просто увидеть и позвать из, лабиринтов мирка, моей жизни; и папа, из-за этого, не может со мною поговорить, погулять, поиграть). Он торопливо вставал рано утром и, наскоро перекусив, что-то усердно говорил себе под нос – странно тренировал в себе усиление «ненависти к тому, кто лишил его сына».
Иногда мне даже страшно было смотреть, как папа принимается за свою работу: к нему приводили разных людей в цепях и с испуганными лицами (чаще даже тех, кто похож сложением на маму). Он угнетенно-жутко смеялся и говорил своим хозяевам, что ему не терпится этим людям «показать, где раки зимуют». И далее все было очень похоже на то, что мне приходилось проходить – круги ярко-красных и черных, зловещих вспышек, искаженные зеркала и лязг, и эхо, дрожь, мучительная радость, скрывающая, на самом деле, тоску по дождю…
Я знаю, что только этот причудливый театр шепчущих капель видит как, с наступлением темноты, по окончанию рабочего дня, папа приходил угнетенный домой, снимал с себя странные черные одеяния и закрывал руками, рано, неестественно постаревшее, лицо; словно не веря, что он вынужден это делать. Ведь ему отвратительны губящие молнии, они безвозвратно обеднили его жизнь, наверное, каким-то печальным образом коснувшись меня.
И я снова видел, сквозь стекло своего мирка, как папа не находил себе места, от сетей полного одиночества (как только я очнулся там, где буду находиться всегда, маму он выгнал из дома). Чувствуется внутри меня согревающий и … грустный огонек – папа помнит меня и хочет пусть лишь снова увидеть мои, немного прозрачно изменившиеся, глаза.
А я… все находился и смотрел в свой темный мирок с мерцающими листочками и тоже хотел навестить его – просто утешить, поговорить, обнять его (того, кто роднее мне всех). И картины дождя на стекле, словно гордо-равнодушно, бросали мне: «Ты не имеешь шагов к папе»… Но все же оказалось прекрасным, что некий голос открыл мне двери к папе; только ценой щемящего мига, так стремительно двигающегося к вынужденному уходу. Он означает для меня ничего, как впрочем и звон колокольчиков тумана…
А вот для папы это означало «низкую неблагодарность по отношению к единственному и невинно-пропавшему сыну»; но… он не мог больше работать в круге красных страхов грязи; внезапно почувствовал, что я его зову, его тело само потихоньку подносится…ко мне!
Признаться, мне страшно было бы увидеть собственное, пусть и чинное, не мучительное, появление там, где буду находиться всегда; в лице папы, для которого я слишком много значил. И что-то светло подсказывало ему путь облегчения: оно таилось за высокими дверями и радужными окнами. Они принадлежали убежищу целительницы – маленькой девушки, простой и милой, наверное, как мама.
Она с радостью поделилась с папой рецептами от боли и вдруг заметила, что взгляд его, почти неисцелимо, грустен. Я будто слышал, как она спросила: «Что вам не дает покоя? Может, в моих силах облегчить причину этих страданий?».
И папа, упав на колени, словно под тяжестью осколков красно-черной, душной пыли, без тайн поведал о том, как мама отправила меня туда, где я буду находиться всегда, а он пока не попадет; и в этом причина того, что он «идет против себя, своей природы, вынужденно вешая себе столько холодных камней на душу». Целительница ответила, что может помочь увидеться со мною, но… это «преступно, ее казнят за такую помощь, из страха власти и людей заглянуть в неизбежное».
Все, что она могла посоветовать: уволиться с «такой ужасной, съедающей изнутри, работы, не губить свое здоровье, не отчаиваться». Так папа вынужден был покинуть высокие ступени ее убежища и вернуться к низкой, треснутой двери нашего дома; еще больше тоскуя, что не видеть ему ни меня, ни единственной, дивной и простой души целительницы, которая его утешила.
Мне были понятны его чувства – он вынужден был ненавидеть всех, подобных маме, предавшей его; а глубине сердца ему было трудно признаться в слабости, перед тьмой одиночества, в ледяную клетку которой он так не хотел запираться. Я со снисходительной улыбкой много раз замечал, как папа, с того мистического случая разочарований и… надежды, ходил к целительнице и лишь рядом с ней успокаивался, забывал все оскорбления и безразличие хозяином, вынужденную бешенность работы.
Но что она могла сделать? Только поговорить с ним о разных чудесах, которые, порою, только мне приходиться видеть – о тишине и сказке гармонии; подарить вышитые своими руками картинки, скромно угостить хлебом и водой.
Мне представляется и почти слышится, как она до сих пор удивлена, что папа, хоть и работая в черно-красных паутинах кошмара, тонкий, порою меланхоличный, но добрый и преданный.
Все это, наверно, выражалось в… стуке дождя дней, скрытно становящимися для папы мучением, от разлуки со мною и целительницей. А работа снова приковала его к, порою белеющему, лязгу и эхам, суля голод и прозябание при невыполнении, но… он совсем не хотел смотреть на свои инструменты, которые недавно брал, играясь; не оборачивался на тусклое золото за выполненные обязанности, его охватила грусть и… тревога: целительница, видимо, прочитав его мечты, пообещала: «Я помогу! Ждите своего сына, он снова будет с вами...» и исчезла!
Папа, бросив все дела, кинулся искать ее, с ужасом не обнаружив ни в убежище, ни на улице, не зная, кого спросить о ней. А я видел, куда она пропала: другие, похожие черным одеянием на папу, люди схватили ее, возле маленького окошка в мой мир, и привели ее в грот; четко помню, что он был страшный именно непонятной перекладиной с, прикрепленным к ней, столбом, устремляющимся к, черным от тьмы, лестницам камней, поблескивающих красным.
Четко помню и зияющее над головой серое небо, еще минуту бывшее светлым (вместе с людьми в черных одеяниях в грот вошел самодовольный старичок в мантии, перебирающий золото и… вызвавший проливной дождь)! Я все это видел – и то, как люди привязали, крепко и удушающе, цепями целительницу к столбу перекладины, и то, как они ушли, безразлично скрывшись за занавесом ливня; ведь я… был в руках этой простой и бесстрашной девушки, держащей меня повыше от страшно-быстро набегающих дождевых вод.
Я помню ее тихое лицо, говорящее мне, что мне «не надо пугаться, ведь папа обязательно придет и заберет домой». Мне было радостно от этих слов, но… стыдно, ведь я мог увидеть себя, причем жутко исчезающего в холодных глубинах мутного дождевого океана и не имеющего возможности выплыть из него к солнцу; или упавшим в острые, скользкие и холодные бездны камней!
Это ведь был не я, и не мама, это был простая и неповторимая целительница, спокойно смотрящая на слепые тучи! Они ведь не могли идти мимо, уводить ее туда, где я всегда буду находиться – целительница должна была еще радоваться солнышку и утешать папу! Все эти мысли и набивающая вода вынудили меня, без всякого стеснения, пискнуть во все, странно изменившееся, горло и забрыкаться в ее теплых, ласковых руках.
Но, наверное, не зря я это сделал: на дивный шум прибежал… папа, не желающий видеть своим глазам. Он шокировано смотрел на собственную жестокость, как-то ранее не замечаемую, за чувствами. Но еще я до сих пор не знаю, как толковать его взгляд, направленный на меня – папа словно испугался и… обрадовался, благовейно окунулся в то тепло, которое ждал многие годы.
Они остановили свой, такой должный был быть жутким, ход; с лязгом срываемых папой с целительницы цепей и их глухим бульканьем в бездне. Они также огласились ором подбежавших хозяев и людей в черных одеяниях. Но я до сих пор радостно помню, как папа загородил собой спасенную девушку и смело сказал, что «увольняется, и никто не посмеет его остановить».
В тот момент мне было очень интересно посмотреть на их лица. Сейчас могу сказать, что скорее, разочарован: люди в черном, едва завидев меня, побелели, словно передразнивая меня и подлизываясь одновременно, а потом опрометью кинулись врассыпную.
Но это было не важно, ведь я… все еще дивно гляжу (и всегда буду смотреть) на мир, засиявший светлым, теплым солнцем, который мне подарили папа, целительница и дождь эха чего-то, дивного и преодолевающего круги, лепестками лунного цветка…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 14 октября 2011 — 00:41
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Замок в лесу… А чё я? Я ничё!

Стучит в твое окно моими тихими шагами.
Я знаю, что сначала мой лес покажется полной разочарованностью и надоедающей шеренгой из деревьев, совершенно тусклых и черновато-неврзрачных.
Жаль, но я не считаю вредом исподтишка облить тебя дождем или оставить на пути в лесу пару коряг.
Поверь, я - твой друг, просто… надо разглядеть меня, сквозь ароматные, и клонящие этим в сон, листья лестниц моего замка. Не сворачивай с пути – он дивный ночью, а она неповторима.
Кто знает, может, именно в моем лесу зацветет зеленые крылья, лунной птицы или тебе встретиться мой старый друг и помощник – леший...
Не думай, что он страшный и злой. Я лично воспитываю его быть приветливым лакеем в моем лесном замке, чтобы он не запирал его сокровища для нуждающихся.
Ты скажешь, что нет сокровищ в тихом лесу – но что это я послал ласково потрепать твой мирок мыслей? Розочку необычную, воздушную… Не ты ли всегда говоришь, что она бесполезна? Но твои дела все успешно идут к солнышку благодаря… движению ее лепестков!
А что же капельки моих собственных рассуждений? Наверное, они мало кому понятны и интересны; и только тебе будет полезен их тихий гул.
Он пронесется незаметно, может, когда ты пройдешь искристыми лесами синевы или радужными водопадами. Неважно, где находиться – мои звездочки всегда укажут тебе путь… в мой лес.
Не задумываешься, что рано ли поздно только он откроет тебе удивительным жемчужных бабочек, среди туч, что придадут силу и совсем незаметно… кинут отголосок моего эха.
Не забывай меня – я твой преданный и добрый друг. Мое имя всегда откликнется на твой взгляд, ждущий чудных светлячков, моего леса…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 15 октября 2011 — 21:14
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Листья теней… Смущение

Никогда еще не сияли таким жутким оттенком. Я их не боюсь, но… все возвращаюсь и не могу понять, почему меня зовет старый замок среди леса, с лестницей, будто исходящей из луны!
Наверное, все потому, что это… оказалось правдой, шокирующей и мрачной. Когда-то я прочитала книгу о человеке-невидимке и не верила, что в будущем столкнусь с «его глазами, тщательно скрываемые за туманно-черной маской, за которой всегда вьется рой листьев теней».
Конечно, вначале я просто посмеялась над сказочно выглядящей легендой о нем, изложенной в старомодной книге, просто продолжала шить (ведь работаю швеей при дворе). Времени было мало и нервы сами собою напрягались – мой мастер все не спешил появиться в назначенное время, а без него я мало что могла сделать).
Но, спустя время, наконец он явился с… малознакомыми типами, с усилием ставящих посередине мастерской… дивную куколку размером с человека, одетую под стать нашей королеве!
Ее красота казалась мне подозрительной и почему-то мыслями возвращала именно к истории о человеке-невидимке, как-то вводящую в оцепенение. Разумеется, мой мастер знал, как быстренько меня из него вывести.
«Что стоишь, рот раскрывши?! – напыжился он, беря деревянную лестницу и приближаясь к загадочной куколке, - Манекена не видела?... Лучше подержи лестницу, а я сниму мерки с ее дивного платья…».
Он, как ни в чем ни бывало, залез на лестницу, потянулся к блестящему шелку платья куколки и… О, ужас! Мастер словно попытался измерить пустоту и немилосердно грянулся на твердый пол. Видимо что-то сильно ударив или сломав, он принялся орать и охать, словно его кололи раскаленным копьем. А я от растерянности не могла двинуться с места.
«Негодная девчонка! – кричал мне с пола ползающий мастер, - не видишь, что ли, что мне плохо?!... Беги сейчас же за аптекарем, иначе вышвырну на улицу!...»
Понятное дело, исполнение этой угрозы было действительно нежелательным, и я мигом кинулась к аптекарю. Как назло, его не было дома и… мои мистические открытия словно не желали заканчиваться. Дело в том, что, подойдя к дому аптекаря, мне на глаза бросился дивно-красивый фонтан, вокруг которого ревели его дети.
«Пить, пить!» - только и пищали они, подставляя кружки к фонтану, который… не утолял их жажду! Что за диво? Я сама подошла к нему и зачерпнула кружкой воду. Но ее не было – струя раздвинулась и сомкнулась, не оставляя в кружке ни капли.
Дети все вопили, вызывая мучительное желание помочь, жертвуя всем, что имеешь. Я повиновалась этому желанию и поделилась с ними водой из фляжки; мысль о необычности фонтана не оставляла покоя.
«Откуда у вас он?» - спросила я, неодобрительно поглядывая на него.
«Когда папы не было дома, - стали рассказывать хозяйские дети, - по городу скиталась ходящая звездочка, блестевшая из тумана темных листьев. Она нас очень испугала, и мы стали звать взрослых. Звездочка как-то зловеще тогда задрожала и исчезла, а сама оставила фонтан…».
Я не могла верить собственным ушам, в голову все лезло хорошо запомнившееся описание человека-невидимки: «и блестит маска одной единственной звездочкой, ведь, когда плащ из листьев теней закрывает его, он невидим…». Еще то и дело всплывали крики, наверное, стонущего на всю Вселенную, мастера и пылающий дефицитом времени заказ.
Потому я оставила детям вдоволь воды и, взяв у них повязки, мази, побежала назад, к мастеру. Где наткнулась на его пронзительный ор: «Где ты была, негодница?!... Я думал, что умру, пока ты дойдешь!... Где тебя носило?».
Я без стеснения рассказала ему о странных вещах, жертвой которых стал не только он, но и аптекарские дети. Мастер рассердился и выгнал меня, бросив на прощанье, что справится сам и не намерен больше делить заработанные гроши с «ротозейкой, падкой на всякие сказки»…
Сказки ли это? Темнеющая от сумерек дорога в лес убаюкивала и, в то же время, уверяла, что это не фантазия, не сон! По пути я чуть не обомлела от страха: на дороге к лесу мне встретилась женщина, имеющая прозрачные волосы! То есть она надевала шляпку, а та не держалась на голове, проваливалась к глазам и закрывала полностью обзор.
Признаться, было жутко это наблюдать и… стало внезапно радостно от того, что мотивы книги толкнули меня в лес, и именно тогда я встретила эту несчастную: если бы я не подбежала и не развернула ее, она бы упала в острый овраг!
Так что же это было? Чья это непонятная и причинившая столько страданий задумка – делать простые вещи прозрачными? «Скорее это… «ходящая звездочка», укромно и таинственно укрывшаяся в лесу.
Я уже издали видела его дом, сквозь который просвечивалась луна и все-все, такое странное и… блестящее призрачным отблеском. Где я его видела? Кажется и в невидимых волосах женщины, и в фонтане, и в куколке…
Отблеск исходил и от укромной норы, откуда доносились тихие стоны и всхлипывания. Поскольку нора была задвинута страшноватыми и немного шевелящимися корягами, то отодвинуть ее мне пришлось с усилиями и… смелостью: уж больно темно и призрачно светящееся было вокруг!
Но мои старания были вознаграждены: в норе был заточен маленький эльф в сюртучке и с большими-большими глазами, чем-то напоминающий мрачную куколку.
«Что произошло? – с простым любопытством само нахлынуло меня спросить, - Это ты в городе фонтан с шляпкой и куколкой оставил на муки другим?..»
«Я лишь эльф! – пискнул тот, бегая глазками и как-то странно торопясь уйти, - Меня заточил человек-невидимка, чтобы я не смог забрать у него свое облако-единорога!»
Вот как все складывается: облако-единорог, как рассказал мне освобожденный, имеет свойство все преображать в красивое или безобразное, яркое и искрящееся, но… на самом деле, невидимое, туманное!
Все это поразило меня и ввело в замешательство: зачем человеку-невидимке еще добиваться того, чтобы вещи, здания, мир стал таким же, как он; уж не имеет ли он глупость и эгоизм?
И как он вообще стал невидимкой? На эти вопросы эльф не соглашался отвечать, а только рассердился и, запустив в меня непонятными черно-белыми ленточками, победоносно засмеялся и исчез.
Мне пришлось некоторое время понимать, что происходит (слишком много мистики закружилось вокруг меня за один лишь день). А ничего особенного: я находилась в глубоком, прохладном, залитым луной, лесу, возле прозрачных ступень замка человека-невидимки; голова кружилась, и мучительно хотелось спать, не взирая на эхо близкой разгадки всех этих волшебных явлений. И все это уже подняло меня с влажной травы в звездочках, чтобы уйти, как вдруг…
Я почувствовала на себе чью-то, одетую в бархат, руку, резко и тяжело опустившуюся на плечо. Мне пришлось обернуться и… вздрогнуть, как никогда в жизни: рядом со мною на траве сидел юноша в темно-туманной маске (с переливающейся звездочкой посередине), в черных перчатках и плаще, да таком, что не понять, где ткань, а где… рой листьев теней, кружащийся возле него! Юноша внимательно глядел на меня и молчал.
«Мне страшно! - сказал вдруг он, о чем-то сосредоточенно думая, - Я осуществил свою мечту и вновь окунусь в то, что до сих пор непредсказуемо…».
Речь его была более, чем странной и… как-то наталкивающей на жалость, понимание. С другой стороны, могла ли идти о них речь, когда этот, загадочный и тихий тип в маске стал причиной стольких злоключений (и моих в том числе)?
«Какую? – спросила я, вспомнив беду мастера, аптекарских детей и женщины, чуть не убившейся в овраге, и гневно отодвинувшись от него, - лишить ног моего мастера, отправить в острые камни женщину из-за надвинутой на глаза шляпки и дать умереть от жажды детям?... Если это твоя мечта, то ты ее не исполнил, и я не дам тебе ее исполнить!»
«Нет, это не она! – поразительно невозмутимо и… грустно возразил юноша. – Я увидел, и увидел настоящее, но… мир ложного скоро вернется… Я больше не хочу к нему, забери меня!»
Я, признаться, была шокирована тем, что он так долго добивался чудес и теперь молит о том, чтобы его труды оставили его. Как неожиданно мой разум стал нашептывать: «Это он льстит, унижается, чтобы ты помогла ему избежать суда за все его преступления!... Не слушай его!».
Но… я не могла заставить себя не окунаться в дивный темный цвет его глаз, блеск звездочки на его маске, поток его тихих речей, гласящих: «Да, я отпущу на волю облако-единорога, я уже боюсь всех его даров, меня они сводят с ума!... Зачем только я раньше не мог понять?!...»
«Понять что?» - как под гипнозом спросила я, чувствуя невыносимую магическую паутину, так печально заковавшую моего собеседника.
«Это сложно сказать одним словом, видишь ли… Я ничего не вижу на самом деле! – чуть не шепотом произнес странный юноша, - И не видел еще давно, с детства… Но именно тогда мне пронзила сердце роковая мысль: «Эй, а ведь другие видят; другие будут смеяться над тем, что у меня нет этого счастья, и они…» О, как я мог такое подумать?!
«… Они должны хоть немного ощутить горечь среди своей сладостной, всевозможной жизни – пусть они хоть немного побудут в моей шкуре; и пусть они никогда не будут знать, что я есть!...».
С такими гложущими мыслями я принялся искать мага, что мог сделать красивым и невидимым любого, каждую вещь… Я разыскал эльфа и заставил его сделать для меня дом среди леса, в котором можно будет спрятаться в… облака, звезды и луну; плащ… из листьев теней и маску, которую ты видишь, чтобы никто не мог меня видеть!
Ему было плохо в неволе и он умолял отпустить меня… но во мне уже бушевал какой-то невидимый страшноватый зверек, ежесекундно вынуждающий меня забывать кормить и поить мага, гордиться своими возможностями… все накапливать красивые и... невидимые вещи для того, чтобы любоваться ими и на страдания всех, кто мог меня презирать!
Я все ощущал негу от своей силы и менялся неузнаваемо – стал жестоким, может, даже жадно пьющим из ядовитого озера, вокруг которого цветут нарциссы.
И вот тогда эльф затаил злобу: вначале он подозрительно затих, потом стал потакать моим капризам, после… как-то подошел и сказал: «Зачем Вам смотреть только на отголосок мира, который порою некрасив или больно скучен серостью?... Возьмите мое облако-единорога и сможете скучное делать фантастическим и прекрасным, а людей пугать монстрами, создаваемыми только по Вашему велению…
Я, не видящий ничего и за губительным шумом удовольствий и власти, согласился и… с тех пор меня мучили то кошмары, то являлись сказочные существа, лишающие рассудка своей красотой!
Все это в один прекрасный день вынудило меня приказать эльфу забрать свое облако-единорога назад, чтобы оно не мучило ни меня, ни других людей (я и так уже успел сожалеть о всех своих издевательствах над ними).
«Подарки не возвращают!» - лишь отрезал эльф и расхохотался, напустив еще безобразных и чудных видений.
Этого я не мог вынести и заколдовал его подарок скитаться по всем вещам, что отправлял когда-то к людям, чтобы он не смог вернуться к хозяину, а сам я мог отплатить хоть как-то эльфу за его обман.
Но ему было мало моих мучений: сначала он бесился и ревел, что «я украл его облако-единорога (донимая меня этим), а потом… прокрался одной ночью и занес надо мною кинжал.
И если бы не очередное дурное видение, подосланное им же, я бы не успел и почувствовать его замышляющееся черное дело.
В ту ночь я проснулся, заковал его в цепи и… мне стало страшно. Я словно потерялся, лишился сна и покоя, только и мог, что думать: «Вдруг, если я оставлю его жить, он опять надумает меня убить или окончательно лишит разума своими видениями и подарками?».
Эта мысль и приковала его к подвалам в норе, чтобы он понес голодное и холодное наказание за хитрое предательство…
А теперь ты освободила его и… тебе не надо верить, что он пойдет к себе в родное озеро или отправиться искать облако-единорога!
Нет, он вернется за мною, погубит и завладеет моей силой!... Это ужасная мысль, но она вот-вот станет реальностью!...»
Я все слушала, не могла открыть собственное сознание – оно то пряталось за чувством сострадания, то неконтролируемо взыграло отвращением, брезгливостью, некой жестокостью, которую я перепутала с затуманивающим эхом справедливости; и решительно встала.
«Ты сам виноват!» - воскликнула я и побежала прочь, стараясь больше окунаться в самовнушения о «подлом преступнике с сиреноподобной внешностью» и не слышать его голоса, проронившего с, однако, никогда не слышимым мною, таким искренним отчаянием: «Я виноват, но все исправлю… Не бросай меня, ты – единственное, что открыло мне путь в настоящую жизнь!»
А мои ноги все несли меня к ее увлечениям и привычным заботам: пробегая мимо деревьев к мелькающим огням города, я думала о том, что нужно, наконец, прийти домой и выспаться, чтобы с новыми силами начать искать работу; поладить с мастером и навестить женщину, пострадавшую от прозрачных волос, аптекарских детей; еще много чего надо…
Голова моя полностью готова была забыть все, что произошло, и проносить меня в жизнь так, словно ничего не бывало; лес закончился и стояли открытые дороги к мерцающим огонькам фонарей родной стороны.
Я собралась уже облегченно вздохнуть ночной воздух и пойти чинно домой, ко сну; как моего слуха коснулся пронзительный крик, до боли знакомый – то был голос… юноши в темно-туманной маске, так и не успевшего вздохнуть тот же воздух, что и я (настоящий).
Кроме этого, неприятно доносился хоровой дикий смех, грубые выкрики и писклявый торжествующий голосок, отчетливо произнесший: «Попался!...».
Мне сразу показалось, что я совершила непростительную ошибку, не послушав, должно быть, попавшего в ужасную беду, тихого и ничего мне не сделавшего плохого, юношу.
Что-то шепнуло: «Торопись! Он ведь просто был ослеплен своей властью, не знал, что дразнил рок, не хотел зла другим и тебе!... Спеши! Ему нужна помощь!».
Повинуясь этому таинственному, правдиво-ясному напутствию, с меня как рукой сняло сон и бросило в холодный пот. Я вскочила и, торопливо отыскав знакомую тропинку, побежала к прозрачному замку среди светлого от лунного света леса.
Но то, что я увидела, было подобным ужаснейшим тучам, что не пускали его, такого живительного, к моим глазам. И даже так я увидела (и чуть не потеряла сознание): замок был окружен толпой ревущих и дико смеющихся мужчин и женщин, над ними, на лохматой лапе ели, сидел эльф и подбадривал их, бешено и мучительно-весело играющих с… маленькой девушкой в черном платье, испуганно стремящейся выбраться из их кольца.
Это было отвратительно и… ничем не примечательным варварством, в которое бы я побоялась и побрезговала вмешаться, если бы не… рой листьев теней, исходящих от платья окруженной девушки, странно-знакомый блеск булавки и… ее крики, являющиеся отголосками страха того юноши в темно-туманной маске!
Я попыталась изо всех сил пройти сквозь бешенную толпу к нему, очевидно, поверженному на землю, но мне дико мешали люди – они визжали, лезли в драку, рычали и зловеще сверкали… крыльями дракона, совиными глазами, змеиными языками! А за этим с высоты с наслаждением наблюдал эльф, размахивающий от веселья обеими руками…
А в один момент все… пропало – зловещий и дикий ураган разогнала подоспевшая на мои крики полиция, эльф ловко соскочил с ели и, удаляясь в землю, прошипел: «Не надо было так шуметь, просто его маска, единственный раз, доставила радость другим!»; а прозрачный замок стал темным, обычным, настоящим.
Неведомый туман отступал, открывая глазам становящиеся настоящими фонтаны, куколки, платья, алмазы, игрушки… и что-то еще, ничком, неестественно лежащее на длинный ступеньках.
Я подбежала, не желая слышать правду своего сердца: это был юноша, тот самый человек-невидимка, в маске с все мерцающей звездочкой, темном плаще; который распластался с раскинутыми руками и… застывшей гримасой ужаса.
Мне было грустно, что я не успела узнать способ облегчить страдания его, распустившегося улетевшим цветком, сердца. Я посмотрела в его глаза и на замок в последний раз, тихонько уложила его под ступенями, поцеловала и тихо сказала: «Я больше не сержусь» (стремясь хоть этим простым способом залечить собственную пустоту, возникшую так необъяснимо).
Как же это все странно! И мне почему-то хочется снова верить, что все произошедшее – лишь слова старой книги, так щемяще шелестящей эхом его звездочки, его глаз - ясных ноток души и листьями теней…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 15 октября 2011 — 22:09
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Обычная тайна… Подмигивание

Незаметно выскользнет легким щебетом солнышка, из-под моего пера.
Вы все ждете ее, вздыхая о том, что не умете летать; менять свой облик и становиться невидимыми, не можете догнать время и успеть не потеряться в рое суматохи…
И я слышу, словно дождик, стучит в мое окно ваша грусть от этого и скука. Много, чего вновь возвращает ее безразличную и лживую улыбку – проблемы, хмурые тучки, пыль и шум на улице, ускользающая радуга самого потаенного и… кажется, недосягаемого; много что вновь заставляет вас искать повод отвернуться от этого.
Мне сразу вспоминаются лучшие способы отвлечься и обогатиться - тихие вечера под листьями в парке, не тронутые шелестящим мельканием пестрых иллюзий, черных паутинок… или глубокие миры, непостижимо волшебные своей, плоской и такой простой желтоватой, многогранностью.
Но вот тут я неожиданно осматриваюсь и вижу зеркало, отражающее их магическое и… совсем незамысловатое рождение.
Для чего? Наверное, для помощи, для того, чтобы согреть ваши уставшие от ударов глаза.
Мои собственные, пусть и давно обрамленные скульптурой веков, они стремятся передать свой маленький блеск…
А он находиться в моем пере, бумаге, солнышке и… загадочных глазах волшебника, сказки.
Ох, уж эти ваши вопросы и ожидания, ваше поведение насчет них! То некто посмеется над всем этим; другой ждет и верит; третий пройдет мимо…
Но что вы, не бойтесь: я не кончу своей простенькой и все же немного глубинной работы; и подарю вам сказку о маге!
Могущественном чародее, которому подчинялись единороги и грифоны, эльфы и тролли, драконы и нимфы, русалки пели ему перед сном песни, а химеры шили плащ из ночного ветра…
Правда, необычно и дивно? Еще чудно то, что волшебник мог видеть сквозь время и пространство, летать над землей, останавливать воду и поворачивать ветер.
Он создавал себе маленьких феерических существ, которые непрерывно меняют свой облик и выполняют почти все желания… любого, кто захочет отвлечься от скуки…
Кому-то могло показаться, что маг злой и опасный, скрытный и слишком приветливый, но ссориться с ним нельзя было – маг согревал, освещал путь, кормил и одевал самым невероятным образом всех, кто уважал и помогал ему.
А главное, волшебник знал тайну, создающую солнечные качельки и лунные фонтанчики для вечного счастья того, с кем маг поделиться ею…
Затаите дыхание и приготовьтесь услышать ее, следя за странными, но добрыми и теплыми глазами волшебника…
Вам не терпится узнать побольше о нем, чтобы знать его вкусы и привычки и подружиться с ним, сделать тем самым свою жизнь ярче?
Что ж, всмотритесь внимательно в дивный взгляд волшебника, ведь этим вы откроете тайну!
Маг был не стар и не молод, не был он чопорным усачом с длинной белой бородой в мантии и смешном колпаке.
Но не был маг и в плаще с искрящейся бабочками облачков палочкой. Не любил маг уединение и сокровища.
Не брезговал он красивыми творениями мира и книгами.
Как удивительно, не правда ли? А самое поразительное вот в чем – волшебник был простым парнем в модном костюме… или девушкой в легком платье; беспечным ребенком в жизнерадостных ботинках или, может, даже таким, как я – в старом костюме, с короткими усами и светящимся из-за отголоска лет, большим лбом!
Вот вам и тайна: волшебник – это тот, кто затрагивает мир строк и не верит в их игру - это вы сами; и всегда в ваших силах изобрести бесконечно полезный и интересный велосипед, на котором когда-нибудь откроется второй мирок луны, с внимательно глядящим оттуда волшебником на обычную, а какую все же дивную тайну!...

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 17 октября 2011 — 23:01
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Лестница эха… А чё я? Я ничё!

…В один прекрасный день поднимется далеко за облака, когда все… раскрашивается в скучные черные листья, и нечто мрачное нависало над солнышком спокойных дней, вспоминаешь сад…
Тот самый, где нет ни глухих роботов, ни ослепленных своим шумом шагов толпы, где лишь тишина и его дух, необычайно-красивый, запоминающийся дивными формами выстриженных деревьев и взглядом… того почти сказочного создания, что пришло к тебе однажды, когда ты была совсем маленькой. Теперь скука и разочарование, любопытство и ожидание чего-то утешающего сами толкают тебя на дорогу, ведущую к его замку.
Но почему же исчезли зеленные шелестевшие фигурки, солнечный свет и атмосфера гармонии, живительной тишины; и вокруг только торчали странные зеленые шесты с жиденькой искусственной листвой? Неведомое эхо проносится по лестнице, из недр которой веяло необыкновенно низкими тучами.
Зайдя внутрь них, в замок, ничего не обнаруживаешь, только… темный коридор с портретами милого, маленького светящегося малыша, немного все же пугающего. Но весь испуг, скорее, напрасен или навеян сородичами малыша – тех, с кривыми и расслабленными от злобы усмешками, дразнящими рожицами и крючковатыми пальцами.
Почему-то от взгляда на них, именно в этой кромешной тьме наступает растерянность и желание убежать от всех своих идей; не работа ли это шевелящихся искорок портретов? Но искать вопрос было некогда – жуткие шаги жуликоватых сородичей приближались а впереди… уходила вверх маленькая труба-лестница; по которой, тесной и скользкой, лучше было попробовать вскарабкаться, чем попасть им на глаза.
Попытки не оказываются напрасными, и ты ощущаешь досадную боль в затылке – ведь падаешь на холодный пол то ли чердака, то ли… подвала. В нем то и дело сияли искры леса и звездочки, печально сорвавшиеся с неба. Все это странным образом гармонировало с паутиной и зачеркнутыми портретами с теми же злыми усмешками, нервно подергивающимися и стремящимися вырваться.
Но оглядываешься и… вздрагиваешь – тот миг, когда ты была маленькой, вернулся: перед твоими глазами находилось то создание, что ничуть не изменилось, стало еще тише и более робким, но… его умелые, пусть и вовсе необычные, руки стали прозрачными; само оно бессильно лежало на одном месте и внимательно на тебя глядело, тихонько что-то говоря и робко моргая глазками!
Что за милая и… грустная картина – вот снова слышится то эхо сказочного труда создания, на его зов вылетает светящийся малыш. И тебе показалось странным, что он имеет то же имя, полностью повиновался потерявшему дар творить; в то же время словно с радостью управляло им и тобою (страшно все же одному бродить по огромному замку, то и дело норовя встретить вредных сородичей)!
Среди всего этого в глубине сознания внезапно назревает серьезный вопрос: что это они нагло летают по чужому замку и хозяйничают в саду, изредка осмеливаясь запачкать остатки работы творения с прозрачными руками черными и железными отростками?
А светящийся малыш что было силы ругался с ними и защищал тебя от них, но, имея огромные способности наказать их; был словно бессилен. И они все смеялись, что самое могучее создание веков приковано к постели и не может им ничего сделать.
Все это словно напоминало тебе бегущие отрывки сквозь сияющие стены замка – кто-то отнял у самого дивного и безвредного творения силу, выгнал его из мира, почувствовав себя хозяином, уничтожает красивые цветы, диковинно-постриженные деревья, пение птиц на них и свет солнышка.
Как будто все это было лишь сном – жутким и… приятным: светящийся малыш сопровождал тебя повсюду и не давал скучать, используя все свои силы и время; в обмен на это он лишь просил ухаживать за существом с прозрачными руками, к которому был странно привязан.
А тот, в свою очередь, только по старой привычке отказывался от всего, ограничивал свои желания и потребности, как-то патетически молча, глядя в темный угол с крадущимися тенями, и говоря, что «ему давно пора было отжить свои века». Какое оно все же дивное, стеснительное и немного неумелое сказать все, что таит его мистическое сознание!
Оно будто по этой причине боялось испугать тебя или разочаровать, потому все просило светящегося малыша еще больше охранять тебя от надоедливых сородичей-пакостников, «делать так, чтобы ты никогда не грустила» и… уводить как можно дальше и быстрее от… него!
Дни и ночи потому и проходили какой-то печально гулкой листвой, невольно порываясь сказать: «Он был…». Но вновь и вновь ты бежишь взглянуть на сад, вечно мятуще скрываемый за тьмой и туманным холодом дождя, чтобы только взглянуть на, безмолвно и забавно, глядящие на тебя остатки стебельков, капельки росы…
Что-то они тебе напоминают, нечто тихое и до боли знакомое. Обернувшись, узнаешь эти спешащие скрыться тени – то почти живые, прежние руки творения закрывали его лицо, боясь уронить крохотные звездочки; тайно и мистически убавляющие силы светящемуся малышу; тревожно вздрагивающему во сне, когда бессонная луна отражалась в глазах такого дивного и трогательного творения…
И все потому, что ты вновь не спишь и не слушаешь веселых историй малыша, в глазках у которого отблеск тревоги; как же он тебе знаком, ведь он остался за закрытыми тенями, существа с теми самыми руками, что подарили тебе когда-то веру в вечное сияние солнышка! А сейчас оно ушло, за дождем, мраком и самодовольным грохотом, скрипучего раскачивания, безобразных сородичей на каких-то ржавых качелях.
Все это, миг за мигом, наталкивало тебя на мысль, что все же недаром они, лишь отдаленно похожие на, не пускающего тебя к этому месту, светящегося малыша, выбирали именно это нелепое сооружение из глухих железных колес и прутьев, действующих своим унылым визгом на нервы любому, кто вообще заинтересуется услышать этот пир ночи…
Что-то она скрывала за этим визгом и битьем стекла сытых и беспечных грабителей солнышка, дивно-красивых цветов, счастья от работы милого и наивного существа, не знающего, что его настоящие руки могут сделать больно.
Что за мрачные круги все летают и рвутся вокруг них на волю с еще более страшным блеском в пустых глазах, чем у сородичей? Наверное, это разочарование от того, что миг детства не вернешь, что являешься только обузой усердному светящемуся малышу и объектом насмешки его несносных сородичей…
Ты их больше не боишься, они жалки и безобразны в своей напыщенности и жадности. Гораздо больше ты хочешь исправить собственный гнетущий поток возникшего стыда и вины перед тем, эхо чьих рук, казалось, устало и моляще шептало из-под скрипучих качелей.
Подумать только, даже все, что нависало над твоими облаками безмятежности, казалось теперь слабеньким писком несмазанной двери комнат лабиринта тьмы; по сравнению с непреодолеваемым чувством грусти от темно-томительной разлуки, с миром того, кто был абсолютно непонятным, на первый взгляд, таким же, как и сородичи; а вернуть бы его скромную улыбку радости, вдохновленное эхо работы его настоящих рук, так поддерживающих тебя ( с тех времен, когда ты была совсем маленькой)...
И отголосок этой бесшабашной поры вдруг срывает пыльный занавес страха с твоей души: «Прочь, ночные искаженные стекла!» - кричишь, скорчившим озлобленную гримасу, сородичам и смело скидываешь их с насиженных винтиков железной качели. Ты в тот радостный надеждой миг старалась даже не слышать озабоченных смешных оханий светящегося малыша про то, что «лучше немедленно отойти от этой штуки, порезаться можно!».
Скорее, было только дивно видеть, как, некогда обездвиженное и медленно уходящее в мир лунных искр, создание испуганно врывается к тебе в комнату и не может поверить своим глазам: неподалеку недобро перешептывались сородичи испуганного малыша, а в твоих, немного украшенных алыми морщинками неких дивных листьев, руках крепко были сжаты его собственные, настоящие!
Какое это было замечательное и… быстро пролетевшее мгновение радости! Жуткие, именно своей хитростью, сородичи опрокинули на светящегося малыша клетку, а тебе незаметно накинули маску; никогда в жизни не ощущала ты подобной – словно, глядя в ее темные грани, снова бежишь по изумрудной и светлой-светлой травке, навстречу невыразимо яркому солнышку, любуясь белыми перышками облаков.
А сквозь них… прорисовывалась лестница эха чьего-то крика страха. В тревоге тяжелые оковы мечтаний спешат неуклюже упасть с твоих глаз, которым открывались… наливающиеся красками и блеском руки самого дивного и безобидного, смертельно пораненного, творения!
Оно, упав на холодные плиты, спокойно смотрело вслед, торжествующим с криком: «Вот теперь мы с твоим волшебством наведем свой порядок; а ты оставайся там, куда тебе давно пора…»; улетающим в темные этажи замка, сородичам грустного малыша, припавшего к прутьям клетки, по-детски тревожно наблюдавшего за ним.
Оно тихонько тебе улыбалось той робкой и не похожей ни на кого улыбкой, уверяя: «Вот теперь они укоротили мне срок, и ты больше не обязана ухаживать за мной!... Не плачь, малыш, нам надо ее отпустить; ей пора возвращаться!...».
В ответ на это тот кивнул и, тяжело вздохнув, слабым движением взмахнул руками: дверь открылась, показывая, как никогда скучную, дорогу домой. Дождь все пел прощальную колыбельную, а туман манил прозрачными рукавами ко сну.
Ты же все не могла победить чувство какой-то подлости, оцепенившей иллюзиями, оставившей злодеев достичь своей цели и уничтожить остатки трудов дивного творения… его же, настоящими руками. Внутри все ведь билось чувство, что это не реальность – бессильно растянувшееся на плитах и потихоньку уходящее в неведомый мир (быть может, своей родины) существо, слабо поводившее своими необычными, чуть слышно лязгающими пальцами.
Неподалеку от него, все также апатически опустив глаза, устремившись к нему фигурой, унывал светящийся малыш, видевший, что родная белая планетка взошла, а он не может даже вздохнуть ее искрами. И созерцая это, сознание словно кольнуло: «Отпусти его! Он же самое близкое ему существо; он тоже несет его труды… Отпусти, и они вернут тебе солнце!».
Как это было нелегко, однако, сделать… и не потому, что клетка имела больно колющие шипы, а воздух был пропитан душащим ароматом теней, убежавших ликовать над победой, сородичей. Просто тебе было больно расставаться с тем, кто когда-то, в незапамятные времена, создал самый волшебный в мире сад; тем, кто так дорог тебе, еще с времен, когда ты была совсем маленькой…
С тем, кто взлетает облегченно к луне с детской легкой улыбкой освобожденного малыша; пустившего из крохотных ручек на радостях белых бабочек, от которых… истошно закричали из глубин вредные сородичи, а после… они просто исчезли в вечном, уходящем водовороте тьмы; и со странными искрами, стрелок неведомых часов, мерцанием звезд, эха колоколов… развеялся призрачный занавес дождя.
Под ним, ровно как после пробуждения, послышался веселый щебет птиц, приятные ароматы, радуги цветочков, шелест сплетницы-травы… И деревья, деревья – такие разные, со своими молчаливыми историями и знаниями, едва заметно мелькающими причудливыми кольцами и… листьями, облаком открывающими то фигуру оленя, то русалки, то голубя… И все это танцует под светлым-светлым небом с теми же щекочущими перышками облачков, что и в детстве.
Будто из него у тебя вырывается невольный вскрик удивления: рой листьев рассеивался после усердного лязга искр… рук дивного, робкого существа и малыша, радостно сияющего пуще прежнего! Он сыплет тебя цветами и маленькими капельками жемчужин (то ли безмерной благодарности и дивно-бесконечного, неведомого тебе, счастья, то ли… все же маленькой грусти); оживленно кружась вокруг своего робкого и тихого друга – наверное, продолжающего жить сквозь века, творения со странными руками, подарившими миру красоту сада.
Ты смотришь на него, наслаждаясь, казалось, бывшего невозможным вернуться, волшебным мигом детства. И слышишь, сквозь его успокаивающий и живительный мистический водопад неба и солнышка: «Я с всегда тобой; и весь мой сад будет жить… для тебя!... Не грусти!...» . Стремительно оборачиваешься и спешишь успеть за этим тихим, таким светлым и теплым отголоском; с маленькой грустью провожая глазами и…
Бережно унося в сердце момент, когда светящийся малыш и дивное творение с странными, добрыми руками, улыбнувшись на прощанье, медленно исчезали в лестнице эха… чего-то невыразимо красивого и вечного, как оставшиеся с тобою лепестки роз, хранящие… его отраженье в луне…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 21 октября 2011 — 19:26
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Ветер тайн… Растерялся

…Не прекращает тихо стучаться в двери, опрокинутые в холодной воде спутавшейся осени и весны. Странно наблюдать одновременно потерянные листья и улетающие розовые лепестки, тусклые звезды и потихоньку упавшую луну.
Казалось бы, последнее явление не могло произойти просто так. Что-то непоправимое должно было заставить замолкнуть колокола времени и соловья счастья… маленькой, уходящей в потерянный горизонт страны.
Неожиданно грустные облака еще раз взглянут в ее перевернутое отражение и отыщут, среди теней равнодушия закатов, причину всех водоворотов незаметных красных ручейков и исчезнувших неизвестно куда крыльев живого движения: все смылось черной каплей зависти и обиды!
А ведь ничто не предвещало плетения столь неотвратимой паутины: каждый из двух миров жил, как хотел и мог; подчиняясь волей-неволей своей природе – мужчины охотились и добывали, а женщины порою терпели их грубость и равнодушие, пока…
Неведомый туман нашел на группу девушек, уставших обслуживать «неблагодарных существ-бездельников» и покинули город; с удовольствием убежав в долину почти рая – залитую светом, прохладой моря и садов; где принялись жить.
Когда же воины попытались, их, таких хрупких и добродушных с виду, вернуть в город, выяснить причины столь дерзких капризов, вдали раздалось эхо черной тучи, и… больше никто не видел ни воинов, ни прежней луны – она с ужасом замечала трещины на своей жемчужной поверхности и пыталась вразумить группу беспечных девушек.
Они же не открывали потаенные и встревоженные уголки своих душ, чтобы признать всю ужасность поступков – они с радостью совершали набеги на город и грабили его, забирая сокровища, женщин, а мужчин насильно отправляли, по острым дорожкам стали, в мир, откуда нет возврата. И бесконечно они гордились украденными украшениями, платьями, мечами, что, по их мнению, давали им власть над всем миром…
Но шли караваны его дней и улетали листья ночей, распространяя зловещую славу о необычном для своих краев… королевстве убежавших от своих роз, восходящего солнца, по пути гроз и причинения неконтролируемой и бесшабашной боли, нити жизни – с первыми лучами, прятавшегося за тучи, от странного замка, украшенного, отобранными у мужчин, оружием, солнца; девушки вставали, часть из них готовила еду, другая спешила к маленькой и нелепо разукрашенной, дикой косметикой, королеве, носившую вместо привычных символов власти несколько мечей.
Иногда, пролетающим в их лязге, бегстве от этих нравов, лепесткам и листьям страшно вспомнить, что они умудрялись гармонировать в королевстве с… мирным тканьем, вышиванием, пирами и прогулками; с военными веселыми пирами и теплыми беседами; заковавших, однако, всех жительниц в клетку иерархии – никто не смел подумать о том, чтобы помириться с мужчинами или вернуться в город (иначе их отправляли на казнь, под речь королевы о «трусливых слабачках, мечтающих снова чахнуть в рабстве и бессмысленных потаканиях лишним существам!».
Могли ли так назвать ветры и отголоски цветущих садов города, самых близких друзей одного мира? Что ведь сделаешь без их силы и преданного, чуткого ума? Ни город ни построишь, ни фрукты с рисом не вырастешь, ни рыбу не поймаешь, ни… не почувствуешь никогда свою значимость на свете!
Если бы только это понимало королевство во главе с, маленькой и рано обозлившейся, девчушкой, не умеющей запрячь быков в ярмо для пашни; а привыкшей только отбирать, доставшиеся усталостью, мозолями и грустными глазами, совсем чужие мечи и украшения.
Их блеск все освещал дворец, незаметно кричавший трещинами луны – рушились без мужской помощи смазки, сваи, укрепления; в пирах исчезали быстро продукты, и без знающих, сильных умов приходили в негодность боевые лошади и оружие.
И вновь ветер тайн умоляет, тихо мстящую за свои раны, луну дать ему право окликнуть, потерявших живительный ручей рассудка, жительниц королевства своими слезами, неожидавших столь раннего и одинокого полета, звезд сердец… всех, кто мог утешить девушек, все тоскливо ждущих, все раскрашивающее в радугу, чувство любви; кто мог подарить стареющим служанкам, капризной и утонувшей в холоде эгоизма королевы, восхитительное солнце вечной заботы о собственном маленьком и милом отражении; кто мог защитить от побоев и смертельных ранений слабые руки, жмущиеся к стенам дворца перед толпой врагов и отчаянно бросавшиеся в их рой…
Что за печальное чувство снова вынудило умолкнуть соловья, надеявшегося заговорить стихами влюбленных, старанием укрепить королевство и город ради детей, счастьем тихого и теплого слияния двух разных и замечательных в дружбе миров?
Наверное, это мятущееся желание вернуть все назад, тот миг, когда можно было выдать будущую королеву на справедливый суд города, за столь безумное провозглашение свободы от… всего мира; теперь оно обернулось проваливающимися стенами и тщетной попыткой догнать тех, кого, на самом деле, многие не хотели убивать, но ослепились обещаниями, зловещей не по годам мстительной, королевы…
Ее платье теперь окрашено тем алым эхом, что так ее забавляло и этим наводило на мысль о собственной вечной, легкой жизни. Рядом с нею все служанки, поздно очнувшиеся от, не по-доброму сверкающего победами, сна; в, красивых и трогательных дальностью, уголках видящих неявившихся отцов, братьев, мужей… что теперь лишь, для них, были и вынужденно прощали их недавние бодрые возгласы подбадривания речей королевы; ждали, когда из неявившееся дочери, сестры, матери, жены вернутся! Теперь же…
Все, кто боялся и ссылался на необходимую погоню за, последним улетевшим, мигом свободы и, ничем не обременяемой, радости, лежат и не могут крикнуть: «Простите!... Нам без вас невозможно жить!... Мы все отдадим, только вернитесь!».
Все это так и останется для них смутными воспоминаниями о радостных, крепко любящих их, неявившихся дедушках и бабушках, мечтающих и надеющихся на достойную жизнь, всей своей длинной и глубокой ленты веков, хранящей столько талантов, передавшихся внучкам; которых ждал свет…
Где же он теперь, если где-то вдалеке верные, не успевшие прийти, деды и отцы, братья и неявившееся мужья, услышали и выполнили, столь долго зовущуюся жительницами королевства, просьбу «исчезнуть, оставить их в покое, не быть ничем им не обязанными, бояться их и не трогать»?
Грустно и жутко осознавать, что ее тень теперь лишь в метающемся, во тьме и холоде трещин луны, осознании ухода, так жестко и роковой ошибкой, сломанной цветущей ветви жизни!
Она осталась лежать вместе с, отпустившими от себя розы судьбы в непростительный, поблескивающий алым, снег вечного одиночества, жительницами королевства и его хозяйкой; замахнувшейся на отвернувшуюся луну столь неряшливо, необдуманно и… бестолково!
Все трудно поверить, что из-за этого пропал целый мирок дивной красоты, искусного труда и вдохновения, чувств, грез и надежд; и лишь ветер тайн грустно летает между его потерянными нитями лепестков и улетающих листьев…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 21 октября 2011 — 20:28
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Облако лепестков… А чё я? Я ничё!

…Однажды спустилось и ко мне, надолго оставляя в душе неповторимый след радости.
Она произошла неожиданно, странно, в те дни, когда… я поняла, что такое грусть: мой брат уезжал далеко на работу, оставив в моей жизни какую-то, щемяще мелькающую, ниточку моего детства: веселых игр с ним, прогулок, времени солнышка и легких облачков.
И вот теперь они были где-то позади, а впереди открывалась жизнь полная тоски беспросветной – без друзей, с поднадоевшими удовольствиями, среди которых я очень боялась потеряться.
А как это бывало легко, в джунглях иллюзорного богатства возможностей общения и ярко слепящих пятен на невидимых, убегающих стрелках часов.
Все это то и дело оглашалось тишиной и вопросом: «Почему все это произошло и я больше не нужна своему брату?... Он забыл обо мне, равнодушный притворяющийся!... Мне теперь не плохо, я сама найду себе верных друзей, которых будут со мною всегда!»
Это, однако, было сложнее, чем я предполагала: одни дружат из скуки, другие из корысти… А где найти такую дружбу, чтобы всегда освещала твой день радостью?
Мне приходилось верить, среди тумана однообразия, что все это не подлежит возврату и… мне суждено забыть от обиды и для облегчения все, что было – брата, его внимание и заботу.
Да могло ли быть это слово вообще, я больше ему не верю – теперь обязанность жить и не умереть с тоски самому. Вернее сказать, одному; а что мне оставалось делать, как верить в это, если друзья не находились, обида на то, что меня бросили, была?
Она без устали, вкрадчиво и жуликовато твердила, что брат, наверное, и не вспомнит, что я вообще у него есть, только откупиться, может, подарком на День Рождения, поздравлением на Новый год; ему ведь некогда – у него своя жизнь, работа, интересы и любимая девушка; которой он нужен, как никто другой.
А мне… не нужен парень, чтобы постоянно напоминал его, забывшего о всем, что было и в чем я так сейчас нуждаюсь. Нет, я не буду заводить себе парня…
И неожиданно, в один момент, ловлю себя на мысли, что это совсем неправильная нотка легла на мои мысли: счастливица-девушка, наверное, тоже была маленькой и имела счастье в том, что о ней заботились; да, прошло время – и этого внимания у нее нет; но она не грустила, и в награду ее счастье заменилось на другое – на… моего брата.
И все же, наверняка, у нее было много друзей, ласки и внимания родителей, что воспитали ее здоровой и красивой, способной понравиться ему; а у меня этого почти нет; или… я в это не верю, буквально ни во что не верю – звездочка взгляда брата скрывается за туманом, а я еще не успела надышаться ее ароматом, дивных цветов сказки, той поры, когда было радужно и интересно вокруг.
Сейчас, да ничего не интересно, мне плохо и жутко… почему же мне ни во что не хочется верить? И причина этого снова как-то печально проскальзывает… чуть отдающим теплым и родным эхом, звоном – мой брат меня бросил, я ему не нужна.
Настолько это тяжко и не хочется принимать, знать, что… хоть снова заглядывай за шторки упавших комет, или проси их дать тебе волшебную шляпу, что унесет тебя далеко-далеко за лестницы туманов, наверняка скрывающих маленький мирок всего тепла, что у меня было…
Но что это за промелькнувшая полосочка, рассвета надежд, в моей душе, так привыкшей к ненадежному и скучному замку печали? Это звонок от брата – все же такого родного и единственного! И почему я с такой радостью беру трубку, словно не желая остатками веры и памяти окунаться в подземелья небезопасной грусти?
Все потому, что слышу от брата такие простые, вовсе не новые слова, вернувшие краски всего, что имею и буду иметь: «Знаешь, хочешь верь, хочешь не верь, но мне без тебя будет плохо!... Не думай, что я о тебе забыл и не переживаю за тебя!... Малышка, я всегда с тобой и всегда буду о тебе помнить!».
И это, все такое вроде бы маленькое, промелькнувшее и незаметное, как будто возродило меня и заставило задуматься: правильно ли я поступала, обижаясь и желая из-за чувства, непонятно откуда взявшейся, лже-покинутости, бросить и ранить брата? Что это были за дурные мысли, если только один его голос снова перенес меня в ту пору, когда была солнечная радость и внимание…
Оно вернулось феерией листочков и бабочек, щекочущих и отгоняющих, разрешающих проблемы, плохие мысли. Все закружилось водопаодм ручейков беззаботности и унесло усталось, придало оптимизм и благодарность мигу… Было ли это сном?
Ничего этого не было, потому, что это сейчас – когда я засыпаю и приятно-удивленно ощущаю сидящего рядом брата, ценящего меня, мое счастье, как свое, дивное, незабываемое и непередаваемое; столь тепло и светло остающееся всегда со мною облако лепестков…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 21 октября 2011 — 21:53
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Колокольчик ночи Подмигивание

…Звучит, минуя извечную проблему дня – невнимательность.
Она преодолевается, наверное, только в ночи; ведь лишь в ее волшебном мире не помнишь, что было за черное чудо, норовящее спутать у твоих розовых птиц хвосты, оно исчезает вместе с темным туманом, говорящим о скуке…
На смену приходит сказочный герой – дельфин с человеческими глазами, летающий по звездному небу и изредка принимающего вид то ската, то акулы, то кита.
Но это отнюдь не из развлечения, а из цели помочь людям затушить пожар гордости, или вернуть свет надежды в домики сердец.
Грустно было бы ему осознавать, что не нашлась та русалка, что поняла бы его стремления и не пугалась бы его больших и мокрых плавников.
Ведь она вообще не обращала на него внимание, а только сидела на коралловых качелях мечты и беспечно думала, что все жемчужинки счастья сияют только для нее и только сейчас.
Дельфин плавал по блестящим листикам ночи и с улыбкой смотрел на растерянные глазки русалки, увидивашей внезапно, что нельзя собрать все капризные счастья жемчужинки сразу, не прилагая усилий – они спешат захлопнуться и притвориться скучной тиной усталости, открывающей то глаза лукавого водяного преступной мысли, то окаменевшую улыбку статуи лести, и много-много еще непонятных и немного жутких чудес!
Почему же дельфину было радостно? Он ведь наблюдал, как робкое и не привыкшее отталкивать самостоятельно эти дива, чудное порождение глубины смогло теперь принять его, поверить, понять…
Что водяной боится света честного труда, статуя лести рассыпается от удара волн правды, и все пугающие чудеса растают, откроют все замки, лишь стоит сделать уверенный шаг к жемчужинкам – дельфин это доказал одной храбростью и добротой.
И не мудрено, что, после победы над зловещими чудесами глубины, у его сказочного защитника наконец появилась возможность стать человеком; да таким, что русалке стало стыдно за все ее насмешки.
И она едва слышно извинилась, поблагодарила за помощь.
Странный незнакомец же, бывший большим и непонятным дельфином, тихо улыбнулся ей в ответ, обернувшись вдруг… верным колокольчиком ночи в ее руках!
И это не просто диво, а волшебное воплощение… внимательности – стоило ведь только дельфину присмотреться пусть и необычными глазами к глубине, как весь страх моментально разбивал свои зеленые очки, делая водяного отраженным в воде филином, статую – фонтаном, а жемчужинки – звездами…
Они вовсе не далеки от русалки, которая радуется, что смотрит на них и всегда может обратиться к колокольчику ночи со взглядом дельфина…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 22 октября 2011 — 23:35
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Загадочный мир Ниндзя

Только приехав на побережье для отдыха (и одновременного бизнеса), вся троица высыпала из машины. Оттенки настроений были у всех разные: у главы семейства – Миссис Дофаль – лицо выражало удовольствие, какое обычно непроизвольно получают диктаторы, отвешивая очередную команду:
- Что встали? Времени мало, а нужно еще исследовать пляж и коттедж! – резко бросила она в сторону дочерей, захлопывая дверцу машины и пихая им сумки.
- А отдых? – уныло спросила Старшая Сью, вяло перебирая из руки в руку самую грузную сумку, - Меня тошнит после получасовой поездки в машине, клонит в сон, я спасть хочу!
- Цыц! – строго возразила мать, - Сейчас пойдете и осмотрите пляж, а я пока разгружу сумки и осмотрюсь в коттедже.
- Ну, что ж, пойдем! – бодро взяла сестру за руку Мишель и махнула на прощание маме рукой. Далее она оптимистически зашагала в сторону пляжа.
Он выглядел вроде стандартным: длинная полоса берега, волнующееся море зеленовато – синего оттенка, несколько пристаней, скрашивающие мрачноватый пейзаж берега яркими досками.
- Что особенного? – кисло спросила Сью, все грезившая о дреме, - Самый заправский бережок, да еще покрытый водорослями и камнями!... Ничего интересного! Я вообще сомневаюсь, что найдется простак, для которого он будет интересен!...
- Смотри! – неожиданно воскликнула Мишель, указывая на группу камней возле одной из пристаней. С высоты камней на сестер важно поглядывало пять крупных моржей!
- Этого не может быть! – тут же заверещала Сью, - Что тут, Аляска?!...
Мишель, подстегиваемая любопытством, подходила все ближе к упитанным усатым млекопитающим, одобрительно фыркающим в ее сторону.
- У, жирные вампиры! – с презрением протянула ее придирчивая сестра в сторону моржей – Куда бы их убрать отсюда? Они же всех клиентов отпугнут!
Удивительным образом находившая контакт со всеми животными, Мишель уже увлеченно гладила мокрую шерстку одного из них, довольно поводящего усами и урчащего от удовольствия. Она мягко возразила:
- Ну, какие же это вампиры? Я тебе стократ повторяла: клыки им нужны, чтобы откапывать водоросли!... Не нужно никуда их «убирать»! Пусть живут здесь, они ведь такие лапочки! Они совсем безобидные!...
- Ты еще поцелуйся с ними!! – крикнула та, и, готовясь высказать поток ругательств, шокировано замерла.
- Ты чего? – тихо спросила Мишель, на всякий случай крепче прижимая к себе своих новых морских друзей.
Ответ не заставил себя ждать: прямо перед глазами сестер вблизи берега показались два огромных акульих плавника!
- Ой! – только и смогла сказать Мишель, еще крепче прижимая к себе сосредоточившихся у ее ног, встревоженных моржей.
- Это Кунсткамера! – многозначительно, патетически медленно проговорила Сью и помчалась домой.
А ее сестра, преодолевая дрожь, посмотрела в испуганные глаза моржей и посоветовала:
- Бедные, так вот чего вы боитесь! Ну, не переживайте! Живите на берегу, и акулы тогда вас не достанут!... А я буду приходить сюда каждый день и кормить вас!... До завтра, маленькие!
С этими словами она еще раз обняла каждого моржа и поспешила к матери, провожаемая их внимательным взглядом…
Мать, однако, не поверила в рассказы об акулах и моржах. Витал дух того, что ее вообще мало что интересовало, и она не собиралась отступать от проверенных убеждений.
- Это не важно! – тактично сказала она, как бы успокаивая дочерей, - Главное, пляж редкий, воздух чистый, особняк со всеми удобствами… Так что все в порядке! Завтра пойдем, искупаемся и проверим одну из главных составляющих нашего успеха – море!...
- Мама, но ведь в нем есть акулы!! – ужаснулись сестры, как по команде.
- Это южное, мелкое море, в нем не могут водиться акулы! Не болтайте чепухи! – огрызнулась та и удалилась наверх, велев дочерям спать.
На следующее утро, несмотря на все предостережения, Миссис Дофаль все же собралась искупаться, аргументируя железным: «А купальники я для чего вам покупала?! Имейте совесть!..». Не имея надежды на лучший исход событий, вслед за матерью и сестрой поплелась на пляж и Мишель. Она захватила из особняка удочку и ведро, чтобы наловить рыбы и покормить моржей.
Усевшись поудобнее на пристав и закинув в море удочку, она стала неотрывно следить за тем местом, где еще вчера зловеще маячили плавники. К ее удивлению, ничего опасного и не думало происходить: она отчетливо видела, как Сью и мать плескаются в тихой морской воде, наперебой расхваливая пляж, море и все на свете.
«Странно, что они еще не заметили милых усатых мордочек!» – думала Мишель про моржей, дергая удочкой на все лады в тщетной попытке привлечь рыбу (рыбачить она не умела). Радостные оклики и предложение пойти купаться, доносящиеся от матери и Сью, наводили на нее тревогу. «Где же акулы? – думала она, еще яростнее дергая удочку, - это странно!... Куда они могли пропасть?..».
Тут ее уха коснулось тихое движение воды, и удочка многообещающе дернулась. «Ох, наконец, пожаловала хоть какая-то рыба!» – с радостью подумала Мишель. Но взглянув в толщу почти прозрачной воды, она похолодела: прямо перед ней плавала, наверное, самая крупная в мире, белая акула и, не то готовясь к атаке, не то пугая, не то играясь, легонько дергала за крючок.
«Ну, давай, нападай! – с нетерпением думала Мишель, стараясь не спугнуть акулу, – Что же ты ждешь?». К ее удивлению, акула перестала играться с крючком и подплыла почти к самой поверхности, вглядываясь в испуганные глаза Мишель. Это длилось почти вечность, по мнению полуживой от страха девушки.
Далее она опять погрузилась в глубину и, к шоку Мишель, стала пригонять к крючку рыб и аккуратно подбрасывать пойманную рыбу так, чтобы та угодила в ведро; будто помогая Мишель ловить их!
После того, как рыбой наполнилось до отказа все ведро, акула еще раз долгое время глядела почти у самой поверхности воды на незадачливую охотницу за рыбой и, как показалось Мишель, улыбнулась, нехотя погружаясь в глубину.
Мишель мысленно поблагодарила странную акулу за пощаду ее жизни и молча направилась кормить моржей, давая себе установку: «Это аномалия! У той акулы, вероятно, просто была удачная охота и солнечный удар!... Странно это все!... Но ни слова матери, никому! Надо это поскорее забыть!...».
Однако забыть не удалось. Как только Мишель выходила к морю, она отчетливо наблюдала наверное, самую огромную в мире, тень той акулы. Странно, но она уже с удовольствием осознавала, что отвлекает чудаковатую морскую хищницу на себя. Девушка, с остатками смертельной боязни, но уже спокойнее смотрела, как вечерними прогулками вдоль берега моря эта акула сопровождает ее; как утренней рыбалкой она с энтузиазмом кидает в ее ведро рыбу и кокетливо играет с крючком; как акула не устает смотреть на нее почти у поверхности воды.
А через несколько дней и вовсе произошел случай, навсегда оставшийся в ее памяти: в вечер, ничем не примечательный, Мишель собралась проведать моржей, преследуемая ворчанием Сью.
- На что тебе сдались эти морские чудовища?! – лился ее ядовитый поток недовольства, - нет от них никаких доходов, расходы одни!....
Мишель хотела возразить, но не смогла: она остановилась и неотрывно глядела туда, где когда-то показались плавники. Там ожесточенно бились их владельцы: наверное, самые огромные на всей Земле акулы (причем одну из них, ту, странную, Мишель быстро узнала). Ей тотчас пришла в голову безумная мысль - спасти свою знакомую, казалось, пытавшуюся уплыть от яростно бьющей ее рыбы, чуть побольше размером, с безобразными иглообразными зубами. Но она не знала, как это сделать: от жесткой битвы двух властителей моря берег взрывался волнами, подобными цунами, повсюду рассеянные камни были скользкими. Да и Сью цепко держала ее за руку с притворной заботой, мастерски скрывающей трусость.
- Ты что, совсем?! – кричала она сквозь шум волн, - Тебе еще не хватало в пасть к акуле идти?!
- Она же убьет ее!! – отчаянно кричит та, наблюдая, как более крупная акула, вероятно осознав близость своей цели, еще беспощаднее стала бить и кусать вторую.
- Ну и пусть! – упрямо крикнула Сью, потащив Мишель в сторону особняка, - Это их проблемы!
Еще миг, и на глазах у сестер произошло нечто действительно фантастическое: большая акула одним ударом выбросила из воды меньшую! Та весьма в жалкой позе оказалась на песке, было видно, что ей было больно и тяжело дышать.
- Давай полотенца! – встревожено потребовала Мишель.
- А матери что скажем?
- Скажу, что уплыли!.... Как хочешь, а я ей помогу!
С такими словами Мишель отважно принялась перевязывать укусы пострадавшей, моляще и дивно-будто по-человечески глядящей, акуле; и неспешно вглядывалась в загадочный мир…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 23 октября 2011 — 18:48
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Шепот листьев… А чё я? Я ничё!

Когда слышишь его, то кажется, что это просто насмешка холодной осени или лукавой весны, что вовсе ничего интересного не скрывается за игрой теней и света, снующих между листьями; это просто незамысловатая живая вышивка деревьев, над которыми сияет звездочка…
Оглянись, не эта ли звездочка незаметно открывает шторки неба для нас навстречу далеким ледяным морям, овеянных легендами и тайнами? Вовсе не страшно заглянуть в них, сквозь меч давних воинов, отважно соревнующиеся в полете силы с птицами; да, порою они приносили и дождь огня, и пронизывающий северный ветер, ослепляющий удачей, суетой и тщеславием, увенчанными острой улыбкой шлемов…
И в то же время, где-то вдали, на облаках нежатся сотни таких звездочек, как та, что ты сейчас видишь. И знаешь, каждая из них скрывает жидкую планетку тихой воды и темного леса. Ты вновь хочешь отвернуться от них, убеждая себя, что там лишь скука от страха…
Только где же он? Присмотрись: вот причудливые отголоски шагов и мыслей деревьев, зеркальные искорки серпа и магического зелья, вокруг которого кружатся заклинания и листья.
Это кажется странным и жутким, словно как некто, могучий кует волшебные мечи молотом, рокот молний которого слышится в каждом мистическом стуке и тени; или как неуловимая снежная фея навевает своих покорных белоснежных синичек укрыть дрожащие глазки кустиков от ночи. Порою кажется, что это играют эльфы или тролли, проворные слуги всегда невидимой и зловещей маски; но иногда и хочется взглянуть на прячущиеся зеркала, хранящие единственный и внимательный взгляд одного повелителя золотой и заоблачной вечности…
Но все это обманчивое пение сирены лжи и обеспокоенности, навеянной тучами всей суеты; успокойся, иди по лесу и вслушайся в величественные пляски солнечных, украшенных алой короной, оленей, мелькающих среди листвы и готовящиеся открыть тебе тайну леса; совершенно дивно искрящегося туманными бабочками и маленькими глазками луны.
Ее лукавая улыбка исчезает в гулкой тишине, и ты понимаешь, кто принес столько чудес в лес – в нем проводят свои обряды друиды, усердно оберегающие его сказку, камень мудрости и цветок жизни! Неожиданно тебе хочется броситься к ним, попросить раскрыть тайны могущества и дать попробовать зелье силы; но… их шаги удаляются все вдаль и вглубь леса.
Шаги все ускоряются и... замедляются в сказочной тишине полета синих и красных листьев, теней и искорок чего-то красивого и уходящего. Бежишь за его шепотом, манящим сквозь дружелюбные и щекочущие ветви деревьев, почти настигаешь и, остановившись, оглядываешься: добрых и загадочных, мудрых друидов будто и не было!
Но что же ты грустишь, безразлично играя с гладящими твои пальцы листиками и провожая взглядом улетающих бабочек? Оглянись – на твоих глазах расцвел цветок жизни и где-то в твоем сознании заиграл дивной радугой камень мудрости!
Не веришь своим ушам: повсюду раздается шепот листьев и причудливая игра теней, в каждом оттенке которых узнаешь… шаги северного сказочного и сильного мира, добрых и умных друидов, говорящих: «Мы всегда в твоем мире».
И они правы, чтобы понять это, остаточно только вспомнить свое живой интерес и радость от путешествия на ночных опушках леса, хранящего шепот листьев и сказки веков…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 23 октября 2011 — 19:44
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Капля луны… Смущение

…Упала где-то, вглубь дрожащей и сияющей росы, на лепестке розы, убаюкиваемой цокотом копыт, ночного единорога; но, может, это просто твоя слеза…
Кажется, что ее вовсе невозможно уронить, утопая в жарких и расшитых алмазами коврах, страны пирамид или мифических статуй загадочного льва, землях храмов мудрого слона либо серебрянно-спокойной черепахи. Ведь там царят лишь сонливый дым фимиама и мягкие тени золотых и радужных сумерек… но ведь за этим скрывается узкое-узкое солнышко, тонущее в жестоких законах и жадности правителей…
Но, оглядываясь за следами других звезд, осознаешь, что ее, как и злости, зависти, нет, они улетают прочь, от трелей соловья и облаков розовых-розовых цветов, проливающиеся дождем над другими странами, странами то спокойствия, то красоты, то магии… но почему в этих странах существуют переплетенные мечи и сады из грусти без солнца?
Оно ведь и над твоей головой… может ли оно вернуть тебе светлый-светлый лес эльфов и добрых нимф; способных прекратить жестокие забавы твоих правителей или умолкнуть толпы воинов, грабящих всех, кто прятался за серыми листиками и тщетно пытался уберечь маленького щенка счастья? Взгляни на него и поймешь, что он всегда готов незаметно лизнуть тебя солнечным язычком, подарив силы и радость жить.
Но… как, если свежий океан и золотые зернышки полей, изумрудные ковры лесов – верные друзья и серых листиков, так от тебя далеки; за мрачными высокими лестницами, тусклыми факелами подвалов и удушающих яркостью залов для балов? И если магий сфинкса и джинна, мистического мирка двух маленьких рыбок – черной и белой; флейты соловья и застывших птиц мыслей красоты, шатров, сказки жемчужной кобры факира и древних тигров в шлемах с многорукими тенями, тебе не видать?
Чтобы оттолкнуться от зловещих летучих мышей тоски и понять это, просто вспомни дождь, оттененный так причудливо цокотом стрелок часов и серенадой колоколов – что за высокий, теплый замок открывает тебе их мгновение, окунает в водопад алмазных бабочек и переливов птиц с сумеречных таких манящих и далеких полянок!
Или же оглянись на тихое ночное озеро – какое оно глубокое и задумчивое, такое молчаливое и скрывающее в своих хрустальных воротах словно взгляд одного таинственного рыцаря, как незабываемый сон мечты…
Либо открой для себя давно знакомые и забытые мотивы старинных книг – сколько веселых и добродушных волшебников и смешных воинов устремляются к тебе рассказать порою нелепые, порою захватывающие и грустные, но такие яркие и необыкновенные подвиги!
Ты все еще грустно смотришь на убегающие, к теплым странам фараонов, самураев и причудливых шахмат, облака? Открой глаза и не бойся заглянуть в зеркало – в нем ты, со своими надеждами и грезами, со своими мыслями и привычками; играющие дивную мелодию и уходящие ввысь, под потолок твоей комнаты; с эхом, понятным только тебе; в котором каждая трещинка фарфоровых куколок, каждая трогательная паутинка на темной картине, каждый лунный мотылек, неслышно влетевший в распахнутое окно, существует только в твоем родном, пусть более предсказуемом и скромном, и все же - тоже дивном мире, кружащимся лишь под стук твоего сердца!
Прислушайся к его глубинам и внезапно поймешь – до чего же ценная для тебя та простая, невзрачная капля, быть может, слез; может, грез и феерического блеска глаз единорога…
А может – гладящей все своим мягким пухом, всегда отраженной, звоном колоколов и переливами часов, следами глубокого и загадочного озера, мистической маски легенд и эха голоса рыцаря…
…Сияющим феерией капли, светлячками и сказкой, твоего единственного мира, твоей неповторимо-дивной жизни, озаряемой мигом, луны….

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
gaze
> 26 октября 2011 — 16:13
  [Id]



Модератор


Покинул форум
Сообщений всего: 594
Дата рег-ции: Май 2011  
Репутация: 1





Блики синевы… А чё я? Я ничё!

…Снова глаза не закрываются под мысли о них – таких утешающих и успокаивающих, в скучной тишине, в которую так тяжело накатывается гул машин и огни, рассеянного в натянутой ночной жизни, города.
Мучительно хочется отбиться от мягкой и теплой лавины сна и коснуться чуда, особенно после мистической вечерней истории про «зловещую дверь» в кладовке.
Сначала думаешь, что она лишена всякого смысла: дверь была старой, поломанной и давно вынесенной в вышеупомянутое место с привычного; и вновь напрашивается шепот самовнушения: «Опять все мое ночное приключение обернется холодом, усталостью, обрушиванием проснувшихся близких и недосыпанием… Нужно выкинуть из головы все мысли и спать!».
Однако что-то зеркальными бликами щекочет твое лицо и словно тормошить глаза раскрыться. Ты повинуешься этому безмолвному приказу и видишь, как на спинке кровати играет темно-синими, будто стеклянными, крылышками бабочка огромных размеров!
Ее головка была украшена маленькой звездочкой, сияющей тем блеском, каким отливают обертки конфет; на, переливающихся волшебными искорками, крылышках были изображены темно-алые листики с непонятными знаками-…решетками, сквозь которые прозрачно светились маленькие женские глаза!
Ты заворожено глядишь на столь необычный орнамент и замечаешь в нем уж вовсе мистическую деталь – посередине узора красовался темно-коричневый рисунок взгляда словно египетского фараона, вокруг которого кружились тоненькие ароматные листики!
И совсем неудивительно, что ты, мечтавшая подарить дядюшке-коллекционеру какое-нибудь дивное насекомое, тотчас тихонько вскочила и, крадучись за, словно выжидающей что-то бабочкой, потягиваешься за сачком.
Она же, к твоему удивлению, только почуяв сачок, спокойно сложила крылышки и позволила себя накрыть. Твое, потихоньку поднимавшее волны, самолюбие уже возликовало: «А не так и сложно, оказывается, ловить насекомых!... То-то дядюшка будет рад, может, и мне что-нибудь интересное подарить!...».
И от этих слов как будто маленькие, но феерические чувства доверия, интереса к тебе бабочки, были оскорблены; их обладательница чуть шевельнула крылышками – и сачок растаял!
«Ну нет! – не собиралось униматься твое, неповторимо доставляющее миг удовольствия, чувство азарта и гордости, - Ты от меня просто так не уйдешь!... Постой-постой, сейчас я тебе задам!».
И ты просто махаешь в воздухе руками, стремясь угнаться за вожделенным, живым и словно играющим с тобою, подарком для дядюшки, заманчиво сверкающим феерическим узором крылышек.
Какой-то неведомый ветер от них молниеносно открывает, в увлеченной погоне, двери многих комнат; и мелькает теперь для тебя звездочками вдали, за… поломанной дверью, молчаливость которой была оттенена легким топотом крылышек незваной мистической гостьи.
И ты вдруг наконец понимаешь все происходящее – вместе с бабочкой простая старая вещь наверняка окажется воротами в добрый, светлой радуги, волшебный мирок, наверняка хранящий для тебя исполнение всех грез.
Но совершенно неожиданно, вместе с дверью, перед глазами раскрывается пейзаж темного леса, залитого луной и холодным туманом, кривые ветви которого небрежно тянулись поцарапать руки; филины на суках фосфорическими глазами навевали унылые тени, танцующие в хмурых облаках, причудливо и пугающе омрачающемся чьим-то эхом и шелестом почти черной листвы.
«И зачем я только погналась за этой букашкой?! – привычно-долгожданно напевается всеоправдывающая песня жалости к себе под настроение этой картины. – можно было спокойно спать, а потом потратить деньги и купить что-то получше, чем эта дурацкая бабочка!...».
Очевидно, верно блистающая в воздухе перед глазами, твоя странная спутница не была согласна с вышесказанным утверждением и решила повоспитать у тебя чувство терпения и желания преодолевать иллюзии; довольно гневным взмахом мистического узора – коряги приобрели стеклянно-белый окрас и отовсюду посыпался густой снег, представленный ледяными пчелками; парящими над…. горой с чашей с медом, светящимся теплым огоньком.
Сама же бабочка продолжала летать близко-близко, словно даже готовясь тебе при случе помогать и не сопротивляться, но пронзительный ветер и слепящий снег навевали лишь одну мысль: «Надо согреться и поесть!... Чаша далеко, мне ее не достать; надо поискать ночлег… А то я из-за этой ночной летающей пустышки все силы потеряла, голод измучил, спать хочу!...».
Тут же тебе приходиться жалеть об этой мысли: видишь, как от взмаха крылышек мистической, не желающей отстать бабочки, разрушается лестница, ведущая к чаше и закрываемая туманом снега; со… зловещей темно-малиновой молнией рассеиваются ледяные пчелки и мир холода зимы растворяется, оставляя за собой чуть светящиеся следы дивных существ, вновь освещаемые пронзительно холодной луной.
Разочарование и чувство безвыходности неожиданно расставляет свои сети, но они радостно рвутся от исчезновения бабочки и мелькающего приветливого огонька, фонарика, чуть освещающего черты огромного дома… посередине леса, укрытого за туманом и листьями.
«Ну и отлично, что жалкая букашка исчезла! – облегченно думаешь ты, вдохновлено направляясь к чертам дома. – Теперь зайду к хозяевам дома, попрошу немного теплого чая и бутерброда, потом заикнусь о постилке где-нибудь в углу и наутро пойду домой!... Чтобы я еще раз доверилась ужасной бабочке, затащившей меня в мерзкий мир поломанной двери!... Вперед!».
Вплотную подойдя к таинственному зданию леса, с удивлением взираешь на высокую мраморную лестницу, ведущую к богато убранному крыльцу, непонятной двери, закованной внутри, отливающих алмазными искрами, темных решеток! Но все это упрямо говорило лишь о богатстве хозяев наверняка огромного замка, упорно скрываемого за туманом, незаметно для тебя, уже погруженной в вот-вот должное наступить гостеприимство его владельцев, сверкнувшей черными каплями.
Открыв с трудом решетки и замок в форме смеющейся с жемчужными слезами маски; с неким шоком обнаруживаешь одну лишь, довольно маленькую комнату, залитую темно-синим цветом, переливающимися всеми красками зеркальной радуги!
Посреди этой комнаты стоял маленький стол, заставленный сияющими подносами с шоколадными конфетами, чашками с горячим чаем. Больше никого не было, только молчаливые украшения, свешивающиеся с потолка и атмосфера абсолютного и теплого покоя.
Наслаждаясь этим покоем, удобно устраиваешься на мягкой, роскошной кровати и начинаешь рассматривать украшения, ловить конфеты, словно сыплющиеся дождем, запивая чаем.
Но потихоньку тебе начинает надоедать волшебное оформление единственной комнаты замка, обилие приторного сладкого и пустых украшений, одолевает ленивая эгоистическая карусель скуки; крепнет злость на все происшедшее; мучительно хочется уйти, но… решетки снова захлопнули дверь с будто насмехающейся маской.
«Как же было неплохо под своим одеялом! – мелкими шажками закрадывается тоска, уныло встречая знакомый вкус шоколада, - Зачем же я не послушалась бабочки, она ведь словно хотела меня научить чему-то!...».
Слушая этот поток мыслей, скучающий блеск украшений колыхнулся; и, сквозь темно-синий, переливающийся туман, ты разглядываешь фигуру странного юноши, с, почти стеклянной застежкой плаща в форме бабочки, сосредоточенно смотрящего на тебя.
Его взгляд был полон обиды и затаившейся надежды; искры которой снова пронзили рассеивающийся туман; все происходящее как-то пробудило испуг и отвращение, совсем заглушившее все прежние мысли.
«Выпустите меня и прекратите Ваши фокусы!» - не подозревая непоправимости игры черных волн внутри, резко говоришь ты.
«Почему ты капризничаешь? – неожиданно мягким тоном спросил странный юноша. – Ты в тепле, в покое, с любимыми забавами… И больше тебе это не надо?»
Слова собеседника тебя сконфузили, может потому, что в них чувствовался укор и требование простого ответа.
«Да, не надо! – резко выдаешь ты его. – И Вас это не должно удивлять… Вы вообще знаете, что мне плохо делаете (своровали драгоценности; а от Вашего сладкого желудок может испортиться, от чая - может развиться кариес и проблемы с зубами)?... Но я никому это не расскажу, если Вы все это прекратите и меня отпустите!»
«А ты разве не хочешь поймать бабочку со стеклянными крылышками?» - ни с того ни с сего чуть ли не шепнул чудной хозяин мистического здания леса.
От этих слов тебя неожиданно бросило в неприятный холод подозрения и чувства… вины, совершения чего-то неправильного. Но слипающиеся глаза, истосковавшиеся по родным снам, и усталость от, пустых для тебя, чудес уже продиктовали принять насупившуюся позу и гордо отвернуться.
«Откуда Вы знаете про эту бестолковую букашку? – стараешься почему-то добиться своего темной сердечной силой, с наслаждением отмечая ошеломленный взгляд собеседника, - Так это Вы ее прислали ко мне, чтобы заманить?!... Как можно меня так мучить?!... Откройте дверь немедленно!...».
«Но ты же хотела подарить ее своему дядюшке! – с подозрительной четкостью знаний ахнул юноша, с какой-то слабой надеждой и тревогой схватившись за застежку плаща, - И теперь ты не хочешь его порадовать? Ведь знаешь, такой красивой бабочки, как со стеклянными крылышками, нет больше на всем белом свете!....».
Весь этот, бессмысленный, с твоей точки зрения, разговор начал не на шутку злить тебя; и ты, с липким удовольствием поддаваясь этому чувству, начинаешь швырять наотмашь конфеты и рвать цепочки ослепительных украшений.
«Вместо того, чтобы лезь в мою жизнь, - с дикой улыбкой кричишь ты, демонстративно швыряя о пол изящные чашки, - лучше бы выгнали меня, я же Вашими конфетами блестящий пол Вашего замка пачкаю, украшения порчу, чашки бью!... А знаете почему? Потому что мне надоел Ваш замок; и до дядюшки мне нет дела – бабочка мне нужна была только для того, чтобы он мне хоть раз приличный подарок сделал!... А нет, так и все равно, потому, что и без Вашей уродливой бабочки разберусь!... Откройте дверь, я сказала!!...».
«Я готов подарить тебе ее! – терпеливо и снисходительно продолжал юноша, тайком смахнув слезинки, - она ведь приносит здоровье, долгую жизнь и молодость, красоту, ум, удачу и счастье тем, кто ею владеет!... Лишь, прошу, скажи одно слово…»
Казалось, подсознание пыталось одернуть тебя от слепоты поступков, встревожено и бесконечно, на самых высоких тонах повторяя живительные подсказки о должной благодарности и простой теплоты; но самолюбие уже окунулось в ядовито-коричневую трясину горького шоколада, так обезображивающего твою простую, естественную утонченность.
От него, с отчаянной яростью, гремит твой выкрик: «Ничего не хочу знать!... Я хочу домой, а Ваш замок и Вас видеть больше не могу!!!...»; и летит осколок крупного зеркала, когда-то старательно обрамленного сапфирами и отражавшего твое, довольное комфортом, лицо; прямо в сердце, печально опустившегося на пол и незаметно открывшего дверь, волшебным взмахом плаща, юноши.
Его взгляд с болью следит, как ты безразлично и торопливо пробегаешь мимо, чуть слышно зовущих, осколков украшений, зеркал и чашек; к двери, в лес, к дому, облегченно захлопываемой разбитой двери. И он с облегчением ощущает, как его плащ потихоньку тает легкими облачками, украдкой убаюкивающими тебя, мило дремлющую.
Как застежка печально треплется и… улетает, от его рук, огромной бабочкой; той самой, со стеклянными, темно-сине-алыми, крылышками, с причудливыми узорами – перевернутыми знаками, зовуще-дрожащими прозрачными женскими глазами (дивно похожими на твои).
И маленькими прозрачными звездами, падающими из тени… нет, не фараона, а юноши, тоскливо смотрящим вслед улетающей бабочке, туда, где лунные блики синевы хранят твои мечты…

-----
присматриваюсь к этому миру...))
top
« Стихи и проза »

 
 
Сейчас эту тему просматривают: 1 (гостей: 1, зарегистрированных: 0, скрытых: 0)
Все гости форума могут просматривать этот раздел.
Только зарегистрированные пользователи могут создавать новые темы в этом разделе.
Только зарегистрированные пользователи могут отвечать на сообщения в этом разделе.

 Похожие темы: проза-7
Темы Форум Информация о теме Обновление

RSS 20.02.2018 - 10:38
© MAGIC STUDIO 2008-2015
Все права на материалы принадлежат их авторам! При копировании ссылка на первоисточник обязательна!
18+ ВНИМАНИЕ!
Материалы сайта могут содержать информацию, относящуюся к категории "только для совершеннолетних".
[Script Execution time: 0.1978]     [ Gzipped ]